Властелин воды (СИ)

— А поставь! Давай посмотрим, как он станет выкручиваться. И вели ему обратить особое внимание на замковых слуг — простодушные люди много чего рассказывают жрецам на исповеди…
  
Глава 14
 
Весь оставшийся день я размышлял над словами богини, но на ум ничего путного так и не пришло. Кроме как полета с карагачем над Неей. Может, с высоты чего замечу? Берега ее конечно, густо поросли кустарником и деревьями, но сейчас их яркая осенняя листва уже поредела, облетев под порывами холодного ветра. На своих двоих здесь можно хоть до самой зимы ходить, и ничего не найдешь, а мне через два дня нужно в город возвращаться. Так что без помощи моего крылатого друга тут точно не обойтись.
…Лагерь охотников мы находим легко — судя по веселым голосам, они сегодня с добычей, и уже начали отмечать удачную охоту. Тушу оленя разделали и еще только водружают над очагом, но застолье уже в полном разгаре. Тереза заранее отправила сюда слуг с полными корзинами провизии и несколькими бочонками вина — так что к возвращению охотников все было готово еще задолго до окончания охоты. Ну, и правильно, разве можно накормить такую ораву голодных мужчин одним оленем?
Пока тушу не успели зажарить, прошу Лема принести мне кусок сырой оленины, которое нарезаю кинжалом на тонкие полоски. Потом, сложив мясо в глубокую глиняную миску, отхожу подальше от шумного лагеря и призываю карагача. Птица не заставляет себя долго ждать, вскоре крылатый друг с приветственным клекотом пикирует с неба на подставленную ему руку. А потом нахально перебирается на мое плечо.
— Привет! Любишь оленинку…? — спрашиваю я карагача, предлагая ему полоски мяса — Любишь… Наверное не часто удается ее отведать, все больше кролики да суслики тебе попадаются, да?
Птица одобрительно косит на меня янтарным глазом и продолжает жадно заглатывать оленину. Впереди зима, как он будет здесь в предгорье выживать, среди скал? И сам же смеюсь над своей тревогой — этот выживет! Нашел за кого беспокоиться — это не нежная канарейка, и не попугай. К тому же снег только в горах выпадает, а в долинах сравнительно тепло — там в кроликах и мелких грызунах недостатка нет. Скормив карагучу все принесенное мясо, не удержался, чтобы не погладить своего красавца по перьям на шее. Сегодня мне эту вольность за такое царское угощение простили.
С трудом подбрасываю с руки в воздух изрядно потяжелевшую птицу. Мысленно прощаюсь с карагачем, пообещав, что завтра на рассвете мы обязательно с ним полетаем. В ответ слышу клекот, который явно выражает одобрение моим планам.
— Умная у вас птица… — уважительно говорит Лем — никогда не забуду, как он нас на отряд Готфрида вывел у золотого рудника. Если бы не он, точно проворонили бы восточников. Ни разу в жизни не слышал, чтобы кому-то удавалось приручить карагача.
— Да, еще неизвестно, кто из нас с ним кого приручил! — смеюсь я — Ладно, парни, пойдемте к нашим охотникам, а то уже в животе от голода урчит. Напиться что ли сегодня…
— А может, не стоит? — настораживается Харт — наверняка же опять с военными до ночи переустройство в армии обсуждать будете?
— Может, и не стоит — легко соглашаюсь я — мне их еще с гномами сегодня мирить. Без помощи коротышек нам не обойтись.
— Я вот вчера послушал, как вы армейским про разведчиков и штурмовиков рассказывали, даже завидно стало! — мечтательно вздохнул Лем — Вот бы и нам в той школе поучиться, а потом по Микении всем отрядом прогуляться. Застоялись мы…
Харт недовольно перебивает парня
— Мало тебе было драки в казарме? От нашего прозвища вовек теперь не отмоемся.
— Это от какого же?
— “Бешеными” нас в Замке прозвали после той драки.
— “Бешеными”? — усмехаюсь я — Это хорошо. Значит, боятся связываться. Осталось только боевой клич придумать. Как вам такой: “Умри, но сдохни!”
— А вот это вы здорово придумали, князь! — искренне восхитился Лем моим стёбом, а вслед за ним неожиданно закивали и все остальные.
— Парни, я вообще-то пошутил! — попробовал я откреститься от этого безобразия. Но куда там… Мои архаровцы уже на все лады начали произносить боевой клич, прочитанный мною когда-то в одной прикольной книжке…
 
******
…Ведьмочки добрались до Бочагов только к вечеру. Уже темнеть начало, когда извозчик выгрузил их со всеми кульками и корзинами у калитки.
— Неужели добрались… не верится! — Бренна ввалилась на кухню вслед за Мартой и без сил рухнула на табурет.
— Главное, что мы все успели за день сделать, и мне не пришлось ночевать в гостинице!
— Но согласись, все было бы проще и быстрее, если бы не их дурацкие законы, по которым несовершеннолетней незамужней девушке обязательно нужен опекун. Ты хоть бы заранее меня предупредила, что тебе шестнадцать будет только через месяц! Я-то считала, что раз ты купила этот дом, значит уже взрослая.
— Думала, ты знаешь, что я только снимаю — виновато потупилась младшая ведьмочка — Откуда у меня деньги на покупку даже скромного дома?
— Ладно, не расстраивайся, все это в прошлом! Главное — мы с тобой все-таки нашли для нас лавку. Теперь я хотя бы спокойна за наше будущее, и деньги мои не пропадут зря.
— Ой, сестрица, мне даже не верится! — рассмеялась Марта и, достав из корзины бутылку вина, водрузила ее на стол — Мы с тобой теперь важные хозяйки собственной лавки…!
Пока Бренна возилась с бутылкой, ведьмочка успела выложить на стол снедь, купленную в городе. Покупали ее они уже впопыхах, после того, как вышли из Ратуши, где оформляли сделку. Но вроде бы все выглядело вкусно и пахло замечательно, особенно кусок розового свиного окорока. Бренна тем временем разлила вино по чашкам и одну вручила Марте. Матис Брисс ей бы голову сейчас за спаивание дочери открутил, но повод выпить был.
— Давай, сестрица, выпьем, за то, что у нас с тобой все так хорошо получилось. Остальное теперь зависит только от нашей смекалки и нашего трудолюбия.
— Да, я Бренночка в лепешку расшибусь, но экзамен в Гильдии сдам, чтобы мы могли травами торговать. И посуду такую сделаю, что все в Минэе ахнут!
— Закусывай, трудяжка моя! А то сейчас захмелеешь, и мне тебя в кровать волоком придется тащить.
Марта смутилась и села, наконец за стол. Бренна разрезала окорок и с доброй усмешкой наблюдала, как ведьмочка, раскрасневшаяся после нескольких глотков вина, нетвердой рукой кладет себе на тарелку ломоть мяса. Девчонка ведь совсем… Много ли надо, чтобы такую обидеть? Но теперь душа у старшей ведьмы была спокойна: чтобы не случилось, отныне Марте будет, где жить. И на кусок хлеба тоже будет, чем заработать.
Да, пришлось, к сожалению, оформить купчую на Бренну — она в отличие от Марты взрослая и по документам одинокая вдова, а значит имеет законное право заключать любые сделки от своего имени. Но Бренна тут же составила завещание, записав Марту своей единственной наследницей. Она бы и подаренный Йеном дом внесла в свое завещание, но… мало ли как все еще повернется. А вдруг придется вернуть дом князю…?
Довольная ведьмочка щебетала, в третий раз рассказывая ей, какая замечательная эта тетушка Ранса, которая торгует пирожками. Бренна согласно кивала — тетка и впрямь оказалась неплохой, а еще достаточно умной и практичной. Лавку Марте посоветовала в хорошем месте, и заодно подсказала, как сбить немного цену у старого хозяина. То, что предложили Бренне в Ратуше, ни в какое сравнение не шло с их новым приобретением.
Стоило оно недешево, но, если честно, Бренна бы и торговаться не стала: отдала бы сколько старик запросил — настолько лавка оказалась хороша. Три жилые комнаты наверху, два небольших помещения под лавку с единым входом с улицы, пара кладовок за ними, да еще сухой подвал, в котором можно хранить товар. Прежний хозяин, услышав, что здесь будет лавка травницы, проникся уважением, и в цене действительно немного уступил. За что Марта тут же пообещала старику сварить изумительную микстуру от застаревшего кашля.