Граф Суворов (СИ)

Со своей колокольни я мог разделить всех сражающихся на чистых боксеров — они почти не работали ногами, но при этом старались прикрывать голову и отлично контролировали дистанцию, не позволяя противнику отойти и постоянно блокируя удары предплечьем и локтями.
Вторая большая группа — бойцы смешанного стиля, армейский рукопашный бой они использовали с применением бросков, захватов, ударов коленями и ногами, стараясь держать расстояние и выматывать противника обсушивая мышцы. Пара удачных ударов по бедру, и вот хромающий враг уже не может держать идеальный блок.
Третьи, и это самое странное, использовали непривычную для меня тактику, которую с первого взгляда можно было принять за неумение, но в которой прослеживалась четкая система. Минимум прямых ударов, низкая пружинистая стойка, замахи, требующие времени, но со сложно контролируемой траекторией.
Почти пять минут мне потребовалось чтобы понять, что они вообще не бьются в рукопашную — скорее это сабельный бой… без сабель. Глупо и не слишком эффективно, но если вспомнить как Ведьма нашинковала вооруженных огнестрелом гвардейцев, все вопросы отпадали сами собой.
— Брониславович, к барьеру. — приказал экзаменатор, и я с готовностью вышел в круг. — Правила те же, по лицу не бить, по голове — можно. Проигрыш можно признать, просто выйдя из круга или постучав ладонью по полу.
Пока тренер объяснял, в круг вышел мой второй соперник, и у меня засосало под ложечкой. Происходящее все больше и больше напоминало грубую подставу. Изменение в регламенте экзаменов, перенос времени первого теста, а теперь еще и это. Мой противник был на голову выше меня и килограмм на тридцать тяжелей.
Парень в зелено-красных цветах интерната, с черным орлом в значке на груди, выглядел полностью уверенным в своих силах, но в глазах не было и следа презрения или наглости. Легкая злоба — возможно, но скорее он негодовал на преподавателя, а не на меня, не то, не видев предыдущий бой, не то посчитав это случайностью и не воспринимая меня как соперника.
Что ж. Это его и погубит.
Закрыв левый глаз, я заполнил его праной, и уже через мгновение понял, что не зря перестраховался. Противник сделал резкий подшаг и обрушил на меня град ударов, ушедших в пустоту. Я отступил на полшага, и его кулаки буквально взбили воздух, оставляя после себя соленую взвесь пота.
Миг, и мне приходится вновь отступать, дожидаясь пока глаз привыкнет, но я уже вижу сокращение его меридианов, плотную энергию, которая толчками расходится по всему телу. Быстрый, техничный и умелый противник, который без труда уложил бы моего первого соперника за пару секунд. Разница в классе понятна даже постороннему.
И все же мне удается обходить его по кругу, все время оказываясь чуть-чуть дальше, чем достают его молниеносные кулаки. Во время первого удара парень не сдерживался, и мне удалось замерить максимальную дистанцию, на которую он дотягивается, после чего за руками я следить вообще перестал — наблюдая только за ногами и тазом, не позволяя ко мне приблизиться.
— Добей соплю! — раздался гневный возглас от студентов, и уже знакомый мне бугай тут же получил затрещину от соседа, но напряжение и в самом деле нарастало. Будь я хоть на треть так же развит как мой соперник — сумел бы его вымотать и тогда выбить силой, но сейчас мое едва окрепшее тело было самой большой проблемой. Я выбьюсь из сил раньше, а значит придется отвечать ударом на удар.
Я замер на месте, и обрадованный противник яростно впечатал кулак в мою голову. Попробовал, ведь я не защищался, но вместо этого его рука прошла по касательной, едва задев волосы, а мои пальцы впились ему в шею, точными нажатиями перекрывая кровоток и блокируя нервные окончания.
Его второй удар вышиб из меня дух, чуть приподняв в воздухе, и хоть я сумел в последнее мгновение подставить руку, кости затрещали. Я отшатнулся, чуть не выйдя из круга, но противник лишь тупо махал кулаками, не в силах сдвинуться с места и постепенно синея. Несколько секунд он стоял, мотая головой, а затем рухнул на пол и начал дрыгать ногами. Черт, неужели я перестарался?
 
— Врача! — выкрикнул экзаменатор, подскочив к студенту. В движениях тренера явно чувствовалась многолетняя практика, так заблокировать парня, чтобы он не дергался, это надо сильно уметь. Коленом он прижал грудь, а руками схватил голову. Через несколько секунд к нам подбежала уже знакомая медсестра, с беспокойством прощупала шею парня, но я уже видел, что кровь начинает проходить дальше, а энергия течь по меридианам. Полчаса и он придет в норму сам.
Но врач так долго ждать не собиралась, раскрыв свой рюкзак-чемоданчик, она тут же извлекла шприц и наполнив его каким-то прозрачным лекарством ввела прямо в шею моего прошлого соперника. Парень тут же расслабился и порозовел, мышцы отошли от судороги, а сам студент почти мгновенно отключился, крепко заснув.
— Что это было, Иванов! — заорал тренер, подскочив ко мне и возвышаясь на три головы, да я за этим бугаем даже лампы не видел. — Какого хрена ты себе позволяешь?
— Прошу прощения, ваше благородие, не понял вопроса. — вытянувшись по струнке спросил я.
— Не понял? Не строй из себя идиота, прекрасно ты все понял! Ты чуть не убил Боброва! — продолжил орать экзаменатор.
— Никак нет, он полностью в порядке, и без вашей помощи пришел бы в себя через полчаса — час максимум. А вот я бы сотрясением после встречи с его кулаком вряд ли отделался. — не улыбаясь, но с трудом сдерживая сарказм ответил я, глядя прямо в глаза тренеру, и не отводя взгляда.
Несколько мгновений мы стояли друг на против друга, а затем он вздрогнул и отступил на полшага. Я не понял, что произошло, а потом как понял. В пылу схватки, и отходя от удара соперника я забыл убрать энергию из левого глазного яблока, и сейчас моя радужка чуть светилась.
— Бой завершен… техническим нокаутом. Победил Александр Брониславович Иванов. — сумел выдавить из себя экзаменатор. — Я обязательно сделаю пометку в вашем деле о том, что вы калечите соперников на простом экзамене!
— Прошу прощения, ваше благородие, но я могу с этим согласиться только после проведения всестороннего медицинского осмотра проигравших. — сказал я, не собираясь спускать ему явную подставу с соперниками.
— Смеете перечить преподавателю? — усмехнулся мужчина. — Это я тоже занесу в ваше личное дело!
— Безусловно, сразу после того, как в ваше занесут подсуживание и подбор противников вне весовых категорий. Посмотрим сколько вы после такого продержитесь на службе. — громко и четко произнес я, заставив экзаменатора побледнеть. Страх или гнев? Не так важно, главное, что, судя по эмоциям я полностью угадал, а значит здесь происходит масштабная провокация, направленная лично на меня.
— Я требую смены экзаменатора в связи с предвзятостью судьи. — еще громче произнес я, и на меня начали оборачиваться не только ближайшие студенты, но и преподаватели, стоящие в противоположном конце спортивного зала.
Начался ропот, в начале тихий, но все громче. Обсуждали происходящее сидящие на лавках претенденты, негромко переговаривались тренеры и проверяющие. Похоже мое поведение совершенно поломало стройную схему, построенную чьей-то невидимой рукой. Василий утром упоминал Меньшиковых, борющихся за наследство Бронислава, могла это быть его юная вдова или матриарх семейства — Людмила?
Внезапно все шепотки стихли, будто отрезало, и проследив за общими взглядами я увидел мужчину в пенсне, несколько часов назад проводившего нам инструктаж перед письменным экзаменом. Преподаватели и студенты, мимо которых он шел, вытягивались по струнке и старательно кланялись.
— Что здесь происходит? — спросил он с насквозь лживой улыбкой.
— Господин зам. директора, у нас бунт. — замерев в положении руки по швам проговорил экзаменатор. — Воспитанник калечит других студентов, да еще и на преподавателей смеет рот раскрывать!
— Вот как, и где же этот хулиган? — с едкой ухмылкой спросил замдир.
— Вот он, ваше высокородие. — показав на меня произнес тренер. Надо же, значит у нас тут целый статский советник, никак не меньше. А это нечто среднее между полковником и генералом, с таки не забалуешь. А по виду молодой, не больше сорока… получил из-за врожденного титула?