Первый меч (СИ)

Одевшись, я вышел в коридор и приготовился к пробежке одним из первых. Второй подошла Триси, потом Крэлис, Джиро, опухший после сна и хмурый, приполз последним.
— А я ведь когда-то скучала по таким дням, — ударилась Триси в воспоминания.
На что Джиро поморщился, всем своим видом излучая недовольство:
— Ты всегда отличалась особой склонностью к мазохизму.
— Эй!
— Ставлю обеденную запеканку, что Триси его уделает, — шепнул я Крэлису так, чтобы остальные меня услышали.
— Поддерживаю, — кивнул он.
Дёрнув косичками, девочка фыркнула:
— Нужен он мне.
— А вдруг любовь там, все дела.
— Это ты Арисе своей скажи или Шааре, особенно ей.
— Казуми хорошая, просто резкая иногда, — защитил я её.
— Ага, и относится к тебе, как старшая сестра к младшему брату и подзатыльник может дать по необходимости, и пинка отвесить.
«Понеслась любимая тема у детей».
— А как она твоего Тринадцатого на запчасти разобрала, — это уже Джиро добавил.
— Так, стоп! — возмутился я. — Вас, ребят, что-то не туда понесло.
— Да? Может, ещё обсудим, то, как ты из Храма уйти пытался? — скрестила руки на груди собеседница.
— Всё молчу, — я поднял руки вверх, — ты победила.
Хазистер снова дёрнула косичкой, отвернувшись от меня:
— То-то же.
Вообще, я думал, что, узнав о моей попытке покинуть Орден, разбор полётов устроит именно Ариса. Но она отреагировала достаточно спокойно. А вот две особы проявили отношение более бурно. Особенно в этом деле отличилась Казуми, разобрав на запчасти моего дроида, в попытке добраться до меня. Но она ещё ладно, побуянила и успокоилась. А вот Триси цепляется ко мне до сих пор.
Тем временем из нас наконец-то образовалось подобие строя, и Каала Риси отдала команду на бег и повела нас к ангару. Так как это было единственное достаточно просторное помещение для нашей группы юнлингов. И вдобавок ко всему холодное, что тоже является задумкой наставницы. Потому как летим мы на Илум, ледяную планету, полностью покрытую снегом. Поэтому после зарядки начинается час медитации в холодном ангаре, где мы овладеваем новой техникой по сохранению тепла.
Сам ангар не имел открытых окон для обзора космоса. Скорее, представлял из себя вместительное помещение для ремонта и техобслуживания кораблей. Минимум освещения и тишина, в которой слышалось лишь ровное гудение ламп. И, скажу, мне нравилась атмосфера этого места. Когда случится ещё раз полетать на таких кораблях, для медитаций всегда буду выбирать эллинг корабля.
— Илум необычное место, — между тем заговорила наставница, пока мы погружались в медитацию, — он наши традиции, наша сила и история. Полёт на Илум — это важное для каждого джедая церемониальное событие. Именно на Илуме вы найдёте первую и самую главную деталь для меча. Кристалл, который станет сердцем вашего оружия. Пока, — она жестом остановила поднявшийся галдёж детей, — мы летим лишь на экскурсию, церемонию вы пройдёте позже. А сейчас я хотела поговорить с вами о видениях. Хоть это и крайне редкое явление, но туда, куда мы пойдём вас могут посетить видения Силы, — Каала Риси глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. — Об этом не любят говорить у нас в Ордене, но это наиболее яркий пример. Сегодня мы обсудим с вами события многолетней давности, названное в архиве «Резней падаванов». Некоторые из вас, возможно, уже слышали или читали об этом.
После её слов я осторожно поднял руку, с наставницы станется сказать, что раз я знаю, мне и рассказывать, и вместе со мной тот же жест повторила Триси. М-да, похоже, только мы вдвоём читали об этих событиях. Каала Риси кивнула нам, обводя взглядом группу младших джедаев.
— Это случилось во времена старой Республики перед началом Мандалорской войны. Пять мастеров джедаев погрузились в Силу и четырёх из них в одно время посетило предвидение будущего. У каждого видение было разным. Кто-то видел нападение мандалорцев, кто-то возвращение ситхов или начало бедствий на родной планете. Но кое-что в этих видениях было общим, а именно: присутствие ситха в красном скафандре и смерть каждого из мастеров, — наставница говорила с закрытыми глазами, делая короткие паузы между предложениями, как бы восстанавливая картину из памяти. — Так случилось, что в этот момент их ученики проходили испытание на «блуждающей луне» в системе Тарис и одеты они были в те самые красные скафандры. Провидцы предположили, что увиденный ими ситх олицетворяет одного из падаванов. И для того, чтобы избежать будущих событий решились на убийство своих учеников.
 
— Как же так? — раздалось возмущение юнлингов. — Они же джедаи, они не могут просто убить падаванов из-за своих подозрений!
— Но они смогли, — ответила наставница. — Известно, что один из мастеров связался с Заветом и сообщил о видениях. Ему было приказано доставить падаванов в суд для разбирательств. Но Раана, Ку’анилия, Ксамар, Фелн и Люсьен, так их звали, нарушили приказ. Они обманули падаванов и провели ложную церемонию посвящения в рыцарство, где, как вам известно, учитель должен был срезать падаванскую косичку мечом, вместо этого ученики были хладнокровно убиты. Выжить удалось лишь пятому падавану, Зейну Керрику, по счастливой случайности опоздавшему на ритуал. Его и обвинили в смерти падаванов.
— Они ведь были наказаны, наставница Риси? — спросил Крэлис.
— В некотором роде. Убийство падаванов ничего не изменило. Сначала началась Мандалорская война, за ней Гражданская война джедаев. Пятеро мастеров погибли в ходе этих двух конфликтов.
— А Завет — это аналог Совета джедаев? — подал голос ещё один юнлинг.
Но на этот вопрос ответил уже я:
— Почти, Совет тогда тоже существовал, но ему мало кто подчинялся. Тогда власть в ордене была децентрализована, то есть не имела единого центра управления, — подумав, я решил уточнить: — Каждая академия: Тарис, Дантуин, Телос, Корускант и другие. Все они имели свой Совет двенадцати и, как правило, действовали отдельно от остальных. Да даже кодекс, как и правила, у них могли отличаться. Например, тогда были разрешены отношения, а возраст принятия в орден не имел ограничений. Уже после Руусуанской бойни, буквально на осколках, орден отстроили заново, а все сторонние академии закрыли. Корускант стал центром с единой системой обучения и централизованной властью. В общем, Завет тогда был одной из высших инстанций на Тарисе. Хотя после тех событий его вроде как расформировали.
— Это похвально Нарлак, что ты изучаешь историю ордена. Впрочем, всё, что ты сейчас рассказал вы ещё будете проходить в будущем. Так вот, дети, убийство падаванов не помогло предотвратить предвиденное. А может, наоборот, запустило цепочку событий, что и привело к печальным последствиям.
— То есть предвидения нас обманывают? — озадаченно почесал затылок Джиро.
— Предвидения ведут джедая. Это наше умение и наказание, путеводная нить и ловушка. Поймите, — обвела наставница нас взглядом, — чтобы сотворить зло, нужна решимость. Решимости пятерым мастерам-провидцам хватило сполна. А вот храбрости взять на себя ответственность будущего, они в себе не нашли. Поэтому всё, что бы вы не увидели на Илуме, подвергайте сомнению, думайте, решайтесь, но никогда не спешите принимать решения.
— А что случилось с Зейном? Его же не изгнали из ордена?
— Нет, он сам пожелал уйти. Но более подробно вы можете узнать об этих событиях сами, — ответом ей стал тяжкий вздох юнлингов.
Медитация закончилась на задумчивой ноте, дети были слишком поражены новостью. Когда считаешь джедаев непогрешимыми служителями света, подробности некоторых событий могут сильно удивить. Та же «Резня падавнов на Тарисе» далеко не единственный случай, когда джедаи отступали от кодекса и правил. Хоть такое случалось нечасто. Но тут стоит обратить внимание, что Орден до Руусанского преобразования и после — это две совершенно разные организации.
 
Дети покинули ангар, а вот мне нужно было остаться. Сложно сказать, почему так тяжело шло моё обучение. Может, причиной тому стало взрослое сознание или детский организм и вытекающая отсюда невнимательность, и непоседливость, возможно, виной всему вселенское равновесие. Как бы то ни было, но с техниками Силы разговор у меня был особый и прийти к взаимопониманию нам пока не удавалось. Поэтому наставница оставляла меня на дополнительный час медитаций, где занималась со мной индивидуально. Объяснив это тем, что она хочет быть уверенной во мне, что на Илуме я не получу обморожения.