Замок на двоих (СИ)

– Бу!
Они не могли меня услышать, но я заметила, как затрясся «гризли». Свинорыл же поспешил прикрыть ладонью пятак, все еще занимающему чуть ли не пол-лица. Это не я! Это все сковородка!
Раздался удар хлыста, и я потеряла к прислужникам Авадона всякий интерес. На этот раз атаковал герцог, уверенно и яростно. Взмах за взмахом, оттесняя сына владыки на свою половину. В бою, как по мне, наступил переломный момент.
Желая поддержать его светлость, я продолжила кричать и, казалось, неким чудесным образом подпитывала его энергией. Демону все менее грациозно удавалось уклоняться от ударов герцогского кнута, временами наружу вырывалась его истинная сущность: появлялись то рога, то хвост. Он терял самообладание.
Бесчисленные атаки опекуна не прошли даром. В один прекрасный момент Авадон не успел отскочить, и огненный хлыст обвился вокруг его торса, затянутого в кожаные доспехи. Сын владыки несколько мгновений держал голову прямо и отчаянно пытался высвободиться из плена, но затем рухнул на землю как подкошенный.
– Один, два, три… – пробасил Самаэль в рог, напоминавший больше огромную ракушку. – Бой окончен!
Кто-то из зрителей тотчас захлопал в ладоши, кто-то восторженно закричал. Но громче всех от радости завопила я. И не оттого что герцог одолел сына владыки, показав тем самым свое превосходство, а потому что отстоял право зваться магом.
Его светлость убрал за пояс хлыст и… протянул Авадону руку. Тот помедлил, но все-таки принял ее. Трибуны вновь взорвались воплями и ритмичными аплодисментами. Жест сына владыки заставил всех демонов посмотреть на него с новой стороны. Он принял поражение не как капризный мальчик, а как взрослый мужчина. Возможно, когда-то он все же станет достойным правителем.
Самаэль тем временем сошел с судейского постамента и присоединился к мужчинам. Он обнял сына, похлопал его по спине, после чего пожал руку своему бывшему подданому. Едва Гибсон сорвался с места, я, мама и отчим поспешили за ним. Нам тоже хотелось поздравить герцога с победой.
– Мое слово – закон, – молвил верховный демон. – Как только вернешься в свой мир, твоя демоническая сущность исчезнет. Давно нужно было это сделать, а то ходишь сюда, как к себе домой. Еще немного – и экскурсии начал бы водить в подземное царство. Шучу! – махнул Самаэль рукой и расхохотался. Но в каждой шутке ведь только доля шутки! – По правде говоря, я всегда буду тебе рад, а чтобы у тебя была возможность вернуться, держи портальные кристаллы.
С этими словами владыка протянул его светлости коробочку, в которой лежали три черных опала. Глядя на них, во мне проснулся научный интерес. Опалы в разы дешевле голубых гранатов! Значит, у меня все получится. Нужно будет только выпросить у опекуна для исследования один кристалл.
– Раздавишь один – и вмиг перенесешься сюда, – продолжил демон. – Чуть что – заходи. Если уж совсем чуть что, то не переживай, без дела не останешься. И твоей… подопечной работу найдем. А теперь вам пора.
Я взволнованно посмотрела на маму и Этана, закрыла на миг глаза, и почувствовала, как горячие слезы обжигают щеки. Увидев их, Самаэль взмахнул рукой и кивком указал на родителей. Я поняла его без слов и моментально бросилась обнимать маму, шепча, как безгранично люблю ее. Тепло и привычный запах тела вмиг окутали меня. Это было бесценным подарком! Оттеснив опекуна, я крепко обняла отчима, затем в благодарность верховного демона и снова маму.
Попрощавшись с Самаэлем и напоследок с учителем, герцог протянул мне раскрытую ладонь, и я не спеша вложила в нее руку. Мне горько было расставаться с родными. Но что поделать? Такова жизнь! Одни рождаются на свет, другие покидают нас.
– Представь, что ты просто уезжаешь на время в гости. Так будет проще проститься, – прошептал опекун.
Я прислушалась к совету и теперь старалась замечать только их счастливые улыбки, а не полные грусти глаза. Глядя, как отчим обнимает маму за плечи, на душе вдруг стало легко. Они были друг у друга – это главное! И мама, и отчим продолжали жить, пусть не в нашем мире, а в подземном царстве, но еще и в моем сердце.
 
Его светлость прикоснулся указательным пальцем к моему лбу, на котором, вероятно, по-прежнему красовался загадочный рисунок, и я ощутила жжение. Выбираться отсюда оказалось не столь приятным делом.
Желая сосредоточиться на чем-либо другом, а не на боли, я посмотрела поверх мужского плеча и увидела три хрустальные горы, доверху заполненные золотом. Они сияли, будто маяки в ночи. Осознав, сколько там богатств, у меня отвисла челюсть.
Я ничего не успела спросить, как мощный вихрь закружил нас в потоке и приподнял над ареной.
– Будьте счастливы! – прокричала мама.
– Только не тяни, – с трудом разобрала я слова Этана и уже в следующий миг оказалась в своей спальне.
– Разве их не должно быть только две? – слетел с моих губ вопрос.
Однако мне стало не до ответа, едва обежала комнату взглядом. Казалось, сюда ворвалась метель и усыпала пол, стол, кровать и кресло тонким слоем снега. Несколько белых снежинок витало в воздухе. Одна попала мне в нос, и я, как бы ни старалась удержаться, чихнула, зажав ноздри пальцами. Тогда и поняла, что никакой это ни снег, а пух из распотрошенной кем-то подушки.
Впрочем, искать виновника беспорядка долго не пришлось, он сам вылез из-под кровати, едва услышал голос хозяина.
– У тебя устаревшая информация. Их давно три. Кайло, малыш, ты опять развлекаешься? – пожурил он питомца, из пасти которого торчали перья. – Где Лапка? Надеюсь, это не он пощипал ее немного, – герцог шутил, только весьма неудачно.
Его глаза по-прежнему были черными.
«Почему он не спешит взять под полный контроль вторую сущность? Чего-то ждет?» – роились вопросы в голове.
– Она не курица, чтобы ее щипали. Скорее всего, спряталась где-нибудь от вашего монстра, – я не беспокоилась о любимице, ведь она умела за себя постоять. – Что Этан имел в виду, прокричав напоследок ту фразу?
Его светлость взял меня за руку и притянул к себе, положив горячую ладонь на поясницу. По телу пробежала волна дрожи.
– Какую именно? – он обнял меня второй рукой, заставляя подвинуться к нему ближе, так, чтобы моя грудь соприкоснулась с его.
Я прекрасно понимала, что сейчас произойдет, тем не менее взволнованно спросила:
– Что вы делаете?
– Намерен забрать приз, который ты пообещала победителю.
Я не в силах была противостоять соблазну вновь ощутить его губы на своих губах и ничего не предприняла, когда наши лица стали сближаться. Поцелуй вышел легким и дразнящим. Казалось, герцог подталкивал меня взять дело в свои руки. Я так и поступила. Ухватившись за полы мундира, чтобы обрести опору, притянула его светлость к себе. Он издал победоносный рык и углубил поцелуй. Странное томление сжало грудь и теплыми волнами разлилось по телу, сосредотачиваясь внизу живота.
Кровь после боя бурлила в его венах. Сегодня он не контролировал страсть, а позволил ей управлять собой. Она и меня накрыла с головой. Позабыв обо всем на свете, я с запалом отвечала на поцелуи, пока не начала задыхаться. Тогда мужские губы оторвались от моих губ и проложили дорожку поцелуев до основания шеи. Я вздрогнула и задышала часто-часто, когда левая рука, соскользнув с моей поясницы, пробралась под юбку и коснулась завязок. Затем и вовсе раскрыла губы, пытаясь втянуть пересохшим горлом как можно больше воздуха, стоило герцогу провести ладонью по внутренней стороне бедра.
– Назови меня по имени, Лекси, как ты сделала это на трибуне, – прошептал он, оттягивая пальцами край чулка и едва ощутимо касаясь кожи.
 
Горячие разряды пробегали по всему телу, и это походило на пытку. Не услышав от меня ни звука, брюнет нежно и мучительно долго начал стягивать чулок, проводя ладонью вверх-вниз по ноге. Он толкал меня в бездну, и я сорвалась в нее.
– Пожалуйста… Шеридан… – хриплым голосом произнесла я, сама не понимая, о чем прошу.
В ответ на мою мольбу герцог стал целовать ямочку у меня на шее, проводить по ней языком, вызывая волны восхитительной дрожи. В какой-то момент он приспустил с правого плеча платье, прошелся губами по ключице и слегка прикусил на ней кожу, заставив меня судорожно втянуть носом воздух. Когда его светлость стал стягивать вниз лиф платья, я запаниковала. Уперевшись ладонями ему в грудь, попыталась отстраниться. Внезапно мне показалось жизненно важным, чтобы герцог не посчитал меня распутной девицей.