Несломленные (СИ)

— А скромный какой и вкусный… — протянула вапирша заворожено уставилась на шею вампира.
Тот учуял неладное и инстинктивно хотел отстраниться, но притяжение этих глаз и алых губ не дало вампиру внять доводам разума. Тем более он сам виноват, что девушке пришлось надрываться сегодня. Задира рассудил, что надо ей хоть как то компенсировать ее энерго затраты на ликвидацию ошибок юного собрата.
Только по телу Задиры проносилась дрожь, от одного осознания того, что заведомо старший и сильный собрат прикоснётся клыками к его плоти. Ведь мама с детства пугала Задиру жуткими историями, как древние вампиры иссушали глупых и доверчивых вампирят. Некоторые гурманы специально выискивали молодняк ради утоления жажды крови и заряжания огнем жизни. Древние, увы, постепенно лишаются искры жизни.
Сделав над собой усилие и с трудом поборов страх Задира тихо, но внятно предложил:
— Можешь, испить меня. В моей крови еще осталась энергия. — Он заглянул ей в глаза, и понял, что его сущность поглощает эта рубиновая бездна с силой черной дыры. Тело Задиры бросало то в холод, то в жар. А сознание напротив прояснилось, начало пугать тело негативными моделированиями развития дальнейший событий.
— О, так неожиданно. И лестно. Не каждый аристократу позволит испить из себя, даже члену своего рода. Ведь кровь это исток власти. С помощью крови можно привязать к себе испившего. Ты наложил на свою кровь заклинание очарования и так хочешь добиться моей лояльности? — полушутя, полусерьезно спросила Лилианна, и пристально посмотрела в глаза вампира. Она явно искала какой-то подвох, ведь не верила в бескорыстие и хорошие побуждения. Лилианну уже пытался так подчинить себе пусть не такой древний вампир как она, но все же.
— Нет, что ты! Я даже не знал что так можно. Честно. Да и ты как более старшая ощутила бы мое враньё. Вот это я знаю. Древним врать нельзя, ложь из оскорбляет и они становятся злыми. — Ответил обижено Задира. Его оскорбило что его первый в жизни порыв поделиться с кем-то самым ценным, втоптали в грязь беспочвенными подозрениями. Задира грустно вздохнул и опустил взгляд.
— Ох, прости. Я не хотела тебя обидеть. Просто в-первые встречаю открытого себе подобного и такого милого. — Поспешила извиниться Лилианна. Да, вампирше присуща аристократичная гордость, но она так же знала когда и с кем ее следует унимать.
— Я все понимаю, я чужак для тебя. Это ты прости меня за все. — Извинился Задира.
— Так твое предложение ещё в силе? Я бы попробовала тебя на вкус. Вдруг ты не такой паршивец, как кажешься. — Шутливо проговорила Лилианна и прильнула к растерявшемуся, смутившемуся вампиру.
Но Задира быстро пришел в себя, обворожительно улыбнувшись, сказал.
— Да. Приятного кусания.
Лилианна коснулась щеки вампира и нежно погладила, ее рука ловко скользнула вниз. А вторая оттягивала ворот черной рубашки. Вампирша ощущала призывный аромат Задиры. От чего жажда обратилась огнем, стала резко выжигать все в грудной клетке. Белые клыки сверкнули из-под алой, соблазнительно пухлой губки.
Задира с замиранием сердца ждал момента погружения острых клыков в его плоть и готовился к боли. Он опасливо зажмурился.
Лилианна совершила алый поцелуй аккуратно, быстро и со знанием дела, чтобы не принести боли донору, только удовольствие. Да, опытные вампиры научились делать алые поцелуи настолько виртуозно, что они не приносят боли, может только дискомфорт от нарушения личного пространства. Но удовольствие, которое приходит, потом сполна это компенсирует.
Это удел новичков неаккуратно рвать глотки донорам и обливать все вокруг бесценной алой жидкостью, причиняя страдания несчастной жертве.
Задира еле устоял на ногах, от переизбытка необычно ярких ощущений, он пошатнулся, но устоял, хотя ноги стали ватными. Вампир сцепил клыки, чтобы не застонать. А то они не одни тут и рядом рыщет охотник.
Удовольствие угнездилось в грудине, разрывая легкие в сладостном стоне. Сознание отправилось на недостижимые высоты блаженства. Мысли слиплись в один лениво перекатывающийся ком. А мужская плоть, даже невзирая на потерю крови, смогла встать, натягивая ткань джинсов. Лилианна прижимаясь интимно близко в Задире, ощутила давление в области паха и польщенно улыбнулась, не отрывая уст от источника такой сладкой и полной жизни крови. Кровь предыдущих доноров теперь ей казалось пресной, скудной на энергию. Вампирша восхищенно прикинула, кем должны быть родители, что породили на свет столь дивное по вкусу существо. Лилианна ещё сильнее прижалась к добровольной добыче, ощущая манящий холод его упругого тела, к которому столь приятно касаться. Задира скрипнул клыками от удовольствия, его глаза горели огнем страсти, а лицо было напряжено и тотчас стало расслабленным, а потом смущенным. Он не ожидал от своего тела такого предательства. Теперь вампир с горечью решил, что Лилианна точно решит, что он слабак и не стоит ее внимания.
 
Но скоро вампиру стало не до душевных терзаний.
Задира ощутил знакомо резкий нагрев воздуха и услышал звук трущихся одна об другую энерго частиц, резкая вспышка света и поток пламени покрыл две фигуры. Но Задира в последний момент увёл подругу и себя из-под атаки. Причем другой вампир бы не учуял, что к нему подкралась бронированная смерть. Ведь киборг передвигался бесшумно и осторожно. Просто помог опыт предыдущих встреч с ним и плюс Задира давно изучал повадки кибер охотника.
Даже запах не мог выдать киборга, ведь от него могло пахнуть окружением, да и смрад от мертвых скрывал охотника ещё лучше. А вот запах разогретого метала вампир учуял.
Задира с трудом пришел в себя от передачи крови и смог вернуться к боевому настрою. Хотя слабость немного замедляя его, зато решительность защитить дорогую сердцу вампиршу придавала сил. Задира самоотверженно бросился на противника, ловко уходя от его одиночных выстрелов. Вампир начал понимать, что массированные атаки киборг не может использовать постоянно, чаще идут в ход одиночные.
Задира исчез из-под атаки, метнув в противника шипящую, черную жидкость, но Эр тринадцать увернулся. Вампир появился из-за спины киборга, вогнал нож между пластины брони. Киборг накренился в одну сторону под весом и силой удара бессмертного, но тотчас выпрямился и даже смог сбросить того со спины, как надоедливую пиявку. Вампир упал в одну из разоренных могил, поднялось облачно пыли.
Киборг навёл на потерявшего сознание вампира орудие, намереваясь выстрелить. Но кнут, обившийся змеей вокруг запястья охотника, заставил резко вскинуть руку вверх, отчего выстрел ушел в небо, где разорвался потрясающим золотым фейерверком, раскатами грома прокатившись по воздуху.
Лилианна, поняла, что барьер уже не нужен, ведь охотник проделал всю грязную работу за вампиров, пока те занимались своими делами, а значит, она тоже может вступить в бой. Ещё и силы в ней прибавилось.
Киборг пытался вновь направить оружие, кнут хищной лианой обвился вокруг запястья не давал этого сделать. Эр тридцать приложил ещё больше процентов физической силы, но вампирша не уступала ему по силе. Её глаза насмешливо взблеснули алым, в агатовом сумраке.
Эр тридцать выщелкнул лезвие из свободной руки и хотел обрезать кнут, не вышло, лезвие не сломалось, но и не повредило материал кнута.
Задира пришел себя и атаковал киборга, пока тот отвлекся на Лилианну. Правая рука вампира покрылась когтистым перчатко подобным доспехом. Задира нанес удар, по не покрытой бронёй части кибера, тот аж ссутулился, но не застонал от боли, лишь хищно сощурил глаза, решил ответить на любезность. Тяжёлый удар киборга просвистел в воздухе и нацелился на нагло скалящуюся физиономию. Но клыкастый противник ловко увернулся. Все-таки он являлся быстрее и проворнее бронированной машины. Лилианна подсекла кнутом ногу киборга, потянула на себя. Эр тринадцать пошатнулся, но устоял. Эр тринадцать глянул на то, что прицепилось к его щиколотке, потом на вампиршу и многозначительно погрозил ей пальцем. Пусть Кибер охотник не говорил, не выказывал признаки ненависти, но его зловещий взгляд исподлобья, и хищный клыкастый оскал на маске, придавал жуткости образу. Вампирша ощутила первобытный страх, который испытывала в детстве, когда мама пугала ее древними охотниками, что убивали бессмертных и пожирали непослушных вампирят.