Никакой Золушки не будет! или Принц Крови в подарок (СИ)
Болезнь не пощадила лицо. Но почему-то после падения в озеро я об этом вспомнила далеко не сразу. Тогда я конечно и не подумала и не осознала сразу, насколько мне повезло!
Не знала точно, что сначала легкие чары иллюзии появились вместе с моим переходом в другой мир – как будто его подарком, не позволяя увидеть шрамов на лице. А троллиха, чтобы не пугать народ, их усилила. Потому за наемницу и приняли — что лицо мое без шрамов на неё было больно похоже.
Но все это мне рассказали сильно позже. А сейчас... Да, я увидела каким-то боковым зрением едва заметную синеватую дымку вокруг своего лица. И ясно обострившей же интуицией поняла — оно. Это из-за неё, из-за дымки от меня не шарахаются с отвращением и даже называют красавицей. Она как-то скрывает мой настоящий облик.
Сказка. А в сказке случаются чудеса... даже такие вот непривычные.
Конечно, надолго бы их не хватило, но пока… вполне… Вот только я об этом не знала.
Я отшатнулась. Дернулась отчаянно, и…
Мир вокруг нас озарился едва заметным ало-золотым сиянием. А дальше…
Гул. Восторженный. Радостный. Изумленный. Сочувствующий!
И ужасное:
— Мои глубочайшие извинения и искренние поздравления, тир Норитэли! Это чудо! Такая честь! Девица, должно быть, до сих пор не поверит, что такой завидный жених, как вы…
Все смешалось. Вот совсем все. И ноги не держат, и больше всего на свете хочется провалиться сквозь землю. Да почему же это все никак не закончится?!
— О да, — процедил мой кошмар, посмотрев так, что я начала прикидывать цены на услуги гробовищков, — уж-жасная… честь.
— Сочувству… то есть поздравляем! — Рассыпался в любезностях все тот же противный голос.
Все смешалось в одно пестрое пятно. Толпа напирала. Горло нестерпимо чесалось. Громкая музыка била по ушам.
— Отыграешь представление до конца, а потом я помогу тебе исчезнуть, — сообщил мне на ухо все тот же ласково-ядовитый голос моего «подельника». — И буду очень… очень долго горевать,— его дыхание скользило по коже, — что моя избранница… увы… погибла…
Прохладно закончили мне на ухо.
В горле стал ком испуга. Так это все… было представлением? Слава станку! Все-таки не подготовила меня жизнь на Земле к таким стрессам.
Зал рассыпал огни, незнакомые мне существа не сводили с меня глаз, а новоявленный «жених» вел куда-то вперед, в дальний конец залы, где виднелись подобия тронов. Какая все-таки странная… сказка…
Только чужая ладонь, крепко сжавшая мою, была слишком когтистой и реальной.
Почему мне кажется, что исчезнуть я могу вполне себе естественным путем и безо всякого притворства? Точно принц бракованный попался.
Шепотки вокруг раздражали все сильнее. Мой спутник вызывали желание надеть ему на голову миску с оливье – если бы у меня была такая.
— Полагаете, вашего слова мне будет достаточно, чтобы поверить? – Решила отыгрывать свою роль до конца.
Явно меня приняли за кого-то другого, так что… все равно не поверят.
— А ты хочешь, может быть, с меня клятву? – Незнакомец удивился. И вот вроде бы его тон не изменился – но… от ощущения опасности тело буквально застыло, замерло, окоченело.
Ответ неправильный, студентка Корнеева. Садитесь, два. А два у нас карается откусыванием головы! Тоже на «раз-два».
— Нет ми… тир, — вовремя вспомнила используемое здесь обращение, — вашего слова будет вполне достаточно.
— Прекрасно, — мою талию обвила сильная ладонь, сжимая так ласково, как будто из меня хотели выдавить завтрак, обед и ужин, – я так и думал, что ты умненькая и благоразумная девица… — от нелюдя пахло… костром. А ещё – рябиной, опавшими листьями и почему-то яблочным пирогом, — обычно для человечки эта редкость – вы редкостно глупы и корыстны.
Рассказала бы я, какие мы, но… не время, да и не место.
Странные сидения-троны приближались, народу становилось все больше, а сердце и вовсе дергалось, как сумасшедшее.
Остановились мы в каких-то буквально десяти шагах, но возможности разглядеть троны и тех, кто на них сидел – а они не пустовали – мне не дали. Никакой.
Мою руку нежно сжали. Так же нежно, как удав обнимается с любимой добычей. Вкусненько? Питательно? Хватит надолго?! Да ты же моя прелесть!
По нашим соединенным ладоням пробежали золотистые искры. Толпа восторженно ахнула – ей нужна была сказка. Очень красивая новогодняя сказка. Зал искрился серебром и гирляндами, шарами, снежинками, еловыми ветками, покрытыми инеем.
Я казалась себе мышью, которую поймали в ловушку на маленький вкусный и сочный кусочек сыра.
Вот надо было раньше сбегать, надо было! Уже и папаша местный не таким страшным казался, и «жених»-оборотень!
— Поцелуй! – Шептала толпа.
— Отыщите мою дочь! – Раздался откуда-то издалека рык. – Вернись немедленно, негодяйка!
— Поцелуемся – или я возвращаю тебя… к отцу? Маленькая человеческая … — дыхание опалило кожу щеки. Взъерошило волосы, — лгу-унья…
Темные глаза сощурились.
Я дернулась вперед. Правильное резкое, слишком хищное лицо чужака застыло напротив. Его губы были тонкими, светлыми, а из-под верхней губы виднелись острые зубы.
— Только один. Только потому, что так нужно. — Зачем я это сказала? Дыхание почему-то сорвалось. Проснуться бы в своей кровати – и посмеяться потом с подругой… — хотя не знаю, зачем это вам именно сейчас…
А больше одного поцелуя я не переживу. Уже проходили, знаем.
— Жених должен заявить свои права на невесту, — произнес нелюдь спокойно и холодно, как будто и не было между нами этой странной искры.
А потом наклонился – и на глазах у всех поцеловал. Легко. Едва уловимо, дуновением ветерка скорее обозначая поцелуй, чем целуя на самом деле. Но в этот момент в груди запекло особенно остро, словно кипятку вылили. Я замычала, дернулась, хотела отшатнуться…
Как же, дали бы мне! Мужчина действовал привычно, настойчиво, лениво, умело.
И эти его глаза… мне казалось, что где-то я уже такие видела, только волосы должны были быть другого цвета, не темные, да и внешность немного… иная…
— С-свет, мой с-свет, ну куда же ты рвешься, человек? Подожди… — клыки прикусили мою губу, разум помутился, в груди буквально взорвался фейерверк эмоций.
На миг мне показалось, что я уже самая тянусь к нему, целую его, обнимаю дрожащими пальцами за плечи. Перед глазами вдруг промелькнуло лицо Белова, старой моей неприятности. Не знаю почему – но это резко отрезвило.
Я дернулась, глядя в глаза напротив, что наливались опасным багрянцем.
Раздался чей-то смех, а потом одобрительное:
— Ох уж эти чувства… оказывается, они могут накрыть в любой возрасте, неправда ли? – Эти слова произнес приятный звенящий голос.
Я даже обернулась, но с моим зрением разглядела только резкие черты лица, правильной формы нос и длинные светло-золотые волосы. Наверное, красивый мужчина. Здесь других и нет. Больше пугало нечто нематериальное, но поразительно мощное, огромное, что ширилось вокруг него и буквально плитой ложилось на тех, кто стоял ближе к трону.
— Все может быть, Владыка, — голос моего «жениха» звучал ровно и спокойно. Я не могла понять, как он относится к этому фарсу и зачем его затеял. Но погоди, перевернется и на твоей улице мусоросборник с тараканами, сиятельный тир, — чувства так приятны и новы…
Почему так грудь чешется? И даже не прикоснешься незаметно – попробуй почеши декольте?!
Кажется, на миг я отвлеклась. Устала от неясных расшаркиваний. Гудели ног и голова, зрение стало расплываться, усталость усиливалась, а странности, происходящие вокруг, все больше тревожили.
Надо уйти… уйти — и тогда все закончится. Почему я не оттолкну прямо сейчас этого мужчину? Почему стою и молчу? Молчать вообще не в моих правилах, как и позволять играть собой!
— Псс-с, — раздалось у самого уха, — пссс, девка, как эльфяка отвернётся – дуй влево, я прикрою! Пс-ст, слышно меня, мелкая, прием-прием?!
Я чуть не поперхнулась. Так и хотелось ответить словами из старого фильма.