Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

 — Этот ученик тщательно обследовал тело, — торжественно поведал Мин Фань, передавая учителю то, что он принёс с собой.
 Шэнь Цинцю пристально воззрился на две стопки листков с киноварными надписями — бумага уже почернела, будто по ней расползлась гниль.
 — Ты использовал эти талисманы, чтобы определить присутствие демонической ци на трупе?
 — Ум учителя ясен, будто факел, — ответил Мин Фань. — Эти талисманы ученик разместил в двух местах: первый он положил на землю рядом с могилой одной жертвы, а второй — рядом с телом, которое ещё лежит у осмотрщика трупов [5].
 Значит, даже земля рядом с могилой пропитана демонической ци. Теперь Шэнь Цинцю мог с уверенностью утверждать, что Кожедел, безусловно, относится к народу демонов — теперь он, по крайней мере, знал, с кем имеет дело.
 Уяснив это, Шэнь Цинцю прочистил горло, вслед за чем хмыкнул, стараясь вложить в этот звук как можно больше бессердечной холодности.
 — Этот демон посмел убивать простой народ в пределах ста ли от подножия хребта Цанцюн! Коли этот негодяй сам стучится в наши ворота, то пусть не жалуется, что я отправлю моих учеников, дабы они свершили справедливое возмездие от имени Неба!
 Уж поверьте, он ни за что не стал бы опускаться до столь избитых клише, если бы не угроза ООС!
 — Как велика мудрость учителя! — благоговейно воззрился на него Мин Фань. — Он по мановению руки разберётся с чудовищем и защитит простой люд [6]!
 Шэнь Цинцю не знал, что и сказать на это.
 Похоже, что эта пара — учитель и ученик — привыкли придерживаться ролевой модели: «Ты — повелеваешь, я — преклоняюсь», находя отраду в подобном взаимодействии.
 Сказать по правде, с точки зрения Шэнь Цинцю Мин Фань был учеником, о котором можно только мечтать. Хоть он был весьма своевольным и избалованным молодым господином из зажиточной семьи, перед лицом учителя он не позволял себе ни капельки распущенности или бахвальства, выказывая лишь безоговорочное послушание и почтительность, граничащую с подобострастностью, а ведь мужчина не может гнушаться тех, кто почитает его, словно божество. В этом путешествии Мин Фань единолично взял на себя все хлопоты, связанные со сборами в дорогу, питанием и ночлегом. Если бы не непреодолимое воздействие главного героя, из-за которого коэффициент интеллекта пушечного мяса неизбежно падает ниже плинтуса, то вместо тирана-предводителя, готового на любое злодеяние, из Мин Фаня вышел бы весьма многообещающий и талантливый молодой человек!
 К тому же, Мин Фань как-никак был его будущим товарищем по несчастью — а потому Шэнь Цинцю не мог не испытывать невольное сочувствие к этому куску пушечного мяса, который Ло Бинхэ швырнёт в яму с десятью тысячами муравьёв…
 — На сей раз мы спустились с гор, чтобы вы могли набраться опыта, а потому ваш наставник лишь в самом крайнем случае протянет вам руку помощи. Мин Фань, ты — мой старший ученик, а потому тебе следует проявлять крайнюю осмотрительность — ты ни в коем случае не должен допустить, чтобы твои соученики пострадали от лап демона.
 — Будет исполнено, учитель! Этот ученик уже разработал тактику; как только это чудовище…
 Мин Фань не успел закончить, поскольку кто-то вломился в дверь, перебив его на полуслове.
 — Учитель! — возопил бледный как полотно Ло Бинхэ.
 У Шэнь Цинцю при этом ёкнуло сердце, но усилием воли ему удалось сохранить бесстрастный вид.
 — К чему эти крики? Что тебя так напугало?
 — Шицзе Нин Инъин и этот ученик сегодня днём вышли из поместья, чтобы пройтись по рынку, — начал Ло Бинхэ. — К вечеру я стал поторапливать шицзе назад, но она не хотела. Не знаю, как, но внезапно в мгновение ока её и след простыл. Этот ученик… Обыскал весь рынок вдоль и поперёк, но так и не нашёл шицзе. Ему только и оставалось, что вернуться и молить учителя о помощи…
 Потеряться в разгар столь важных событий — это вам не шутка. А ведь скоро совсем стемнеет!
 — Ло Бинхэ! Ты… — так и подскочил на месте Мин Фань.
 Взмах рукава Шэнь Цинцю — и стоявшая на столе чашка взорвалась осколками. Погрузив учеников в ужас этим действием, он не только предотвратил возможность ООС, но и не дал Мин Фаню приблизить свою мучительную смерть.
 
 — Что случилось — то случилось, — отрезал Шэнь Цинцю, делая вид, что с трудом подавляет гнев. — Слова тут не помогут. Ты, Ло Бинхэ, пойдёшь со мной. А ты, Мин Фань, возьми с собой нескольких шиди и попроси хозяина Чэня о помощи, чтобы вместе с ним отправиться на поиски твоей шимэй.
 Негодующий Мин Фань убежал выполнять его распоряжение, а Ло Бинхэ застыл на месте, молча опустив голову.
 Шэнь Цинцю отлично знал, что вины его ученика тут нет, поскольку Нин Инъин — не только героиня, полная прелести и очарования, но по совместительству — палка в колесе [7] главного героя, которая вечно играет со смертью. В оригинальном романе повороты сюжета, когда Нин Инъин в очередной раз пропала, нарывалась на неприятности в решающий момент и заваливала всё дело [8], позволили Сян Тянь Да Фэйцзи растянуть сюжет по меньшей мере на сотню глав. Порой Шэнь Цинцю прямо-таки восхищался Ло Бинхэ за неизменный энтузиазм, граничащий с героизмом [9], с которым он тащит в свой гарем всех кого ни попадя, не отказывая даже таким вот источникам постоянных неприятностей, и при этом умудряется остаться в живых; что ни говори, а главный герой и впрямь безумно крутой властелин, охуенность которого разрывает небеса! Обычный человек точно не смог бы позволить себе подобную красотку.
 Ло Бинхэ явно считал, что Шэнь Цинцю оставил его, чтобы разбранить и избить.
 — Во всём виноват этот ученик, — шепнул он. — Учителю следует наказать его. Этот ученик не станет жаловаться, он умоляет лишь о том, чтобы учитель помог разыскать шицзе Нин и вернуть её в целости и сохранности.
 Глядя на него, Шэнь Цинцю не мог не проникнуться жалостью. Он чуть было не поддался порыву погладить ученика по голове, но, вспомнив о Системе, с трудом сдержался.
 — Подойди сюда, — ледяным голосом молвил он. — Отведи меня туда, где ты потерял свою шицзе.
 Как выяснилось, Нин Инъин исчезла из виду в самой оживлённой точке рынка.
 Закрыв глаза, Шэнь Цинцю уловил едва различимый отголосок демонической ци. Так он и следовал по этой ниточке, которая грозила вот-вот оборваться, пока, открыв глаза, не обнаружил, что стоит перед лавкой румян.
 Шэнь Цинцю онемел от изумления.
 Неужто убийца работает в лавке румян? Вот так просто?
 Однако, стоило ему переступить порог лавки, как путеводная нить оборвалась — демоническая ци рассеялась без следа.
 Может, убийца не скрывался в лавке, а просто недавно заходил сюда? Заходил в лавку румян… Так демон Кожедел — женщина?
 Какое-то время Шэнь Цинцю безуспешно тыкал пальцем в небо, а затем послал Ло Бинхэ в лавку, чтобы тот разузнал что-нибудь, но и это не дало результата.
 Поскольку это задание было дано ему исключительно с целью повышения уровня, в оригинальном сюжете о нём не было ни слова, а потому и свериться Шэнь Цинцю было не с чем. Опять же, он не отрицал, что отнюдь не был экспертом, умеющим мастерски строить умозаключения [10]. В прошлом, когда ему доводилось принимать участие в таких квестах «эскейп-рум» [11] или расследование убийства, он кончал «трупом». В разгар его мучений Система участливо подсказала:
 [Было замечено, что Вы столкнулись с затруднениями во время расследования. Не желаете потратить сто баллов притворства, чтобы активировать «Упрощённый режим»?]
 «Да чтоб тебя, что ж ты раньше не сказала об этом «Упрощённом режиме»? Запускай давай, запускай!»
 Он секунды три буравил глазами кнопку «Да», пока она не загорелась зелёным светом и тут же пропала. После этого Шэнь Цинцю тотчас уловил в воздухе то, от чего по спине поползли мурашки — отменно, чрезвычайно отчётливая демоническая энергия!
 Она будто опасалась, что Шэнь Цинцю не сможет её засечь!
 Этот режим явно был назван «упрощённым» не для красного словца!