Любовь, которой не было (СИ)
– Открою без проблем.
Чаще всего, у меня на руках не просто спал Марк, а висел пакет с продуктами, спортивная сумка с костюмами и много прочее. Я привыкла открывать дверь бедром и двумя пальцами проворачивать ключ. Поэтому без проблем попадаю внутрь, укладывая сына на кровать.
Теймур остался в Порто, решать свои дела. Кажется, пребывание в Португалии пошло ему на пользу. Он нашел себе деловых партнеров и теперь во всю окучивает, чтобы не терять времени.
Одиночество неожиданно давит на меня. Я привыкла вечерами, пока Марк спит, разгребать дела и убирать. Занималась подработкой и писала, иногда, курсовые на заказ.
Но теперь мне нечем заняться. Арендодатель раз в неделю присылает уборщицу, заданий никаких. Даже ужин готовить не приходится, потому что я сыта по горло.
Листаю ленты в соцсетях, убивая свободное время. И возвращаюсь мыслями к тому, как по-другому могла его провести. Злюсь сама на себя, и за желание, и за отказ, и за свой раздрай в мыслях. Пока меня не отвлекает настойчивый стук в дверь.
Ночные звонки всегда пугали, а ночные гости – ещё больше. Сильнее запахиваю халат, в который успела переодеться, и иду открывать.
На пороге Алекс.
– Прости, принцесса. Я кое-что забыл.
– Что?
– Это Сэми фанат «попроси и получишь».
Он делает шаг ко мне, подхватывая на руки. На автомате обхватываю ногами его бёдра, в душе давлю крик.
– Я предпочитаю сразу брать.
Глава 24
– Алекс, стой. Стой.
Хватаюсь пальцами за плечи мужчины, а он даже не думает останавливаться. Шагает к дивану, бережно укладывая. А после прижимает собой, чтобы не могла выбраться.
Всё не так должно быть. Это аномально, как тело реагирует на Алекса. На то, как он обхватывает моё лицо и продолжает целовать. Быстро, коротко, жарко. Словно остановиться не может.
А я всё так же не могу заставить себя оторваться от его темный волос. Перестать зарываться в них пальцами, перебирать пряди. Тянуть ближе, повинуясь своему демону похоти. Добрался до желанного десерта после многих лет диеты.
Словно не мои ноги обхватывают мужчину, подпуская ближе. И не я сама кусаю такие горячие губы. Сжимаю накачанные руки, очерчивая мышцы.
По венам пустили лаву, которая сжигает и выворачивает. Голова кружится от нехватки кислорода, словно меня в открытый космос запустили. К звёздам и непонятному чувству, распирающему изнутри.
– Фак, принцесса, - Алекс смотрит внимательно. Ведёт по контуру губ так нежно, что сердце замирает. – Я скучал по твоим губам. По тому как стонешь. И как смущаешься тоже. А ты скучала? Соври, что да.
– Я…
Как он может такое спрашивать? Я сама ушла той ночью, не попрощавшись. Спряталась обратно в свой кокон, с надеждой, что кто-то его разберет на части. Но никто не появился, а в моем мирке было слишком много других проблем, чтобы думать, как дать парням знать о себе.
Но конечно же я скучала. Господи, как я скучала. И по поцелуям, и как идеально ладони Алекса накрывали мою грудь. По взгляду мужчин тоже скучала – возбужденному, в тумане, с нескрываемым желанием.
– Алекс, мы не можем.
– Почему? Прекрати оправдываться сыном, Юнна. И не смей врать про другого мужчину, когда лежишь голой подо мной.
– Я не голая.
Но да, халат был потерян ещё у двери с помощью нетерпеливого Алекса. А под ним только нижнее белье. И вместо того, чтобы думать о том, чтобы спустя несколько дней борьбы мы снова оказались в таком положении, переживаю совсем о другом. Мне неловко, что белье простое и совсем не сексуальное. Ещё и разного цвета.
Дура, Слицерин, последняя дура.
– Не голая, но мы это исправим.
– Нет, Ал, нет. Ты, правда, не понимаешь? Я могла согласиться на это пять лет назад. Я и согласилась, да. Но сейчас всё изменилось, я изменилась.
– И всё так же хочешь меня.
Хочу. И его, и Сэма. Меня ведёт так, словно обострение болезни, а я не на таблетках. Только неважно, что у меня курс только начался. Дело в том, что в Новогоднюю ночь, когда начиналась наша история, курс заканчивался. Мое либидо пробивало дно, но они всё равно заставили меня гореть и возбуждаться от невинных касаний.
Но тогда я поддалась с одной мыслью. Одна ночь, она ничего не будет значить. Можно было бы сделать вид, что её вообще не было. Но если я сейчас опять скажу «да», то всё сломается.
Кажется, мужчины не отступят после одного раза. Это не продлиться год, конечно, но даже несколько ночей напрочь засядут в голове. Мне будет неловко, больно, ужасно.
Я эгоистка, как бы не хотела верить в другое, и я хочу, чтобы мне было хорошо. Лучше немного сожалений сейчас, чем потом себя заново собирать.
– Нам ещё работать вместе.
– Ага, и перерывы будут ещё лучше, принцесса. Объясни мне, что именно тебя тревожит. Давай, Юн. Я хочу знать, почему ты говоришь мне «нет», если хочешь того же.
Алекс поднимается, и без его веса вдруг становиться холодно. Но мужчина тут же тянет к себе, прижимая.
– Ты хочешь меня, а я тебя. В чем проблема?
– У тебя всегда всё так просто? Берешь, что хочешь и всё?
– Да. Нет? – чуть хмурится, наклоняя голову, видя моё разочарование. Конечно, у Алекса нет детей, нет ответственности. Мужчины ведь могут менять девушку каждую ночь и это будет нормально. – Юн, я бы понял, если бы у тебя был муж и семья. Если бы ты была занята, в счастливых отношениях. Мы с Сэмом не лезли бы к тебе, не портили ничего. Но сейчас ты ни с кем не встречаешься. Ты теперь свободна, мы тоже. Мы бы никогда не подошли бы к тебе, если бы ты все ещё была занята. Рушить отношения не в наших принципах.
Я и в прошлую нашу встречу была свободной. Мои отношения с Архиповым закончились ровно в ту секунду, когда он бросил меня на заснеженной дороге. Без сумки, телефона и шансов на выживание. Я не изменяла никому, мужчины прекрасно об этом знали. Как и том, что ничего не рушили в ту ночь.
Но спорить с Алексом бесполезно. И он прав в чем-то, наверное. Я свободна, он тоже. Для всех остальных мы считаемся парой. Но есть ещё Сэм…
– Почему ты один? Где Сэм?
– Значит, мы интересуем тебя только комплектом? Ни капли не обидно, принцесса. Он решил остаться дома. Ну, не совсем решил, но…
– Что ты сделал?
– Если скажу, что запер его в шкафу, это смягчит тебя? Ммм? – мужчина утыкается в мою шею, оставляя мелкие поцелуи. Такие жгучие, острые. – Я сказал, что собираюсь в бар.
– А сам приехал ко мне.
– А сам приехал к тебе, да. Этот идиот решил, что тебе нужно дать время. Я же думаю, что тебя нужно обступить со всех сторон, пока твоя ненужная броня не сломается.
Моя броня и так трещит по швам. Одной ладонью Алекс давит на поясницу, ведёт по спине. А второй поглаживает грудь через ткань лифчика. Кажется, сам мужчина этого не замечает. Просто ведёт подушечкой большого пальца по соску, снова и снова. Машинально.
А я всё замечаю, чувствуют. От этой странной, невинной ласки внутри всё застывает. Как на обрыве, когда решаешься прыгнуть в озеро. Ногу заносишь, вот-вот вниз полетишь. И тело затапливает предвкушением, томительным и ужасным.
Я чувствую, как моя выдержка расходится по швам. Под мягким давлением Алекса. Его поцелуями, касанием. Стояком, который упирается в меня. Давит сквозь ткань джинсов и влажных трусиков.
– Алекс, - я прошу его остановиться, потому что сама уже не могу. Пытаюсь найти последний аргумент. – Сэм…
– Сэм переживёт. Вот пускай в одиночестве и пережидает время, которое хотел тебе дать. А сейчас с тобой я.
– Он не… - чувствую себя идиоткой, когда вопрос оседает на языке. – Сэм разве не обидится?
– Значит, всё-таки хочешь втроем? Тише, принцесса, - Алекс таки сжимает пальцами соски. Тянет их, вырывая из меня стон. – Всё хорошо. Он переживёт. Я бы пережил, но настойчиво требовал компенсацию. Но с этим мы справимся, да?