Граф Суворов 7 (СИ)

— Вот как. — я задумался еще больше. Работа тайной канцелярии — вещь в себе. Люди, которые всю сознательную жизнь ищут не хорошее, а плохое, выискивая даже в самых светлых и добрых людях отвратительные черты. С другой стороны, без них невозможно существование государства. Ведь если ты сам не действуешь на этом фронте, действовать начинают за тебя.
— А папки без имен и фамилий? — на всякий случай уточнил я.
— Боюсь это я в открытую даже произносить не могу, просто прочти. — ответил Константин, и я без промедления открыл первую папку. Удивительно, но структурно все было понятно с первого взгляда. Наверное, кто-то очень постарался, формируя отчеты в таком виде, чтобы их понял даже дилетант вроде меня. Но это же означало, что досье могут быть изменены, чтобы произвести на меня верное впечатление.
— Убийство, покушение на убийство, кража в особо крупном размере, присвоение государственной собственности, коррупция, государственная измена… — зачитал я список преступлений, в которых обвиняли первого кандидата. — Склонен к агрессии, силовому решению конфликтов, не образован, имеет слабость к женщинам, замечен в сексуальных отношениях с подчиненной… так. Я же верно понимаю?..
— Можешь на меня даже не смотреть. — поднял руки Константин. — Эти документы составлял не я, так что если тебе не нравится собственная характеристика, то поделать ничего не могу. И сотрудника не сдам, прости уж, они каждый на вес золота. Особенно те, кто не боится писать характеристику на будущего императора. И к слову, можешь не рассчитывать на трон в ближайшие несколько лет. Скорее даже десятка.
— Это еще почему? — нахмурилась Мария, повернувшись к Косте. — Императрица уже признала его сыном, вопрос решенный!
— Даже с вашим браком вопрос более определенный чем с воцарением. — подарив милую улыбку произнес Багратион. — Думаю время станет главным вопросом торга. В нашем союзе недостаточно крепки внутренние связи, чтобы чего-то требовать от старых партий, к тому же большая часть — наследники, а не главы родов. Даже те, кто поддержал остановку войны, будут против воцарения Александра.
— Это верно, у Петра и Екатерины достаточно сторонников, которых все кроме открытого противостояния устраивало. — нехотя согласилась Мария, но тут же улыбнулась, повернувшись ко мне. — Нам нужен более прочный союз. Брачный.
— Согласна, но вы же родня, и довольно близкая. В то же время род Романовых остается правящим, так что стране нужен брак между востоком и западом, между… — убежденно проговорила Инга, но ей пришлось замолчать, когда Мария, не выдержав, громко засмеялась.
— Подруга, хватит играть в дипломатию, говори прямо — замуж хочу. — сказала, чуть успокоившись Морозова. — Да и какой «восток и запад» тебя хоть и называют Уральской принцессой, но земли за тобой меньше трети от региона, а Сибирь и вовсе не занята. Даже среди твоих сторонников всего пара сибиряков, в то время как у меня — пять.
— Это было грубо. — поджав губы проговорила Инга.
— Зато честно. — не снимая с лица вежливой улыбки сказал Константин. — К слову, нашему сюзерену такой стиль общения, без недомолвок и интриг, нравится куда больше. Как и указано в документах — недостаток возраста и образования.
— Мне это не нравится, и опыта у меня в самом деле маловато, какие-то намеки я могу не понять, какие-то понять неверно. — поморщившись сказал я, повернувшись к самому молодому из нас. Наследнику рода Амин было чуть больше двенадцати, и хотя я возвел его на престол Ашхабада, у парня все равно не складывался в голове правильный образ. — Али, ты ничего не хочешь сказать? Может у тебя есть для меня мудрый восточный совет?
— Если вы спрашиваете меня, господин… я бы посоветовал не стеснятся, а взять в жены обеих. Падишаху по статусу положено не меньше трехсот жен и наложниц. А в случае чего, их всегда можно отправить в путешествие на судне, которое внезапно затонет. — пожал плечами парень. Инга от этих слов поперхнулась чаем, а Мария посмотрела так выразительно, что он тут же пошел на попятную.
 
— Я ничего такого не имел ввиду, госпожа, уверен, ваш брак будет долгим и счастливым, и вы родите будущему государю множество детей и наследников. — прикрывшись руками от Мальвины протараторил Али.
— Прекрасно! Просто прекрасно! Сразу чувствуется восточная кровь. — рассмеялся Константин. — К слову, я считаю, что женится пока не следует. Пусть это и звучит грубо, но женитьба, и даже ее очередность, это пространство для торга. После признания Александра единственным живым, а главное прямым, наследником Романовых, место и роль первой супруги крайне важны не только для тебя, но и для империи в целом. Да и еще одно, формально род Романовых от правления не отошел.
— Да, моя прабабушка была сестрой императора. — кивнула Мария, без ложной скромности. — И союз Романовых и Морозовых в тот момент стал очень крепок.
— Женится на своих родственниках, особенно близких, довольно мерзко. — снова заметила Инга.
— Ну тогда вам, княжна, стоит забыть об этом браке. В конце концов ваша прапрабабка тоже имеет кровь Романовых. — извиняясь развел руками Константин. — Как и большая часть королевских родов всего мира. К слову, в моем роду таких пересечений три, только за последние двести лет.
— Значит об этом можно не думать. — решительно произнес я, не став уточнять что в состоянии нивелировать угасание рода из-за негативной наследственности. — А вот по поводу самого брака… Боюсь сейчас подобное обсуждение происходит и в стане сторонников старой аристократии. И что-то мне подсказывает что наш брак с Марией уже предопределен. Мир должен быть достигнут. Другое дело — Инга.
— Тут все зависит от позиции Екатерины относительно Уральской республики. На трон ее никто не пустит, в этом можете быть уверены. Слишком много крови, слишком много провалов, так что ее бывшее величество скорее всего получит в качестве отступных весь Урал, в качестве вотчины. — задумчиво проговорил Константин, глядя в огонь. — Если так, это может послужить поводом для ущемления княжны Лугуй в правах. И в землях, если уж говорить прямо.
— Она на это не пойдет, мы ее близкие соратники. — не слишком уверенно проговорила Инга.
— Да-да, а прошлые самые близкие и верные — мертвы. Из всего рода Меньшиковых осталась только дочь, так и не прошедшая процедуру консумации брака. — отмахнулся Багратион. — К слову, она сейчас тоже условно свободна. Нетронутая вдова, которую можно назначить владетельницей огромной области в Московской губернии, а также нескольких заводов и обширных угодий.
— Она же старая! — возмущенно заметила Мария. — Да еще и бывшая замужем.
— Ну, не такая уж она и старая, всего на пять лет старше вас, что годам к тридцати при должном уходе вообще будет незаметно. — пожал плечами Константин. — А вот сосредоточить в своих руках десятую часть всех земель империи, которые сейчас принадлежат угасающим родам Меньшиковых, Морозовых и Лугуй — это довольно хороший ход, который позволит сесть на трон автоматически, лет через десять. Да и опыт управления огромными разрозненными территориями с тысячами жизней…
— Я буду первая. — грозно посмотрев на меня сказала Машка. — Только попробуй взять в жены другую, я ее изнутри до смерти заморожу.
— Почему мы опять свели все к браку? — со вздохом спросил я.
— Потому, что есть только два способа удержать власть. — усмехнулся Багратион, повернувшись к Амину. — Выскажетесь юноша?
— Конечно. Есть два способа обретения власти, через завоевание и через брак. — ерзая в явно большом для него кресле, ответил Али-Саид ибн Амин. — Завоевание может быть силой, хитростью или подкупом, но через брак куда надежнее. Особенно если остальные наследники уже мертвы или их легко устранить.
— Слова истинного мудреца. — проговорил Константин, подняв кверху указательный палец. — Смирись, дружище, жениться тебе все равно придется. А в нашей ситуации — лучше рано, чем поздно.
— Верно. — снова улыбнулась Машка, повернувшись ко мне. — И чем раньше, тем лучше. А я — идеальная кандидатка.