Анабиоз (СИ)

— Как ты не побоялся… совсем один прилететь сюда за девушкой? — Спросила Тася. — Тут же никого, кроме этого вашего безумного Саблезуба.
Тот ответил не сразу.
— Мне проще одному. Я не очень люблю людей.
— Правда? — Тася на самом деле удивилась. — Но ты путешествуешь в команде, у тебя много друзей… Почему ты одиночка? Как такое вообще может быть?
— Просто я вырос в изоляции. — Сказал Митяй, невозмутимо заглядывая в свою кружку с чаем. — От людей.
И так спокойно сказал! Тася вообще заметила, что они сильно отличаются по темпераменту. Она — будто вулкан, так и пышет эмоциями, а Митяй ровный и невозмутимый, как айсберг. И ещё удивилась тому, что её это не раздражает. И его, похоже, тоже. А вот тот её парень, в которого Тася была влюблена… тот был такой же впечатлительный, как она сама. Чуть что так: “Ох!” да “Ах!”. Они вместе были этакие восторженные дурачки, от всего подряд балдели и до потолка прыгали.
Непонятно только, к чему это она вспомнила.
— А как это — в изоляции? — Спросила Тася. В её время не было никакой такой особой изоляции. Ну, сидела она временами дома, с братом, но всё равно же людей видела. Ну, ещё пару раз все сидели дома в эпидемию гриппа, но и это всего на пару месяцев. Он же, наверное, про что-то другое?
— Это значит — отдельно от общества, в небольшом закрытом социуме. — Ответил Митяй. Тася ничего не поняла, поэтому он вздохнул и продолжил. — Мой отец был поклонником старины. Он хотел стать великим воином, какие были раньше. Настолько великим, чтобы его запомнили на поколения вперёд. Так что мы с ним жили в одиночестве в глухом лесу.
— В землянке что ли? — Спросила Тася.
— Нет, конечно. — Митяя, кажется, озадачило такое предположение. — В обычном доме. Со всеми удобствами, если ты это имеешь в виду. В большом доме, у меня была отдельная комната. Даже сеть была. Все блага цивилизации… кроме людей. В остальном — полный отрыв от населённых пунктов. Доставка дронами, общение с людьми только по экрану, учёба дистанционная, экзамены в форме тестов. В общем, это не то же самое, что общаться с глазу на глаз.
Митяй замолчал.
— А дети? Ты не общался с ровесниками?
— Только по сети.
— Как грустно.
— Да ничего, я не помню, чтобы это меня особо расстраивало.
— И что вы делали? — Спросила Тася. В её голове уже сложилась картинка: бесконечные поля какой-нибудь картошки или клубники, которые они обрабатывали. А потом толкали как экологически чистый продукт. Или… во! Пчёлы! Пасека!
— Мы занимались военной борьбой. — Тем временем ответил Митяй.
— Погоди, чем?
— Борьбой.
— И у вас не было огорода?
Тот как-то странно покосился.
— Нет.
— А пчёлы? У вас были пчёлы?
— Нет, пчёл тоже не было.
Он немного помолчал и спросил:
— А должны были быть?
— Ну просто хотелось бы.
На это весьма странное заявление Митяй ответил улыбкой.
— Хотелось бы? Что это значит?
— Ну просто если уж жить у чёрта на куличках, то должен быть огород с клубникой и пчёлы! — Непреклонным тоном заявила Тася. Так, что сразу становилось понятно — на меньшее она не согласна!
— Должен быть? Огород? Но зачем?
— Как зачем? Выращивать свои овощи.
Митяй пожал плечами.
— Какой смысл выращивать свои овощи, если они доступны для покупки? Причём на автоматических фермах соблюдаются все существующие методы культивирования. Качество продукции там настолько высоко, что частнику невозможно к нему даже приблизиться. Так зачем мучиться самому, чтобы вырастить что-нибудь более худшего качества? А потом ещё и употреблять это в пищу?
— Ну, это просто приятно. В смысле, вырастить что-нибудь самому. Это хобби такое.
— А.
Митяй кивнул, но по лицу было видно, что ничего-то он не понял.
— Значит, ни огорода, ни пчёл. — Вздохнула Тася. 
— А в твоё время ещё были пчёлы?
— В смысле? — Тася прям похолодела. — Что значит — в моё время? У вас что, нет пчёл?
— Есть, конечно. Но их очень мало. Они живут в заповедниках, на небольших территориях.
— А как они опыляют растения?
— Дроны опыляют. — Митяй снова улыбнулся, но уже не так весело. — Небольшие такие дроны. Заряжаются от солнца, автономно работают, десятилетиями. Даже мёд при необходимости могут собирать.
 
— А пчёлы?
— А пчёлы не везде могут жить.
— У вас на Земле ядовитая атмосфера? — Шёпотом спросила Тася.
— Нет. С чего ты взяла?
— Ну, а почему тогда пчёлы не могут жить везде?
— Из-за излучения. Очень много всяких видов и источников излучения, и оно везде, пронизывает Землю бессчётное количество раз.
— Да-а?
— Да.
Тася вздохнула.
— Тогда ладно.
— Слушай, а ты хочешь Землю увидеть?
— Спрашиваешь!
— Тебе будет интересно.
Тася фыркнула.
— Ещё бы! Кому бы на моём месте не было бы интересно?
— Люди разные. — Уклонился от ответа Митяй.
— Ладно. Так что дальше? — Тася устроилась поудобней. — Вы жили с отцом без огорода и всё время тренировались?
— Да, так и было. Всё время.
— И зачем? — Неизвестно кого спросила Тася. — А… и что, получается, вы всегда только вдвоём были? А твоя мама?
— Мамы у меня не было.
— Как так? — Тася с ужасом взглянула на него. — Ты что, иск… искусственный что ли? Ну, в пробирке рождённый?
— Ну у тебя и предположения. — Митяй откашлялся и постучал себя кулаком по груди. — Нет, конечно. Просто она хотела свободы… от всего, ну и отец меня забрал себе. Мама… я встречался с ней, когда вырос. Она немного не от мира сего. Но она человек.
— Ладно, извини. Кто его знает, что в ваше время существует.
— Да ничего. Я понимаю, что для тебя это всё как сказка звучит.
— Ну не всё, но многое. Так что, получается, вы всё твоё детство жили вдвоём? Ты даже людей живых не видел?
— Не совсем. У меня был учитель. Самый искусный воин из всех, кого я когда-либо видел. Лично видел.
— То есть лично? Ты же никого больше и не видел, только отца да его.
— Нет. — Терпению Митяя можно было только позавидовать. — По сети мы часто проводили тренировки с другими бойцами. Лично — это когда ты встречаешься с человеком, пусть даже в виртуальной комнате. Эффект погружения в ней такой, что по сути ты действительно вступаешь с ним во взаимодействие. С человеком, который существует на самом деле, пусть и живёт далеко. Но он живёт, понимаешь? Он не выдумка. Это касается и моего мастера. Легенды и фильмы — это одно, это просто художественный вымысел, а вот видеть такого человека прямо перед собой и знать, что он настоящий — совсем другое дело. Особое достижение — когда ты выходишь с ним на бой. Этого на моей памяти добились только несколько мастеров. Но это всё я потом узнал. А вначале просто слышал про него. После того моего триумфального турнира, он ко мне приехал. Это большая честь. Мне повезло, он не просто приехал на меня посмотреть. Он меня тренировал.
— Да ну! Расскажи. 
Митяй молча посмотрел на неё. Тася уже думала — откажет. Но он вдруг кивнул.
— Впервые я его увидел, когда мне было тринадцать. К тому времени я уже выиграл свой первый турнир и был уверен, что крут. Что мне уже нечему учиться. Я и отца тогда уже легко побеждал. В общем, я был о себе высокого мнения.
Тася подняла брови, будто не верила услышанному, но промолчала.
— И вот отец сказал, что к нам придёт сосед. Он вроде как много лет жил неподалёку и практиковал свой боевой стиль, но мы не пересекались. Не знаю, почему. Потом я спрашивал отца — тот отвечал, что такие люди не совсем люди, живут в своём особенном мире и не любят оттуда выныривать.
— Как Саблезуб… — Оживилась Тася. — Он по сути тоже в каком-то своём мире живёт, да? О котором мы понятия не имеем?
— В каком-то смысле да. — Согласился Митяй. — И вот этот мужчина пришёл. Звали его как-то смешно. Фёдор, что ли. Имя стёрлось из памяти. Я давно зову его просто Мастер. А вот как он выглядел, я помню прекрасно. Ему было лет пятьдесят. Невысокий, худой, жилистый. Щёки впали, кожа загорелая, почти чёрная. Ну, я ведь думал, что сильнее всех. И когда он предложил его ударить, я ударил.