Властелин воды (СИ)

— До этого еще дожить нужно… — раздраженно проворчал я — и родить двух сыновей. Своего первенца я в Тибал точно не отдам.
— На него Совет и не претендует — «успокоил» меня Фридрих — Для них вообще лучше, чтобы наследник для Восточного Эскела родился, как можно позже. Самое главное — вашим браком Совет обезопасит себя от ставленника Понтифика, который может довести Восточный Эскел до состояния разоренной Микении. А уж Понтифик, поверь, обязательно озаботится этим, отдав княжество и княжну в какие-нибудь жадные и послушные руки второго «графа Кауэра».
— Теперь ты понимаешь, Йен, почему мой кузен Касиус не торопился с браком Густава? — вздохнула София — Иоганну он сам в невестки не хотел, а Айдель, как ты понимаешь, ни Фэссу, ни нам, Тиссенам, никто не отдаст. Граф Кауэр сам спит и видит, как бы ему на ней жениться.
— Он же давно женат?!
— Пока женат — кивнул Фридрих, доливая вино в наши кубки — Но надоевшие нелюбимые жены имеют приятное свойство умирать. Иногда очень даже вовремя. А расследование подозрительных смертей всегда ведет Инквизиция.
Мне оставалось только покачать головой. Все расклады Фридрих с Софией объяснили мне доходчиво, и решение теперь было за мной. Но я же не малолетний дурачок, понимаю, что это всего лишь видимость. Есть такая профессия — князь. И как князь Западного Эскела, я должен жениться на княжне Восточного Эскела. Обязан, и точка. Ради благополучия своего родного княжества, ради будущего семьи Тиссен и своих детей. В противном случае мы тут же получим в соседи второго Кауэра, а Тибал превратится в рассадник Инквизиции. И хотя бы в этом наши опасения с Советом совпадают.
— Ладно… тогда нужно тщательно продумать брачный договор и торговаться с восточниками за каждую медяшку. О прощении всего долга не может быть и речи. И еще нам нужен новый торговый договор между двумя княжествами, с установлением взаимовыгодных пошлин. Я хочу выжать из этого договорного брака все возможные выгоды для нашего княжества. Наши Гильдии сильно недовольны, что границы с Восточным Эскелом закрыты, и торговля со светлыми землями практически встала. Значит, нужно договориться с восточниками о Подворье для наших купцов в Тибале. А чтобы не пускать на свою территорию чужаков, под стенами крепости на Ведьмином перевале придется организовать ярмарку — построить там торговые ряды, лавки и постоялые дворы.
— Так ты согласен?!! — на лицах родственников отразилась смесь изумления и недоверчивой радости. Видимо они думали, что уговаривать меня придется, как минимум декаду, а сегодня за ужином у нас намечалась лишь легкая разминка. Нет, недооценили они благоразумие и расчетливость юного Йена.
— Фридрих, я похож на упертого барана?
"Чтоб стать мужчиной, мало им родиться.
Чтоб стать железом, мало быть рудой.
Ты должен переплавиться, разбиться
И как руда пожертвовать собой".
Цитирую я ему по памяти слова из песни «Солдат» Александра Маршала
— У нас нет времени на раздумья и уговоры. Важно сейчас быстро договориться с Советом о приемлемых условиях. Иначе вмешается Понтифик, и все — пиши пропало. Надо торопиться, пока Аполлинариус вернул свое расположение Тиссенам и Минэю.
Старший Тиссен оценивающе прищурился на меня и затем решительно отставил кубок с вином в сторону.
— Тогда прими мои искренние соболезнования по поводу предстоящего брака и давай, перейдем сразу к делу.
— Обойдусь без твоего лицемерного сочувствия, Фридрих. Сейчас нам стоит предварительно обсудить наши условия по брачному договору, а утром первым делом переговорить с Дерангом. Наш премудрый казначей хорошо поработал над обоснованием суммы репараций за нанесенный ущерб, кому как не ему знать все тонкости нынешнего расклада сил в Тибале и их финансовые возможности. Дармового золота у соседей больше не будет, выкрутятся ли они теперь своими силами? А тут еще и репарации…
*****
Да, уж… если следовать поговорке, что друзья познаются в беде, то друзей у меня как раз и не оказалось. Ни одна зараза не посочувствовала моему личному горю! Лукас — добрейшей души человек, Дианель — мудрейший из всех, кого я знаю, но оба безоговорочно встали на сторону моих родственничков. Про вредного Хранителя я вообще молчу — этому древнему старикану все хорошо, что на пользу роду Тиссенов. Вот вроде и правильные вещи все они говорят: Учитель — об ответственности перед богами за преумножение данной мне магии, эльф — о возможности когда-нибудь в будущем объединить два княжества, и спасти Рион от Инферно, Хранитель — об угасании нашего рода и срочной необходимости родить парочку сильных наследников, права на княжеский трон которых, никто бы не мог оспорить.
 
И никто мне не посочувствовал, никто не возмутился: мол, как же так — юного Йена принуждают к браку?! Нет, все, как один высказали свое полное «одобрямс» предстоящему безобразию, все чуть ли не поздравлять меня бросились с такой удачной партией. Мне уж под конец дня начало казаться, что это я один здесь ненормальный со своими смешными представлениями о браке, а все остальные — просто образец здравомыслия!
Брак по любви или хотя бы из взаимной симпатии?! Нет, даже не слышали о таком. Это только крестьяне и слуги могут себе такую фигню позволить, да и то не от большого ума. А все нормальные люди брак должны заключать к взаимной выгоде обеих сторон — сначала хорошенько все просчитать, потом уже предложение делать. Брак — это очень важная сделка, и никак иначе.
Я с расстройства даже к Бренне сегодня не пошел — настроения совсем не было. О визите восточников она наверняка уже слышала — вот пусть и думает, что у меня переговоры. Хотя на самом деле, участвовать в них я не собираюсь. Вот кто кашу заварил, тот пусть ее и расхлебывает, а я за всем этим со стороны понаблюдаю. Вмешаюсь, если только уж совсем край будет.
— Все страдаешь? — сочувственно улыбается Фридрих, встретив меня, идущего от Лукаса
— Дядюшка, а нас в роду Тиссенов оборотней случайно не было?
— Что за глупости, Йен?!
— Тогда отчего ж мне так выть-то хочется?
— Шуточки у тебя, племянник… — покачал головой старший Тиссен и аккуратно, бочком — бочком, сбежал от меня и моего плохого настроения. А надушился-то…! Похоже, у кого-то сегодня ночью свидание в городе...
Очень хотелось вякнуть ему вдогонку какую-нибудь гадость, но ведь и Фридриха тоже в свое время принудили к браку. Он в принципе, такой же пострадавший. Да, и та же София вышла замуж за Альбрехта далеко не по любви — это Марции и Тиссены укрепляли, так сказать, связи между Минэем и Вертаном. И если смотреть на все с этой точки зрения, то почему для меня должно быть сделано исключение?
Ладно, хватит уже себя жалеть. Если честно, то в прошлой жизни я нагулялся от души, и не думаю, что в этой узнаю вдруг что-то новое о женщинах. Раз там не встретил ту, с которой захотелось связать свою жизнь, значит, и здесь видно не судьба, а вот наследники нам и впрямь очень нужны, с этим не поспоришь. Не приведи боги, достанут меня темные или Инквизиция, и сгинет моя замечательная магия без следа. А так хоть детям своим успею ее передать. Ну, а жена — что жена… Может, еще договоримся как-то с этой Иоганной и будем жить мирно, не мешая друг другу. Лишь бы княжна вменяемой оказалась…
Добравшись до своего кабинета и увидев на столе папку с допросными листами Трагоренов, я решил, что раз уж у меня неожиданно выдался свободный вечер, то нужно использовать время с умом, а не тратить его на жалость к себе. Поэтому велел Харту доставить ко мне бывшего Главу Гильдий. Показания своей жены Трагорен прочел еще пару дней назад, так что думаю, пора нам уже поговорить по душам. Чего дальше тянуть?
*****
Суд над семейством Трагорен проходил в зале судебных заседаний и был открытым для публики. Хотя гильдейские убедительно просили меня не делать этого, ссылаясь на высокий авторитет и положение в обществе главы семейства. На все их доводы я лишь недовольно покачал головой, огласив непривычный для них новый принцип судопроизводства Западного Эскела: перед судом и законом все равны! А с тех, кто занимает особое положение в нашем обществе, имея власть над людьми, с них и спрос особый.