Стив. Инопланетник на Венге (СИ)
— Дай, угадаю! Ты новая игрушка Юйшайры, и мой идиот-братик тебя опекает, как родного, и заботится, будто ты младший родственник, а не соперник по гарему! — все это было произнесено злобно-презрительным тоном, который относился не ко мне, но проглатывать его, поэтому было сложнее. Я молча сосчитал про себя до десяти, потом еще раз столько же, и после третьего десятка оказался способным выдавить из себя:
— Да, Юйша — моя хозяйка.
— Это сразу заметно, зверушка! Непонятно только, откуда она в этот раз подобрала настолько невоспитанного. С другой планеты, что ли?!
Я снова мысленно стал считать до десяти. Но в этот раз женщина была не настроена ждать так долго. Тем же вкрадчиво-завораживающим голосом она произнесла:
— Сейчас я окажу Юйшайре одну ма-а-аленькую услугу. Во избежание повтора грустной истории с ее предыдущим увлечением, которое ей в итоге пришлось подарить мне. Знаешь почему, звереныш?
Я отрицательно помотал головой, отчаянно сопротивляясь зачаровывающему меня голосу. Но это было так же бесполезно, как трепыхания мухи в сети паука — чем больше я сопротивлялся, тем больше меня опутывала, связывала паутина. Тикусйо! Я же ей даже в глаза не смотрю! Что происходит-то?!
— Потому что Юйша избаловала этого мальчишку так, что уже сама была не в силах терпеть его наглость. Рабов надо воспитывать постоянно и это тяжелый труд. Когда заводишь мужчину, надо быть готовой взвалить на себя огромную ответственность, к которой твоя хозяйка оказалась не готова. Хорошо, что ей достался идеально отдрессированный мною Зэйх, который заботится обо всех остальных ее мальчишках, правда?
Я кивнул. Как китайский болванчик, честное слово! Самое ужасное было в том, что кивать я не собирался! Оно само кивалось! В голове журчал ее голос, и мое тело послушно выполняло то, что она хотела. Как под гипнозом!
— Но ты появился у Юйши совсем недавно, да?
Очередной мой кивок, и я чувствую ее губы возле своего уха:
— Отвечай, как положено….
Жаркий шепот окончательно срывает мою бедную крышу, и я обреченно выговариваю:
— Да, я у Юйши чуть больше недели… госпожа… — и мы оба замолкаем.
Лично я, потому что пребываю в шоке от того, что из меня вылетело это дурацкое слово, хотя я абсолютно не собирался ничего подобного говорить. Одно дело ломаться самостоятельно, под Юйшу, и совсем другое — когда эта красивая паучиха обволакивает меня своим голосом.
— А теперь разденься, раб, — мой разум полностью спеленат в кокон, мое тело действует отдельно от меня, живет какой-то своей самостоятельной жизнью. Я сопротивляюсь, борюсь сам с собой, но медленно раздеваюсь.
— Встань на колени, как и положено зверьку, разговаривающему с женщиной.
Я медленно опускаюсь на колени, трясясь от напряжения, пытаясь победить и остановить собственное тело. Кусаю губу, в надежде, что боль вернет мне контроль над самим собой, но не успеваю даже понять, сработало или нет, как звучит новый приказ: «Дрочи, животное… И рассказывай, как тебе стыдно, от того что ты посмел вести себя так нагло и как сильно ты раскаиваешься в том, что разозлил меня…»
И я начинаю говорить… Тикусйо! Я начинаю говорить то, что она хочет от меня услышать! И… Ласкать свой член, твердя при этом бред про то, что я виноват и такого больше не повторится, и мне ужасно стыдно… С последним я, кстати, согласен. Мне, действительно, ужасно стыдно. И еще я зол. Зол настолько сильно, что, кажется, мне удается освободиться от гипнотических пут. Я прячу руки за спину, хотя до оргазма остаются считанные секунды. Это стоит мне неимоверных усилий, но мне нужно показать этой стерве, что я победил, выиграл, освободился… Я свободен!
— Кончи для меня, зверушка…. - вкрадчиво вползает в мою голову ее приказ, и я кончаю, скрипя зубами от бессилия, царапая ногтями пол, рыча, как зверь… И в ту минуту, когда я готов кинуться на нее и удушить, уничтожить, хотя бы изнасиловать, за то, что она только что проделала со мной… В эту минуту в комнату входит Зэйх!
Он, ничего не спрашивая, пулей вылетает обратно в коридор и возвращается через три минуты вместе со своей матерью.
Благодаря его появлению я успеваю справиться со зверем внутри меня и все остаются живы. Пока.
Зэйх протягивает мне руку, и я встаю, иду с ним в небольшую ванную комнатку, принимаю душ под его присмотром, заматываюсь в большое пушистое полотенце и, сидя на его кровати, пью горячее молоко.
Спустя час в моей голове все нормализуется, и я снова способен адекватно реагировать на внешние раздражители. И еще я понимаю, что не готов рассказать Юйше про то, что было в этой комнате. Пусть у меня возникло множество вопросов, пусть меня гложет изнутри ревность к тому избалованному парню, с которым она была до меня, пусть… Я узнаю все другими способами.
Я не хочу, чтобы она знала, как легко я сдался, и как просто из меня оказалось сделать безвольную послушную куклу.
— Зэйх, пожалуйста, обещай мне, что ты ничего не расскажешь Юйше!
На меня смотрят так, как будто я болен и брежу. Ну да, наверное, для него все это звучит так, как будто я соблазняю его совершить преступление, обмануть госпожу. Надо как-то иначе эту просьбу оформить, по местному.
— Ну сам подумай, если ей все это выдать, не подготовив, она же расстроится, — теперь на меня посмотрели задумчиво-подозрительным взглядом, но молча. — И к тому же она, наверное, сильно разозлится на твою сестру, верно? — Зэйх нахмурился, продолжая молчать и по-прежнему глядя на меня очень подозрительно. — А я ее подготовлю аккуратно и все расскажу, когда момент будет подходящий, хорошо? — ну, давай же, Зэйх, соглашайся! Момент может никогда не настанет, но это только мое и ее дело, тебя оно не касается!
Пауза затянулась на несколько минут, но я терпеливо молчал. Все аргументы я привел, так что сказать мне уже было нечего. Оставалось ждать, пока мой собеседник переварит услышанное и согласится со мной.
— Ты ведь кончил по ее приказу? — хрипловатым голосом спросил Зэйх, издав странный звук, как будто у него в горле першило.
Я быстро пытался вспомнить, что за такой проступок полагалось наложнику. Мужьям полагалась полная ампутация изменившего органа, это я четко выучил, визуализировал и проникся. А вот наложникам… Судя по лицу Зэйха, ничего хорошего меня не ожидало. Значит, тем более надо было оттянуть подходящий момент и рассказать все, стоя у проходного терминала на взлетную полосу, например.
— Кончил… Она ведь и поэтому тоже расстроится и разозлится. Мне-то ничего не будет, я ведь инопланетник, помнишь? — Зэйх облегченно выдохнул и кивнул.
Потом, через минуту молчания, выдал:
— Ты только не тяни и расскажи как можно скорее. А то, если госпожа все от моей сестры узнает, тогда она точно разозлится. Причем на нас. А я не люблю, когда госпожа на меня злится, — смущенно закончил этот чудесный парень.
Тикусйо! Как-то я не подумал, что паучиха сможет сама сообщить Юйше, в красках и подробностях, как она весело развлекалась со мной. И тогда мое молчание действительно будет засчитано против меня. И Зэйха еще подставлю. Вот ведь вляпался!
Но зато у меня была и хорошая новость. Очень хорошая новость. Во-первых, подлинник статуэтки Эбису пропал два года назад. Во-вторых, та, что стояла на полке у Юйши, совпадала по всем основным признакам с той, что пропала. В-третьих, я нашел покупателя, готового выложить за эту статуэтку пару тысяч галларов. На второй корабль не хватит, но на полный апгрейд старого — запросто.
Конечно, перед продажей божка исследуют в лаборатории, но я был уверен на девяносто пять процентов, что у Юйши подлинник — у меня глаз наметанный уже.
Юйша:
День подходил к концу, семья начинала собираться за столом, а мальчиков все не было. Я уже даже волноваться начала.
Во время ужина дядя Мойшэ обратил всеобщее внимание на отсутствие Зэйха и Стийва, пошутив: «А что, твои парни так увлеклись друг другом, что только одним белком готовы питаться?»
Все тихо прыснули, поглядывая в мою сторону. Только Ийка явно был немного обижен, что парни не смогли оценить его очередной кулинарный изыск.