Злая принцесса (ЛП)

Черт бы его побрал.
Он отстраняется от меня и смотрит в мои голодные, полные похоти глаза.
— Черт, с тобой так легко, Чертовка.
Мои брови поднимаются в обиде, но все, что он делает, это смеется.
— Я наблюдал, как ты дразнила в комнате, детка. Не забывай об этом.
Справедливое замечание.
— Увидимся позже, — зову я девочек, которые машут нам рукой. — Собираешься сказать мне, куда мы идем? — Я спрашиваю, когда Себ ведет нас к машине Харли, открывая мне дверь, как джентльмен, которым он, безусловно, не является.
— Нет. Я думал, мы могли бы повеселиться, только мы двое.
— И вот я подумала, что тебе нравится делиться своими игрушками.
Он смеется, обходит капот и садится на водительское сиденье.
— Игрушки, да. Ты? Никогда.
На этот раз, когда его взгляд скользит вниз к моему рту, он забывает обо всех моих протестах, обхватывает меня рукой за шею и притягивает к себе, наши губы сталкиваются в его жестоком, требовательном поцелуе, который я чувствую до кончиков пальцев ног.
— Моя, — рычит он, прежде чем, наконец, отпустить меня.
Мы оба задыхаемся, когда расстаемся.
— Сексуально, — бормочу я, протягивая руку, чтобы смахнуть немного моего блеска с его лица.
— Спасибо. — Он подмигивает. — Я тоже думал, что хорошо выгляжу.
— Тщеславный придурок, — бормочу я, дотягиваясь до ремня безопасности и защелкивая его, прежде чем опустить козырек, чтобы я могла поправить свое лицо. Себ, однако, просто потирает его тыльной стороной ладони и называет это готовым.
Вид блеска от моих губ, который все еще размазан по его щеке, заставляет меня усмехнуться. На нем это выглядит мило. Почти.
— Здесь? — Я спрашиваю, немного шокированная, когда он останавливается рядом с Ace’s. Я не спорю, хотя — я могла бы есть еду Билла каждый день и умереть очень счастливой женщиной. Я просто удивлена.
— По-видимому, у них лучшие бургеры в штате.
— В стране, — поправляю я.
— Ну, тогда пошли. И, — добавляет он, — мне вроде как понравился наш последний визит на пляж.
— Держу пари, что так и было. Ты такой кабель.
Он смотрит на меня, когда я тянусь к ручке. — Нужно знать одного—
— Неважно. Я больше не буду заниматься сексом на пляже. Я все еще нахожу песок в некоторых местах.
— Может быть, тебя можно убедить, но тебе нужно придумать что-то получше, чем песчаная сыпь.
Закатывая глаза, я вылезаю из машины и позволяю ему притянуть меня к своему телу и повести к одному из моих любимых мест в мире.
Что касается свиданий, это чертовски эпично.
Молочные коктейли Билла, бургеры и Себ делают все возможное, пытаясь сделать то, о чем я его просила, и доказать, что он имеет в виду то, что говорит.
Я все еще настроен более чем скептически, но я не могу отрицать, что он меня ломает.
Тот факт, что он, кажется, не может оторвать от меня ни рук, ни глаз, должен меня пугать, но я бы солгала, если бы сказала, что не пропустила и то, и другое, когда Билл опустил перед ним огромный бургер.
Я не хочу нуждаться в нем. Черт, я не хочу ни в ком нуждаться, но я чувствую, что это происходит, и я ненавижу это, потому что, когда все это окажется просто еще одним ходом в той игре, в которую он играет, это разорвет мое гребаное сердце.
— Завтра мы едем домой, — сообщает он мне, как только Билл убирает наши тарелки и по просьбе Себа приносит мне еще один шоколадно-молочный коктейль. Я начинаю задаваться вопросом, не пытался ли он просто подсластить мне этот разговор.
— О, неужели мы? — Я плюю, отодвигаясь от него.
— Детка, не будь такой.
— Например, что? Как будто ты говоришь мне, что я должна делать?
Он проводит рукой по лицу, его глаза не отрываются от моих.
— Нам нужно идти домой. Тебе нужно вернуться домой.
— Зачем? Чтобы, гребаный урод, который, по-твоему, охотится за мной, смог попробовать еще раз?
То, как вытягивается его лицо при моих словах, наводит меня на мысль, что он действительно верит, что дома меня поджидает угроза.
— Разве для меня просто не было бы безопаснее остаться? — Я дуюсь.
— И ждать, пока он найдет тебя здесь, вместо того, чтобы быть там, где я могу обеспечить твою безопасность?
 
— Потому что ты так хорошо справился с этим в первый раз.
Его челюсть подергивается, когда он изучает меня. — Я не знал, что за твоей задницей таскается псих.
— Мы даже не знаем, так ли я это.
Его бровь приподнимается.
— Ладно, прекрасно. Есть шанс, что это так. Признаю, история с ножом странная. Но это могло быть просто действительно причудливым совпадением.
— Что по Лондону бегает мужчина с точной копией твоего розового ножа, и он просто так попал тебе в живот? Да, я уверен. — Он склоняет голову набок и приподнимает бровь.
— Неважно.
— Спорь сколько хочешь, принцесса. Мы уезжаем завтра.
— И ты утащил меня от моих друзей в мою последнюю ночь здесь, — жалуюсь я, прекрасно зная, что собираюсь сесть на этот рейс завтра.
— Я не буду держать тебя при себе всю ночь.
— Я ценю это.
— Так ли это? — язвит он.
Я делаю глубокий вдох, готовая ответить каким-нибудь едким замечанием, но быстро обнаруживаю, что у меня ничего нет.
Я люблю своих подруг, как будто они мои сестры, но я провела с ними две недели, которых не ожидала. Как бы сильно я ни хотела злиться из-за того, что Себ украл мою последнюю ночь с ними, я не злюсь.
— Прогуляешься со мной? — спрашивает он, его тон намного мягче, чем раньше. Очевидно, он может читать меня лучше, чем я ожидала.
Отодвигая свой полупустой молочный коктейль в сторону, я выскальзываю из кабинки.
Себ бросает на стол достаточно наличных, чтобы покрыть нашу трапезу, а затем хватает меня за руку и выводит из закусочной.
Он проводит нас всю дорогу вдоль набережной мимо всех других магазинов. Проходя мимо, мы останавливаемся и заглядываем в пару окон.
— Мне все равно, что кто-то говорит, — бормочет он. — Футбольный мяч просто не такой формы…
Пока он говорит, что-то — или кто-то — привлекает мое внимание. Оглядываясь назад, я нахожу мужчину, прислонившегося спиной к перилам и смотрящего вниз на свою камеру.
Он не выглядит слишком подозрительным, но что-то в нем заставляет меня задуматься.
— Ты в порядке? — спрашивает Себ, когда понимает, что я не слушаю его объяснений о том, почему американский футбол на самом деле не футбол.
— Д-да, я в порядке.
Отрывая взгляд от мужчины, я продолжаю идти вперед, когда Себ снова начинает ходить.
С моей кожей, все еще покалывающей от осознания, и ладонями, начинающими потеть, я снова оглядываюсь назад несколько минут спустя.
Конечно же, парень все еще там.
Мне вспоминаются прежние слова Себа о каком-то психопате-преследователе.
Если то, что он говорит, правда, и он действительно существует, конечно, он не стал бы следовать за мной всю дорогу сюда. Стал бы он?
— Что не так? — спрашивает Себ, обнимая меня за плечи и притягивая ближе, его теплое дыхание покрывает мою кожу и щекочет шею.
— Тот парень. — Я киваю головой в сторону того, о ком идет речь. — Я думаю, он следит за нами, — шепчу я.
Себ прослеживает за моим взглядом и кивает парню, как будто он его знает.
— Я должен, черт возьми, на это надеяться. Я плачу ему достаточно.
Я отступаю назад, вырываясь из его захвата. — Прости, что?
— Ты действительно в первый раз его видишь?
— Э-э… — Я перевожу взгляд с Себа на парня, который теперь осознает, что мы оба говорим о нем. — Да, это так.
— Он наблюдал за тобой с того момента, как я понял, что ты здесь.
Мой подбородок опускается.
— Ты, блядь, следил за мной?
— Нет, Чертовка. Я защищал тебя. Это очень большая разница.
Вырывая свою руку из его, я скрещиваю руки под грудью.
— А есть ли?
— Да, — шипит он, его жесткий взгляд прикован ко мне. — Слежка за тобой означала бы, что мне сказали бы, что ты делала, куда ты направлялась, с кем ты была. Я никогда не просил ни о чем из этого, как бы сильно мне этого ни хотелось. Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности, Стелла.