Реки крови (СИ)

— Возвращать придется вдвойне. Понимаю. И поменять камень на лес готов. Но… У меня есть определенные обязательства перед людьми.
— Так и я свой сан не за красивые глаза получил.
— Значит берем кредит, а потом меняем наши товары?
— Сплошное разорение…
— Так мы договорились?
— Конечно, договорились. Я уже и о кредите условился.
— Когда только успели?!
— Так ведь мне сан не за красивые глаза дали. Вертеться умею.
*****
— Я уже жалею, что поддержал кандидатуру Ластора на пост Наместника.
— И я.
— Ронн хоть и был в решениях крут и скор, наперед думать умел, а этот…
— Фанатик, он и на троне Наместника фанатик.
— А делать-то что? Приказ атаковать Элур саботировать никак нельзя.
— Разве это наше дело, преподобный? Пусть о том болит голова у военных, а мы позаботимся об их душах
— Так ведь сожрут военных и потом туда отправят нас.
— Всесветлый…
— Бладианцы архимагов как скот режут. Ужели думаете уцелеть?
— Всегда можно проявить гибкость. Кардинал Вестор… слышали?
— Под вампиров полностью лег.
— Зато королем скоро станет… и жив останется.
— Так вы?..
— Нет-нет. Я просто… для примера… э-э-э… проявления гибкости.
— Опасные речи ведете, преподобный.
— Так ведь только с вами. По дружески. И разговор вы сами начали.
— Что я сказал, помню. Но как быть со Светлым походом? Армия не готова, а приказ Наместника однозначен.
— Пусть об этом болит голова у военных. Нам с вами надо позаботиться о том, чтобы в будущем, когда пошлют резервы, мы остались здесь, в Вобанэ, а не сопровождали новую Светлую армию к врагу.
— Значит поддерживаем друг друга?
— А я как сказал? Без поддержки в наши времена не выжить. Так что, держимся друг друга.
— Согласен. И еще… Надо бы подготовить списки тех, кто остаться в Вобанэ не должен ни при каких обстоятельствах.
— Толково. Я завтра назову тех, кого видеть здесь не желаю. Ваш список, думаю, уже готов?
— Еще при Ронне составил.
— Предусмотрительно. Одобряю. Но тогда надо бы и союзников… в смысле, единомышленников побольше.
— Я думал о Верзье.
— Верзье теперь сам по себе, зачем ему мы?
— У вас есть кандидат получше?
— Если бы… Но мыслится мне, что мир не ограничивается стенами Вобанэ.
— Вы о чем?
— Что насчет канцлера Роза? Его поддержка сейчас дорогого стоит.
— Он ненавидит Светлую Церковь.
— Он политик, а политики не мыслят категориями чувств. Но нам нужно будет предложить ему действительно хорошие условия сотрудничества.
— Если вы уверены, что архимаг Роз будет сотрудничать с нами, я готов дать ему за поддержку многое.
— Как говорит один мой знакомый негоциант: славно.
*****
Решение не вмешиваться в склоки кардиналов было одним из лучших решений Роза за всю его долгую жизнь. Нейтральную позицию самого авторитетного архимага империи оценили обе стороны конфликта. И если новый Наместник Ластор просто отдарился необработанным лунным серебром, да прислал крайне надменное письмо с благодарностью за разумные действия во время внутрицерковного кризиса, то бывший Наместник Ронн лично навестил канцлера перед своим отбытием в Ганию. Разговор тогда вышел недолгим, все же не каждый день империю сотрясают последствия столь мощного землетрясения, но обговорить удалось многое. Так, например, Ронн пообещал Розу свою полную поддержку в Гании и намекнул, что закроет глаза, если преданные Розу маги немного выйдут за рамки церковного закона. И пусть власть бывшего Наместника ныне сильно ограничена, подобное обещание все равно стоит дорого, так как сторонники у Ронна остались буквально везде. Да и в Гании теперь можно будет действовать куда более решительно, имея за спиной такую значимую фигуру как кардинал Ронн. А что бывший Наместник быстро приведет такую страну, как Гания, к покорности, сомневаться не приходилось. Где сам не справится, там ему поможет семья, которая, как докладывали канцлеру соглядатаи, как раз начала переводить часть своих активов в соседнюю державу.
 
Но пользоваться плодами успешного политического хода пока было рано. Все силы и все время сжирало устранение последствий страшного землетрясения, случившегося на юге степи. Нет-нет, никаких полностью разрушенных городов, как в Ороде, не было. Но разного рода трещины в зданиях и прочий сопутствующий ущерб получили такое количество городов в империи, что впору было хвататься за голову и рвать от безнадежности волосы.
Цены на камень и дерево взлетели в пять раз, и это при том, что и до землетрясения они были отнюдь не маленькими из-за многочисленных диверсий, устроенных вампирами. Но простые камень и дерево демонстрировали вполне себе умеренный рост на фоне того как подскочило в цене стекло и некоторые другие виды строительных материалов, типа гвоздей. О расценках магов Земли за свою работу и вовсе говорить было неприлично, они были за гранью добра и зла.
И все эти сложности надо было контролировать канцлеру, потому как стоит ослабить хватку и ситуация пойдет вразнос по всей стране и остановить ее будет практически невозможно. Так, например, цены на грузовые перевозки удалось удержать в узде лишь угрозой отправить всех нарушителей на алтарь. Также, благодаря решительным действиям Роза удалось ограничиться повышением цен на продовольствие и металлы «всего» в два раза. Да, это много, но в день землетрясения цены подскочили в четыре раза, и пока за дело не взялся канцлер, опускаться не собирались.
Понятное дело, не забывал Роз и о себе и собственном кармане. Так, конфискованный за нарушение лимитов цен овес, совершенно случайно был продан «неизвестному» покупателю по ценам в четыре раза ниже, чем овес стоил три года назад, когда его в империи было просто завались. Понятное дело, что все было тут же выкуплено обратно в казну по вполне себе рыночным ценам, а «неизвестный» покупатель в лице Роза положил в свой карман пару тысяч золотых. Самое приятное в данной сделке было то, что овес даже не покидал родной склад, а все сделки проходили лишь по бумагам, ни разу не выйдя за пределы чиновничьих кабинетов. Канцлеру надо были лишь получить свою долю и похлопать исполнителей по плечу.
Срочный вызов к императору застал архимага, когда он собирался посетить бордель и заодно встретиться там с людьми, занимающимися торговлей с кочевниками. Роз знал, что вампиры активно подстрекают последних к вторжению и был совсем не против такого исхода дел, но сейчас ему нужно было совершенно точно знать, что именно планируют делать степняки в ближайшее время, и как именно на них сказалось случившееся землетрясение. Все же именно по ним стихия ударила в первую очередь, и пусть юрты от толчков страдают не сильно, это не является гарантией отсутствия у кочевников ущерба.
— Ваше императорское величество…
— Явился! А я тебя уже жду!
— Готов служить вам, ваше императорское велич…
— Что творится у драконидов, знаешь? — император буквально сиял, и это очень раздражало канцлера.
— Все новости разведки, сначала ложатся на ваш стол, ваше величество, — это было неправдой, но Роза мало интересовали дракониды, и потому он практически не смотрел отчеты о ящерах, которые, конечно же, сначала оказывались именно у него, а не императора.
— Вот! Ничего ты не знаешь! — по своему истолковал заявление Роза император, — А эти твари показали свою гнилую сущность!
— Я могу знать, что именно случилось? — нейтрально поинтересовался Роз.
— Что случилось? Я был прав! Вот что случилось! Прав! А вы все, ублюдки, смеялись за моей спиной! Но теперь вы зубы будете выплевывать, а не смеяться над своим императором!
Роз беспомощно посмотрел на присутствующих в кабинете военных и сановников, но помощи от них не получил. Император продолжал орать про свою правоту, мало обращая внимание на канцлера, который быстро обдумывал ситуацию.