Буду злодейкой! (СИ)

Как только мы с Колей заняли свои места, начали подавать блюда, и разговор сам собой сошел на нет.
Было странно находиться за одним столом с человеком, который, как я знала, в будущем может меня убить. Есть с ним одну и ту же еду, пить одни и те же напитки. И просто мирно беседовать на отстраненные темы даже после недавней стычки в коридоре. Продолжать вести себя так, будто ничего особенного не произошло и никогда не случится. Делать вид, что не чувствуем вины за нанесенные друг другу оскорбления. Игнорировать тонкую ниточку обстоятельств, которая связывала нас...
Словно подслушав мои мысли, Адар неожиданно повернулся, и наши с ним взгляды встретились. Он был задумчив, на лице его был заметен отпечаток затаенной грусти и неизвестной тревоги. Это так странно и неожиданно… Хотя, может, мне показалось? Ведь уже в следующую минуту он широко улыбался в ответ на мамину шутку и делился своим мнением по поводу неизвестных мне редких блюд заморской кухни.
Интересно, видел ли он уже тот пророческий сон о Валери? Сон, который никогда не сбудется, поскольку на ее месте теперь я, а я уж точно не собираюсь его убивать.
Ужин оказался вкусным и изысканным — другого я и не ждала за такие-то деньги. Беседа протекала плавно и непринужденно, почти не требуя моего внимания. Я уже успела расслабиться, мысленно рисуя себе окончание ужина и планируя, что из съеденного нами больше бы понравилось Марсику. Может быть, вон те вкусные рыбные рулетики в сливочном соусе? Или будет достаточно кусочка копченой утки? В любом случае нужно сходить потом на кухню, попросить для него что-нибудь.
Вот только я совсем забыла, что торжественные приемы так быстро не заканчиваются.
Принесли новые блюда. И за столом как-то неожиданно сменилось настроение.
— Слышала, вас можно поздравить, господин Адар? — вежливо улыбнулась мама. — У вас скоро свадьба?
— Все верно, — так же вежливо ответил он, промакивая губы салфеткой.
— И кто же та счастливица, ваша невеста? — небрежно поинтересовалась она и пригубила вино, оставив на бокале отпечаток красной губной помады. — Полагаю, господин председатель не мог подобрать для себя неудачную партию, и выбор был сделан со всей ответственностью.
— Уверяю вас, к выбору спутницы жизни я подошел весьма основательно, — с серьезным видом кивнул Адар. — Я прекрасно понимаю, насколько важно человеку моего положения подобрать себе правильную пару. Поэтому моей невестой стала Мари де Золер, наследница клана Служителей Солнца. Уверен, вы с ней знакомы.
— О, ну разумеется, мы все ее прекрасно знаем! Она ведь лучшая подруга нашей Валери! Не так ли, доченька? — уточнила она у меня, но лишь для вида. Моего подтверждения ей не требовалось. — Но ведь Мари единственная наследница своей семьи, как и наша Валери. Да еще к тому же и старшая! Разве у вас не возникло сложностей со сватовством?
Почувствовав, в каком направлении течет разговор, папа внезапно коснулся маминой руки и качнул головой, добавив:
— Не стоит сейчас ворошить прошлое. У нас все-таки праздник…
— Ничего страшного! Все в порядке, — заверил его Адар и посмотрел на мою маму, отложив столовые приборы. — На самом деле, никаких сложностей не возникло по той простой причине, что родители Мари сами пришли ко мне с предложением о браке. Когда речь идет о настоящих искренних чувствах, никакие препятствия не могут встать между возлюбленными — ни их положение, ни наложенные этим ограничения.
Адар не смотрел на меня, но я прекрасно знала, что эти слова обращались ко мне. И, как бы я не пыталась разделять свою личность и личность Валери, в данной ситуации ничего не могла с собой поделать.
По рассказам родных я прекрасно знала, как все обстояло на самом деле. Ведь это именно Адар отказался от Валери, а не она от него. Именно он не пожелал идти на компромисс ради их любви и пожертвовать единоличной властью в Совете ради их счастливого будущего!
Выходит, он никогда ее и не любил, поскольку в итоге выбрал ту, для которой не пришлось идти на жертвы. Выбрал удобство, а не чувства. И как после всего этого он смеет вообще заикаться о любви?!
 
Меня обуял гнев такой силы, что зубы начали скрипеть — так сильно я их сжимала, чтобы не высказать сейчас ему в лицо все, что о нем думаю. Рука крепко сжимала салфетку, да так, что ногти насквозь ее проткнули и теперь впивались в ладонь.
Внезапно я почувствовала боль в ступне — это Коля наступил мне на ногу, отвлекая мое внимание на себя. Он с непривычной бережностью забрал у меня истерзанную салфетку и шепнул на ухо:
— Лицо попроще, дорогуша. У тебя такой вид, будто ты собираешься прямо здесь, при всех разорвать его на мелкие кусочки. Боюсь разочаровать, но ваши силы неравны. У него крылья, огненное дыхание и еще бог знает что в запасе, а ты только и можешь, что тетрадь с бытовыми заклинаниями утопить. Как видишь, расклад не в твою пользу. Мне придется поставить на его победу.
Брат, как всегда, нес какую-то чушь, но, как ни странно, это помогло.
На мгновение закрыла глаза и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. Действительно, чего это я? Происходящее не имеет ко мне никакого отношения, сколько бы все вокруг не пытались убедить меня в обратном. Я не Валери. Стоит почаще себе об этом напоминать…
Когда открыла глаза, встретилась с внимательным взглядом Адара. Я вздрогнула от осознания, что он заметил мою реакцию, хотя не должен был. Правда, как он ее воспринял, я увидеть не успела, поскольку он быстро отвернулся, привлеченный новыми словами моей мамы.
— Что ж, любовь — это святое. Что верно, то верно, — покивала она, покрутив в руке полупустой бокал. — В таком случае, полагаю, вас даже не пугают те… неприятные слухи об этой семье?
Вероятно, мама пыталась застигнуть его врасплох, но у нее не вышло. Адар мягко улыбнулся без капли удивления.
— Вы об их возможной связи с культом Черного Солнца? — уточнил он. — Не переживайте, я прекрасно осведомлен обо всем. В том числе и о том, что эти слухи не имеют никаких оснований.
— А разве кровное родство с культистами не является достаточным основанием? — спросил вдруг Макс, который до этого в основном помалкивал и внимательно слушал. — Возможно, я ошибаюсь, но разве их догмы не происходят из общей религии?
— А вы многое знаете, юноша, — оценил Адар. — В чем-то вы, конечно, правы. Но не стоит забывать, что родство у них очень дальнее, а вера в Солнечного бога со временем претерпевала различные изменения. К тому же, как вы помните, Леон, отец Мари, погиб именно от их рук. Это неоспоримый факт. Поэтому я считаю сомнительным, что при таком раскладе семья де Золер продолжила бы поддерживать связь с культом.
— Вы все еще разыскиваете их? — поинтересовался старший брат. — Поэтому приехали сюда?
Адар вздохнул. Удивительным образом Макс сумел разрядить обстановку, хотя разговор перешел на более щепетильную и менее приятную, как я понимала, тему.
— Верно, — ответил мужчина. — Время от времени приходится выбираться из академии, чтобы лично проконтролировать продвижение в этом деле, проинспектировать работу других кланов. Вот уже несколько лет никаких результатов. Этому должно быть объяснение. У вас, молодые люди, случайно нет для меня полезных сведений?
Макс отрицательно покачал головой. Мы с Колей повторили его жест.
Внезапно я заметила промелькнувшую в дальнем конце зала копну светлых волос и знакомое платье. Ноэль. Странно, кажется, она несла в руках поднос с десертами, но после слов Адара вздрогнула и быстро скрылась за дверью. Тот ее не видел, поскольку дверь находилась прямо за его спиной. А вот остальные то ли не заметили, то ли не придали этому особого значения.
В следующую минуту к столу подошел уже другой слуга с тем же самым подносом, а Ноэль больше не появлялась. Что бы это значило?..
В задумчивости встретилась глазами с Колей. Тот с намеком поднял бровь, мол, ничего не хочешь сказать, сестренка? Но у меня не было ни малейшего понятия, что он хочет от меня услышать, и что бы я могла сказать нашему гостю. Что вообще происходит в этом доме, черт возьми?!