Чужая Невеста (СИ)

Вал даже не надеялся, что с этим психованным может получиться иной разговор. Германн прекрасно знал о своей вседозволенности, поэтому и не видел никакого смысла сдерживать себя и свои эмоции.
Развернувшись на пятках, Вал просто молча покинул офис. По дороге набрал брата.
— Да?
— Ему бы на успокоительное сесть, — с усмешкой заявил Вал.
— Время идет, а что-то остается неизменным, — без каких-либо определённых эмоций отметил Борис.
— Пока батя его жив был, он еще себя сдерживал. Теперь полностью уверовал, что правит здесь единолично.
— Пусть верит. Вера — вещь сильная.
— Как по мне, я потратил время впустую.
— Ошибаешься. Мы избавили Прокурора от иллюзии, что станем жаться в стороне.
— Разве это так важно?
— Принципиально. Дел мы общих всё равно не сможем вести. Кланяться перед ним я не планирую. Заберу ровно столько, сколько принадлежит нам.
— Он не хочет делиться, Борь.
— Спрашивать не стану. Отбой.
  
Глава 22
 
Сегодня у меня был выходной. Я работала ассистентом у Кати вот уже больше месяца. Испытательный срок подходил к концу. Катя, кажется, была всем пока что довольна. Вчера я вернулась домой поздно вечером и почти сразу же уснула. Молодой косметический бренд нуждался в презентации, над которой мы всей командой трудились. Этот проект Катя вела еще до моего появления. Ну а затем влилась я, буквально окунулась в водоворот, не чувствуя уже ни рук, ни ног. Все тонкости, детали и основные пункты приходилось ловить и запоминать прямо на лету. Мозги кипели, но я, стиснув зубы, ломала себя старую, давая шанс себе новой.
Сегодня должны были привезти новый письменный стол и одну небольшую прикроватную тумбочку. Руки долго не доходили заняться этой элементарной бытовой ерундой. А когда я влилась в работу, осознала, что без отдельного рабочего стола приходиться довольно туго. Завтра еще намечалась небольшая вечеринка, организованная только для наших, в честь благополучного завершения сотрудничества с косметическим брендом. Меня тоже пригласили. Сначала я хотела отказаться, но потом решила не делать этого. Новые люди и знакомства помогали мне выплывать на поверхность, не думать лишний раз о своем трагичном прошлом.
Осознавая, что дел на сегодня предостаточно: разобраться с обстановкой в спальне; позаботиться о наряде назавтра. Я вскочила с кровати и убежала в душ. Бориса почти две недели не было дома. Он редко ночует здесь. Всегда бесшумно появляется и так же бесшумно исчезает.
Наша связь была комфортной и никого не отягощающей. Когда понемногу начинаешь изучать человека, становится проще проследить логику его мыслей и поступков. А это существенно помогает лишний раз не накручивать себя и не придумывать то, чего нет.
В моей жизни возникла долгожданная стабильность. А еще я прониклась тотальным спокойствием Бабая. Эмоции — это хорошо. Но когда они не мешают здраво оценивать ситуацию и принимать верные решения. Я ни капли не жалела о том, что наша связь получила интимный оттенок. С Бабаем я чувствовала себя полностью защищённой и способной идти вперед. Он учил меня становиться опытней и сильней.
Спустившись после душа на кухню, я достала из холодильника стеклянную бутылку с вишневым соком и не успев ее даже открыть, услышала какие-то странные звуки. Они доносились из гостиной. У Ларисы сегодня был выходной. Это я знала абсолютно точно — она сама вчера мне об этом сказала. Поэтому единственный, кто мог быть здесь — Бабай. Но когда он успел приехать? Еще минуту назад в гостиной было пусто.
Аккуратно оставив бутылку с соком на столе, я тихонько на носочках прошла к двери и выглянула в гостиную. Борис в обычных черных тренировочных бриджах прыгал на скакалке. Ровно, с четко выверенным ритмом. Взгляд был полностью сосредоточен на пейзаже за окном.
Я совсем не ожидала застать Бабая в подобном амплуа, что не совсем логично. Он отлично сложен и натренирован. Такая физическая подготовка не может взяться из неоткуда. Я вдруг вспомнила тот момент в подземном туннеле, когда Борис с лёгкостью закинул меня к себе на плечо. Дополнительный вес никак не помешал ему продолжить путь и покинуть территорию дома.
 
Бабай продолжал свою тренировку, удерживая спокойный ритм прыжков. У него это получалось так легко, словно упражнение вовсе не отнимало у него сил. Если бы не блеск пота на обнаженной татуированной спине, шее и висках, я непременно решила, что этот мужчина настоящий киборг с аккумулятором, что вечно генерирует новые потоки энергии.
Вернуться на кухню почему-то не захотелось. Я перешагнула порог и прислонилась к стене, продолжая наблюдать за Борисом. Пыталась посчитать, сколько прыжков он уже сделал, но после сотни бросила это занятие. Кожа на спине уже не просто блестела, я отчетливо заметила маленькие тоненькие ручейки пота, что спускались к пояснице и скрывались в резинке бриджей.
Бабай плавно завершил упражнение и сложив скакалку вдвое, бросил ее на диван. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Борис посмотрел на меня. Его светлые волосы были влажными от пота и абсолютно растрёпанными. На широкой жилистой груди также были набиты татуировки. Или всё же правильно сказать наколки? Звёзды под ключицами. Точно такие же были набиты и на коленях.
— Я… Я не знала, что ты здесь. Извини, если помешала, — я оторвалась от стены. — Твоя физическая подготовка впечатляет.
— Приехал рано утром. Ты мне не помешала. А физическая подготовка не для впечатлений, — Бабай облизнул верхнюю губу, что тоже блестела от пота.
— А для чего же? — не удержалась я от вопроса.
— Чтобы в карцере или, как официально принято говорить, в ШИЗО не сойти с ума, — последовал сухой ответ.
Бабай ни разу даже вскользь не упоминал при мне о той, другой своей страшной жизни за решеткой. Мы вообще мало разговаривали. А даже если и разговаривали, то никогда не касались тем ни моего прошлого, ни его.
— Подойди ко мне, — Борис протянул мне рук. — Поможешь.
— Я? С радостью, но чем? — глядя на Бабая округленными глазами, я безропотно подчинилась, потому что сама этого хотела и мне было не в тягость помочь.
Борис внезапно медленно опустился перед мной на корточки и чуть нагнул голову вниз.
— Садись ко мне на шею, — скоординировал он.
— Что? Зачем? — я всерьез решила, что мне послышалось.
— Садись, — повторил Борис и взглянул на меня исподлобья.
Это, пожалуй, было самым странным и необычным предложением Бабая. Обойдя его, я стала за спиной. Затем аккуратно села прямо на шею. Борис резко выпрямился и поднялся. Зажмурившись, я схватилась за его голову, боясь, что вот-вот упаду.
— Ногами сильно не сжимай. Задушишь. И не нервничай. Не уроню, — быстро успокоил меня Бабай и принялся делать приседания.
Я старалась не дёргаться и не сжимать бёдрами его шею. Но сердце так бешено стучало в груди, что сохранить абсолютное спокойствие оказалось очень трудной задачей. Я ощущала под собой сокращение некоторых мышц. Ощущала жар влажной кожи. Сама я была одета в обычные шорты и майку, поэтому наш тактильный контакт был максимальным.
Пусть между мной и Бабаем существовала сексуальная близость, но узнавать этого мужчину с разных сторон и в разных ситуациях было интересно и даже волнующе. Мне казалось, что из нас может получиться отличная команда. Я слышала его, а Борис — меня. И пусть между нами отсутствовало привычное стабильное взаимодействие, в компании Бабая я ощущала себя собой.
На секунду я позволила себе вообразить, что взобралась на крылья к своей волшебной птице, которая оберегала меня. Ее крылья, действительно, оказались очень мощными, способными отделить тьму от света.
Борис упражнялся долго. Неторопливо и методично. Под конец его дыхание стало более глубоким и порой немного рычащим. И этот звук, прорезающийся сквозь крепко стиснутые зубы, внезапно что-то всколыхнул во мне. Это было сексуальное возбуждение. С ним я только знакомилась, открывала для себя и училась без стеснения принимать. В сексе нет ничего постыдного.