Повелитель Тьмы: Милый, милый Повелитель (СИ)

Рука в тяжёлой когтистой перчатке, перехватив застрявшую в броне стрелу за древко, вырвала её, и отбросила в сторону:
— Какая экспрессия… И какая наивность.
Следующие выстрелы не заставили себя ждать. Три стрелы почти одновременно ударили в сотканный из мрака металл. Две из них даже смогли заклинить сочленения Доспеха — таинственный лучник бил точно в цель. Только вот Император этого даже не заметил: какая бы мистическая сила не подкрепляла ударную мощь этих стрех, они не в силах были действительно повредить ему. Только подзадоривали. И было даже жаль, что всё кончится быстро.
***
— Если ты так отважен, зачем убегать? — Император почти наслаждался, гоняя своего лучника по всему Управлению. Там, где они проносились, воцарялось разрушения. Что не разбивали прошедшие мимо цели стрелы, то добивали Мечи Повелителя Тьмы. Осколки, обломки, щепки — всё это, бывшее когда-то полезными вещами, красиво разлеталось в разные стороны.
Острие очередного снаряда чиркнуло по чёрному шлему.
Ха.
— Неплохо, — оценил Император, — но недостаточно.
Не глядя метнув один из Мечей в сторону, он в дребезги разнёс стену, но лучник снова успел увернуться, хотя и получил в широкую спину заряд каменной дроби. Она ему, впрочем, не повредила.
— Ты сражаешься бесчестно!
— А ты ждал иного, отправляясь на бой с Повелителем Тьмы? Ты, ко всему прочему, ещё и глупец.
Подобные взаимные обвинения, на вкус Императора, только прибавляли схватке пикантности. Конечно, он в любой момент мог прихлопнуть эту «букашку» своей тёмной мощью, но сейчас предпочитал об этом даже не вспоминать. Его истинная сила была похожа на чересчур насыщенную приправу — к любому блюду её следовало добавлять осторожно, в невероятно малых дозах, иначе неизбежно всё испортишь, и не сможешь насладиться «обедом».
«Обед», тем временем, сделал очередную серию выстрелов. На этот раз Император отбил стрелы вторым, всё ещё зажатым в руке Мечом.
— Неужели под этой грозной бронёй скрывается трус?
— Поверь, мальчик, ты не захочешь узнать, что скрывается под ней!
Прозвучало грозно — Император предпочитал не думать о том, что за словами стояла, в общем-то, наглая ложь и сплошная бравада.
— Я далеко не мальчик! — новая порция стрел была выпущена, кажется, с ещё большей яростью.
— Кто знает, — философски заметил Император, — Мы ведь не были друг другу представлены.
Ответа не последовало — только стрелы, стрелы, стрелы. Так было не интересно.
— Неужели мне придётся хоронить тебя в безымянной могиле? Хотя бы назови себя, чтобы я знал, что выбить на твоём могильном камне.
— Винд Райвол! — парень ловко перемахнул через груду разбитой мебели, крутанулся, и сделал следующий выстрел, — И это имя будет запомнено, как имя твоего убийцы!
— Очаровательно, — оценил стремления парня Император, — но маловероятно.
В следующий миг расстояние между ними вдруг резко сократилось — это Повелитель Тьмы, совершив непостижимый для столь массивной фигуры прыжок, налетел на Райвола, сшибая его с ног. К счастью для себя, парень оказался не только крепок, но ещё и гибок. Изогнувшись, словно кошка, он проскользил вокруг противника по его собственной броне, так что, в сухом итоге и вопреки задуманному, Император поломил вставшую на пути их парочки стену не телом оппонента, а собственным плечом.
Вместе, очень картинно — в облаке пыли и каменной крошки, они влетели в новый интерьер. Райвол, удачно примостившийся в этом полёте на груди Императора, защищённый телом собственного врага, моментально оказался на ногах. Невредимый. А вот Тёмный Повелитель неуклюже повалился на пол, преданный гравитацией и инерцией собственной немалой массы. Дополнительной наградой ему стали еще несколько стрел, начисто изодравших пурпурный плащ.
— Чем выше задерёшь нос, тем больнее упадешь, — прокомментировал ситуацию лучник, и, пользуясь заминкой противника, бросился на поиски удобной позиции для стрельбы. Благо, вновь открытая зона боя это позволяла. Вокруг был безвкусно-роскошный и непозволительно просторный, снабжённый даже вторым ярусом кабинет сопредседателя Имперской горнодобывающей компании Фурана Фигга. Правда, блеск вездесущей здесь позолоты оказался уже немного припорошен оседающей пылью. Проламывая стену, Император и Райвол успели порядком намусорить.
 
Наконец-то поднявшись, Повелитель Тьмы огляделся в поисках своего лучника.
— Я здесь, — вместе с «приветом» прилетела ещё пара стрел, отскочивших от бронированной спины.
Императору это начинало надоедать.
— Ты мне нравишься, Винд Райвол. Ради тебя, я восстановлю здесь всё за собственный счёт…
— Зачем же?
— Чтобы бы ты мог насладиться всеми прелестями работы в шахтах! — с последним словом Император наотмашь метнул остававшийся у него Меч.
Колдовское лезвие сверкнуло. Раздался грохот.
Оружие Императора запросто рассекло подпиравшую балкон второго яруса колонну, и вся конструкция тяжело повалилась вниз, увлекая за собой взобравшегося повыше лучника. Он упал, больно ударившись спиной о камни. От этого пальцы его разжались, и лук выпал из ослабевшей руки.
— Теперь, Винд Райвол, — мрачно возвестил приближающийся к своей тихо шевелящейся жертве Император, — ты узнаешь, чем я заслужил титул Повелителя Тьмы.
По рукам закованного в непроницаемо-чёрный Доспех гиганта зазмеились, гудя и потрескивая, фиолетовые молнии.
— Ты познаешь глубины боли…
Но прежде, чем выпущенная на волю тёмная ярость успела со всей силы ударить в тело поверженного лучника, раздался взрыв.
Здание Управления грузно содрогнулось от самого основания. Зазвенели вылетающие из рам стёкла. Массивные стены заколыхались, но устояли — только посыпалась с потолков декоративная штукатурка, покрывая толстым слоем то, что прежде было роскошной обстановкой кабинета сопредседателя Фигга, а теперь представляло собой мусор и щепки. Где-то за дверями, в приёмной, с громким треском обвалилась часть тяжёлой лепнины.
Когда отвлёкшийся на миг Император вернулся взглядом к Райволу, тот снова был на ногах, и в руках у него — верный лук! Но продолжение боя не случилось. Грянул ещё один взрыв, и с оглушающим грохотом обвалившаяся стена непреодолимо разделила противников. Император только и мог заметить, как лучник скользнул в разверзшуюся в полу под его ногами дыру…
И исчез.
А затем всё пространство разгромленного кабинета заполонила паутина фиолетовых молний: вырвавшаяся наружу чистая ярость упустившего жертву хищника…
Когда Император успокоился, его неудержимая мощь уже успела разнести в щепки ту скудную меблировку, которая чудом ухитрилась чудом пережить отгремевшую битву и два взрыва. Даже стены и пол кое-где почернели.
Где-то в стороне раздался шорох. Под тяжёлым взглядом Императора из-под обломков некогда грандиозного директорского стола выбрался… сопредседатель Фигг — белый от пыли, с обвисшими усами и совершенно бессмысленными выражением на пухлом лице. Казалось, ещё немного, и он бросится к Повелителю Тьмы, умоляя не оставлять его одного.
Император допускать подобного не собирался.
— Надеюсь, вы приняли к сведению наш разговор, сопредседатель, — мрачно произнёс он, перешагивая возникшие на пути к дверям горы хлама, — и не станете полагаться исключительно на мою доброту. Мне совсем не хочется наносить вам повторный визит.
Комментарий к Часть 6: Железная кровь Империи
Экшен подвезли. И героя. Какой же Повелитель Тьмы без героя?
  
Часть 7. Одна ночь Императора
 
Официально столица Вечной Империи именовалась Императорским тронным городом, в военных документах значилась как Имперский руководящий сектор, но большинству жителей больше нравилось старое название — Васка.
Ещё совсем недавно, до времён Империи, Васка наслаждалась комфортным спокойствием застоя. Это был тихий уголок: уютные домишки, расписные вазоны с геранями, пёстрые клумбы, петляющие улочки. Местный народец неспеша прогуливался по тенистым аллеям, бродил по садам, и выходил на тесные площади, где подставлял щекастые лица брызгам, летящим из зацветших фонтанов. С приходом императорской власти этому сонном мирку пришёл конец. На Васку будто силой натянули железный доспех, такой же тёмный и тяжеловесный, как Доспех самого Повелителя Тьмы, и всучили в руки оружие. На смену многоцветной широте стилей, где каждый украшал отчий кров в угоду собственному провинциальному вкусу, пришла утверждённая сверху по-военному единообразно-безобразная строгость. Исчезли фонтаны и колодцы — их заменили подземные коллекторы и каналы. Узкие петли улочек выпрямились в широкие проспекты, а расчищенные под парады площади раздвинули свои границы. Исчезли сады и аллеи. Бронированные громады имперских арсеналов и оборонительных казарм протянулись на целые кварталы. И в небеса пронзили дворцы-шпили новой имперской знати.