Удар катаны (СИ)

— Но что тогда ты предлагаешь взамен? — хваленное красноречие Вильгельма тоже дало сбой и теперь он говорил почти как спартанец.
— Все очень просто, — улыбнулся Михаил. В чем, а в умении быстро принимать решение великому князю, до мозга костей военному. Отказать было нельзя. Не зря в другом, несостоявшемся сейчас варианте истории он оказался неплохим командиром кавалерийской Дикой дивизии. — Во-первых, устанавливаем срок действия в семь, или лучше, в пятнадцать лет. Во-вторых, прописываем в документе, что договор действует не только в Европе, а по всему миру. В третьих, включаем в него обязательства о взаимном ненападении. И в четвертых, изменяем положение четвертой статьи в том смысле, что я имею право ознакомить с этим договором французов до его полной ратификации нашими правительствами.
— Ты полагаешь, что французы смогут удержаться и не познакомят с ним англичан? — удивился кайзер. — Или после ознакомления они вдруг захотят присоединится? Особенно с учетом того, что ты сказал ранее…
— Вилли, я просто знаю, сколько у тебя в стране английских доброжелателей. И полагаю, что британцы уже знают об этом договоре все, что им нужно. Ты же знакомил с ним кого-то, кроме Тирпица?
— Конечно, Майкл. Канцлера, — согласился кайзер.
— Готов поспорить на медную копейку против золотой рейхсмарки, что из кабинета канцлера копия документа прямиком отправилась в Лондон. Не уверен, признаю, что англичане познакомят с ним французов. Но что постараются использовать это знание в своих интересах. Например, развязав войну против меня в Азии. Или организовав покушение на мою особу…
— Но в Азии британцы не смогут действовать в одиночку. А японцы еще не готовы… Покушение… Ты поэтому предложил такую встречу, под охраной броненосный кораблей? — сообразил Вильгельм.
— Ты полагаешь их сложно будет натравить на нас? На меня в первую очередь. А на тебя — потом. Есть у меня также некоторые сомнения, что североамериканцы в этом случае остануться в стороне. Они конкурируют с нами в Китае и очень недовольны нашими деалми в Манджурии, — заокнчил Михаил.
— Тогда…, — быстро оправившись от потрясения вновь оживился Вильгельм, — предлагаю переписать договор в твоих формулировках. Признаю, не ожидал от тебя такого владения политическими вопросами и умения их столь отлично разрешать. После обеда и займемся. А после этого предлагаю визитировать по очереди на твой броненосец и на один из моих. С проведением артиллерийских учений. Вот и сравним наглядно, какой из них лучше. А заодно и посмотрим, нужны ли два тяжелых калибра на броненосце. Согласен?
— Договорились. А текстом предлагаю заняться с твоей стороны Тирпицу. Или кого-нибудь другого назначишь, кому можно всецело доверять? А с моей будет начальник личной тайной канцелярии граф Игнатьев.
— Пожалуй, соглашусь, что Тирпиц будет наилучшей кандидатурой. А Игнатьев, — кайзер или сделал вид или действительно не мог вспомнить, о ком говорит царь, — родственник того самого Николая Игнатьева. Подписавшего Сан-Стефанский мирный договор?
— Родной брат, — улыбнулся Михаил.
— О, тогда я спокоен. Такой человек не упустит не буквы и не впишет ничего личного, — пошутил в ответ Вильгельм.
Обед прошел оживленно и весело. Оба императора общались дружески и шутили напропалую. Вслед за ними развеселились и гости с той и другой стороны. Только нервно поглаживающий свою роскошную бороду Тирпиц, спутник Михаила граф Алексей Игнатьев и командир яхты капитан 1-го ранга Фридрих Ингеноль выглядели озабоченными неизвестными делами. Впрочем командира яхты понять было легко — не каждый день на борту во время плавания не в самых спокойных водах присутствует столько именитых гостей.
После парадного обеда двое гостей яхты, император и граф Игнатьев, вместе с кайзером и адмиралом Тирпицем заперлись в салоне. В который, как заметили некоторые из пассажиров яхты, по распоряжению кайзера доставили пишущую машинку.
Еще через час все четверо вышли из салона с видом людей, только что сумевших получить неожиданный большой денежный приз. Особенно сиял кайзер.
 
Еще через несколько дней лондонская газета «Таймс» опубликовала сенсационную новость о заключении союзного договора между Германией и Россией. И приводила текст этого договора, состоящего всего из четырех статей, главной из которых комментаторы считали статью первую: «Их величества императоры всероссийский и германский, в целях обеспечения мира в Европ и мире, установили нижеследующие статьи оборонительного союза: Статья I. В случае, если одна из двух империй подвергнется нападению со стороны одной из европейских держав,союзница ее придет ей на помощь в Европе всеми своими сухопутными и морскими силами». При этом в статье прямо утверждалось, что данный договор не столько оборонительный, сколько наступательный. Так как якобы развязывает руки Германии в отношении нападения на Францию, а России позволяет свободно действовать в Азии и Китае. Где, как должно быть известно всем читателям, русские имеют обширные завоевательные планы в Китае и Персии. К тому же, несмотря на заключенные ранее соглашения с Британией, русские, как стало известно «из авторитетных источников», продолжают угрожать британскому присутствию в Индии, которую русские хотят вернуть в «варварское доанглийское прошлое».
Публикация вызвала несколько скандальных отставок в министерствах иностранных дел Германии и России, «личную и настоятельную просьбу» императора Михаила II к великому князю Владимиру, после которой он уехал в Ниццу. И, самое серьезное — падение очередного французского кабинета.
Какие еще последуют отголоски встречи двух императоров у острова в Балтийском море, пока не мог предсказать никто. Только один из депутатов французского парламента, не чуждый литературных упражнений, заметил в своем выступлении: «Войны никто не хочет, но война стала неизбежной…»
Примечания:
[1] Человек незнатного происхождения, добившийся доступа в аристократическую среду; выскочка
[2] «Нет дыма без огня», в русском оригинале
[3] Казус федерис — условия выполнения договорных отношений
  
Геополитические заклепки (интерлюдия для заклепочников)
 
еГеополитические заклепки
Никто не хотел войны. Война была неизбежна. 
Барбара Такман «Августовские пушки», 
Книга о Первой мировой войне 
Всему свой час, и время всякому делу под небесами:... 
Время любить и время ненавидеть, 
Время войне и время миру. 
Каждый раз, когда читаю или слышу «Никто не хотел войны. Война была неизбежна», мне хочется смеяться до упаду. Эта знаменитая фраза Барбары Такман действительно красива, афористична и популярна. Но абсолютно лжива. Когда войну «никто не хочет», она и не начинается. Если же государства хотят решить свои проблемы силовым путем, помешать им может только одно — осознание, что война принесет лишь взаимное уничтожение и ли разорение. Как это случилось в нашей реальности в 1962 году. Но даже для такого осознания требуется наличие опыта, которого у мира начала 20 века не было. Опыт успешных войн, с помощью которых решались многие государственные проблемы — был. А опыт всеобщей войны и наступившего в результате ее всеобщего разорения, имевшийся в Европе после Тридцатилетней войны к этому времени был забыт. Опирались скорее на опыт наполеоновских войн. Которые конечно нанесли некоторый ущерб, но зато способствовали последующему ускорению развития европейских стран. После же Крымской войны в Европе вообще наступила эпоха коротких молниеносных и колониальных войн. Между тем назрела необходимость нового передела мира, прежде всего — экономического передела. И естественно, желающих такого передела и такой войны (по разным причинам) было множество. Еще добавлю, что из всех тогдашних европейских правителей только Николай 2 и Эдуард 7 пытались остановить сползание к войне. Николай — скорее по моральным, чем по политическим или экономическим причинам. Эдуард же… по-моему он просто осознавал насколько Англия не готова к большой войне, особенно учитывая опыт не слишком удачной англо-бурской войны. Действительно, чтобы захватить 2 маленьких государства на юге Африки, не имеющих военной промышленности и регулярной армии, пришлось воевать почти три года и сосредоточить армию численностью почти равную белому населению этих республик. Отчего сразу возникал вопрос — а какие усилия потребуются, чтобы разгромить европейскую державу с регулярной армией, флотом и развитой военной промышленностью.