Граф Суворов (СИ)
— И что ты собираешься делать? — удивленно спросил я. — Сидеть в лесу?
— Не вижу в этом ничего дурного. — усмехнулся Василий. — Свежий воздух, птички, опять же…
— Ты вроде говорил, что сам из Суворовского. — заметил я, переключившись на другую тему. — Мы будто в развалинах живем, даже двери нет. Препод — алкаш жуткий и один на все предметы. Тут всегда такие проблемы были?
— Я из военных. — немного помявшись ответил Василий. — Так что понятия не имею как в черных группах. У нас всегда считали, что в туф попадают только тупые, уроды и фигляры. Дети крепостных и преступников. А те, кто попал случайно — быстро переводятся в лучшие группы.
— А были поводы так считать? — поинтересовался я.
— Конечно. Мне было не до того, чтобы по сторонам глазеть, но экзамены все на свое место расставляют. Если на первом еще переводы частые, да и соперники в поединках хороши, то уже на втором — пара человек, не больше. Ну а к концу года разрыв такой что о туфе можно и не вспоминать вовсе. — отмахнулся денщик. — Тяжелые, но мягкие, одно слово — туф. Вроде и не песок, но и не камень.
— А если я тебе скажу, что их специально в такое положение поставили. — прищурившись спросил я.
— Зачем? — нахмурившись проговорил Василий. — Да и с чего вдруг?
— Смотри сам — здание старое, сквозняки и плесень, гигиену поддерживать тяжело. Душ один на этаж, и это при интенсивных тренировках. — начал перечислять я. — Еда отвратная, количество мяса минимально и на всех не хватает, про витамины я уже молчу. Преподаватель, еще раз, один, и тот алкаш — готовится по всем предметам придется самим. В таких условиях вывезут только по-настоящему упертые.
— Хм. Как-то я с такой стороны на этот вопрос не смотрел. — честно признался денщик. — Неужели все так плохо? Всего пару лет назад же выделяли деньги на модернизацию и строительство. Сам слышал.
— Может и выделяли, да только ушли они все по частным карманам. А может и еще куда. — ответил я, и оглянувшись понял, что даже хвост колонны не вижу. — Ладно, нужно как-то связь поддерживать, телефоны у нас изъяли.
— Завтра на этом же месте. Я проверю платежи и принесу рацию. — сказал Василий, когда я уже выбрался на дорогу. — Удачи!
— Спасибо. — через плечо бросил я, и поднажал. И все равно, чтобы догнать учеников, а потом выбраться в голову строя, пришлось поднапрячься и даже использовать накачку энергией меридианов ног и легких. Организм по-прежнему продолжил меня подводить, но по сравнению с тем, что было еще месяц назад — состояние небо и земля.
Обогнав всю колонну, я встал во главе, продолжая пробежку и остановился только когда мы вышли на относительно свободный участок поля. Вообще странное место, и дело даже не в перерытой окопами и траншеями земле, общая площадь этих совсем не игрушечных укреплений составляла километра два. И даже не в лежащем посреди этого безобразия сгоревшем корабле, а в самом настоящем замке.
Небольшой, по меркам средневековой Европы, однако хорошо защищенный и даже на первый взгляд переживший не один десяток штурмов. Судя по опалинам и трещинам на стенах — тренировки здесь шли приближенные к боевым и вполне могли заканчиваться не только травмами, но и смертельным исходом. Мы же остановились прямо напротив всего этого великолепия, на площадке предназначенной для зрителей, или судей.
— Пять минут перерыв! Кто не устал — встали в планку. — скомандовал я, и тут же принялся за объявленную тренировку. Со стороны одногруппников раздались глухие стоны, но стоило паре человек повторить мою стойку как отставать не захотел никто. Я же заставил себя просто отрешиться от происходящего, перейдя в легкую медитацию.
Сейчас мне нужно было решить для себя несколько очень важных вопросов, которые иначе как глобальными не назовешь. Во-первых — кто для меня эти люди? Все первокурсники групп Т, У и Ф? Понятно, что товарищи по несчастью, но я за них не в ответе, и то, что сейчас работаю на авторитет — скорее бонус.
Благодаря полученному статусу я могу быть спокоен за свою комнату и сон. Вряд ли кто-то сунется к нам ночью после того, что я сделал с бандой Дикого, а затем и с его прихлебателем Шнуром. С Тараном можно договорится, и Шебутнов мне в этом поможет. Есть варианты, при которых мы даже отожмем себе некоторые занятые старшаками и дедами занятия.
Не то чтобы меня прельщала торговля запрещенкой на территории училища, скорее она может стать необходимостью, для получения дополнительных ресурсов. По крайней мере трав для медитаций и материалов для укрепления тела. Это, уже не говоря о приличной еде и снаряжении. И это второй большой вопрос.
Теоретически я могу получить все это через Василия, но получать что-то сверх расписания это лишний повод подставиться. Так же, как и занятия любой контрабандой или крышеванием нелегальных видов деятельности, что мгновенно снимает первый вопрос — одногруппники и однокурсники мне для того, чтобы не попадаться.
Самый простой вариант — использовать Леху, он парень продуманный, за меня держится скорее, как боевую силу, а не как лидера. Не самый худший вариант, учитывая обстоятельства. Но в то же время сделать его ответственным за все предприятия, которые нужны для быстрого роста я тоже не могу. Если поймают его, то и меня заодно.
А может я просто слишком узко мыслю? Пытаюсь что-то выгадать, подстроиться под чужую и противную мне систему, в то время как собирался сам ее разрушить? Нет, понятно, что обычный учащийся, да еще и сирота, ничего сделать с князьями Меньшиковыми не в состоянии. Ну так это если один. А если подойти совсем с другой стороны? Нет, организовывать революционный кружок — перебор, но…
— Это все по тому, что он сухой как тростинка и тощий. — услышал я переругивание студентов, и подняв голову понял, что остался одним из трех, кто еще держит планку. При этом мне стойка давалась совершенно естественно, чего не скажешь о двух других студентах.
Длинный жилистый парень, лет семнадцати, держался из последних сил. Не смотря на сентябрьский прохладный ветер с его лба ручьями тек пот и единственное что его удерживало от падения — природное упрямство. Хоть по трясущемуся телу и видно было что осталась всего пара секунд.
А вот второй — парень примерно моего роста и даже в плечах не сильно шире, не смотря на сосредоточенное лицо, держался вполне пристойно. Жаль я не засек время и вряд ли сумею сказать сколько мы так стоим. Впрочем, зачем гадать?
— Закончили упражнение. — спокойно произнес я, и без труда поднялся, чем вызвал сразу пятьдесят уважительных и завистливых взглядов. — Сколько делали?
— Пять минут. — ответил Шебутнов, уже сидящий рядом. — Я честно продержался три. Но…
— Все в порядке. Две минуты перерыв у всех. — скомандовал я, демонстративно разминая суставы. — Леха, сажи, почему ты попал в нашу группу?
— В смысле? — не сразу понял Шебутнов. — Распределили, вот и попал.
— Боев сколько выиграл? — прямо спросил я.
— Два. — нехотя ответил мой «зам». — На третий меня поставили против вон того бугая. На десять кило тяжелее.
— Эй, парень, да к тебе обращаюсь. Сколько выигранных боев? — спросил я у валяющегося на скамейке крепыша, на которого показал Шебутнов. Тот, не поднимаясь показал два пальца. — О как. Хорошо, а письменные, по твоим ощущениям как?
— Да там без вариантов. — горько произнес Леха. — На сто из ста должен был написать, темы известные и знаю я их хорошо. Хочешь — могу прямо сейчас на все три вопроса хоть лекции прочитать.
— Ага, выходит тебя специально завалили на боевке. — кивнул я. Оставался один вопрос — чтобы что? Зачем кому-то валить изначально перспективного студента? В мозгах Шебутнова я особенно не сомневался, а значит дело тут совсем в другом, и скорее всего это систематический отбор. — Внимание! Поднимите руки кто выиграл три боя?!
Ни одного, что немного странно, учитывая семьдесят пять присутствующих.
— Хорошо. А теперь те, кто проиграл все три боя? — я внимательно посмотрел на учеников, но снова не увидел ни одной ладони. И вот это было уже удивительно. Ладно не выиграть, но не проиграть? — Хорошо, допустим. Кто выиграл хотя бы в одном бою? Кто выиграл в двух?