Восход (СИ)

Пристроив неподвижного воина на ближайшей скамейке, я продолжила путь. Когда впереди показалась заветная алая беседка, от нее отделилась тень, а меня заключили в родные объятия.
— Сестренка, — Илан крепко прижимал к себе, зарывшись лицом в мои волосы.
— Что же ты делаешь? Зачем снова в это полез?
— Мы вернем трон. Знаю, ты против союза с Бексолтом, но он единственный наш шанс. Причем весьма успешный.
— Бексол не жилец. В прошлый раз его спасло лишь чудо. В следующий Гер не оставит его. И тебя тоже! За тобой наверняка следят. Если император докажет твое участие…
— Уже не следят, — поправил Илан. — Я прилетел сюда не просто так. Бексолт рассказал, где забрать нужные артефакты. Один из них избавит от слежки, другой поможет провести ритуал, освобождая от клятвы преданности.
— Прошу, остановись. Власть — далеко не все в этом мире. Есть и другие вещи, гораздо важнее, за которые и стоит биться.
— Тогда почему ты сама еще не присягнула ему, Рия?
Он думал, что подловил меня. Но как объяснить, что меня держит совершенно иное? Не жажда трона, а долг перед народом, отчаянные попытки защитить брата, которые он старательно обесценивает. И мои чувства к Гевору.
— Я пытаюсь спасти то, что вы хотите разрушить. Мир и покой для людей. Тех, что уже устал от бесконечных войн и смут. Кто устал хоронить близких.
— Думаешь, Гевор иной? Опомнись, Рия. Он сегодня положил верхушку южного войска. И поступит так со всеми несогласными.
— Ты не знаешь его.
— А ты знаешь? — вскинулся брат. — Я боюсь за тебя, Рия. Вижу, как он влияет на тебя. Как путает светлые мысли и пользуется твоей добротой. Не верь ему.
— Но и вам я верить не могу. Бексолт стал причиной смерти отца, Эссур сделал наш брак ставкой в игре. И с ними ты заключил союз?
Наша встреча могла бы окончиться ссорой, если бы не прервали. Датчик связи на браслете брата активировался. Он выслушал сообщение и нахмурился.
— Мне пора уходить, Рия. Пока я не могу забрать тебя, но знай, что не брошу. Я вернусь и тогда мы закончим наш разговор. Надеюсь, ты изменишь мнение.
Минуту спустя я уже стояла одна.
Когда я вернулась в покои, Гевор все так же расслаблено спал, но надолго ли? Хут в этот раз молчать не станет, а значит, очередного конфликта с императором не избежать. Настанет ли день, когда наши интересы сойдутся хотя бы в малом?
Просыпаясь следующим утром, я была готова к неожиданностям, но они все равно удивили. Устраивать торжественный завтрак Гевор не стал, приказав накрыть в покоях. Пока духоры готовили стол, император вызвал Хута для доклада.
Ночь выдалась бурной. С десяток восстаний в разных частях дворца и три попытки проникновения снаружи. Вторгавшихся уничтожали без пощады.
— Во дворце остались наложницы Бексолта. Они просят о встрече, чтобы вы решили их дальнейшее существование. Этого же ждут жены воинов, что вышли против вас вчера в тронном зале.
Я представила эту толпу наложниц, первых и вторых жен и содрогнулась. В одном только зале мужчин было около сотни, даже если у каждого из них по одной спутнице — очередь внушительная.
— Они не хотят на свободу? — спросила я.
— По законам Юга они переходят в собственность победителя, — ответил Хут.
— Рабыни и наложницы мне не нужны. Передай, что они могут работать при дворе или вернуться в семьи, — решил Гевор. — На этом все?
— Ночью произошел еще один инцидент. Ферия покидала дворец, чтобы встретиться с братом. Я не сумел ее остановить, проиграв в поединке.
Время погрязло в тянущемся молчании, а я замерла, ожидая гнева и злости.
— Можешь идти, Хут, — распорядился Гевор.
Пока бывший пират покидал комнату, маг продолжал молчать, но и после не спешил говорить. Он даже не повернулся в мою сторону, вернувшись к завтраку. И это показалось худшим знаком.
— Ничего не скажешь? — я все же не вынесла. Происходящее никак не укладывалось в голове.
***
Гевор
Узнав, что Ферия пошла против моей воли, я не удивился. За утро, что разглядывал спящую в моей кровати девушку, много успел осознать. Пытаться подчинить Ферию бесполезно. Ради брата она нарушит любые запреты, потому что ее любовь к нему сильнее. Сильнее ее чувств ко мне. И в этом проблема.
 
Гордость молила отказаться от пресловутого «подарка» Хранителя, что решил все за меня, но он слишком опытен и умен, чтобы ошибиться. Ферия действительно лучшая, идеальная, и будет величайшей глупостью отпустить ее. А если я все же добьюсь присяги, она тотчас покинет меня.
— Ты не приносишь клятву из-за брата? — спросил ее и прочел изумление. Она ждала совсем другого вопроса. Точнее, гнева и ругательств.
— Да, — поколебавшись, ответила. — Из-за него и народа, перед которым чувствую ответственность.
Я пытался привязать ее к себе одиночеством, но она нашла компанию в Хуте. Пытался угрожать — она все равно обходила мою защиту. Я добился от нее ответных чувств, но страсти и влечения мало. Я хотел владеть ее мыслями, душой всецело, как она проникла в мое сознание. Я хотел ее любви.
— У тебя закончились варианты угроз? — Ферия продолжала ждать бурной реакции и не понимала, почему ее нет.
Не удержавшись, я все же подошел к ее креслу, присев перед ней. Она вся напряглась, затаилась, словно испуганный зверек и не успела увернуться, когда я обхватил ее лицо ладонями и поцеловал.
***
Кто-то точно сошел с ума. Почему вместо злости мне досталась нежность? Одни его вопрос зародил ворох подозрений и сомнений. Соглашаясь с его версией о брате, я боялась, что он услышит их. Ведь это лишь часть правды. В главной причине я ни за что не сознаюсь. Довольно и того, что ее знает Хранитель.
Поцелуй все же оборвался. Я все также озадачено смотрела на улыбающегося Гевора.
— Считай, что я обрел сестру и пересмотрел свое отношение к твоему общению с братом. Но не жди, что я стану милостив, если благоразумие ему откажет.
На что он намекал, я поняла. Как ясно понимала, что такой момент придет. Встреча с Иланом убедила, что он не отступится, и мне срочно нужно придумать, как его остановить, пока не стало слишком поздно.
— Что ты собираешься делать?
— Помимо укрепления власти? Разобраться с Бексолтом. Где-то здесь дневники его отца.
Вспомнив об этих записях, я встрепенулась. Я и сама хотела их найти, чтобы понять план Бексолта. Очевидно, что он главный в разработке новой попытки свержения.
— Когда я приходила в подвалы, звуковые экраны между камер были сняты. Ты ведь сделал это намерено, надеясь услышать их планы. Тебе что-то известно?
— Не так много. Бексолт не дурак, чтобы в открытую болтать. Он лишь просил Илана принести клятву, чтобы выбраться на свободу, а Эссур — навестить его мать.
— И все?
— Из сказанного да, но подразумевалось больше. На Севере Илан должен был встроиться с кем-то из сообщников. За ним следили, но никто не открывал порталы на территорию дворца, как не проходил мимо приставленных магиков.
— Тогда как они действуют по единому плану?
— Это я и пытаюсь понять. Похоже, Илан все же получил указания. Скорее всего, здесь он тоже ищет дневники отца Бексолта.
— Сомневаюсь. Южанин одержим желанием его превзойти. Трудное детство, — пояснила я, заметив недоумение Гевора.
— Вот как. Недолюбленный ребенок превратился в безумца и тирана, развив гены отца.
— Есть предположения, где начать поиски? Может, нам разделиться?
— Оставив тебя без охраны во дворце, полном врагов?
— Вчера с Хутом я неплохо справилась.
— Потому что ты его слабость. Он не посмеет атаковать в полную силу, а пока видит в тебе лишь хрупкую девушку, будет неизменно проигрывать.
— А кого во мне видишь ты? — я уже думала об этом, когда вопрос задала Ралли. Тогда Гевор не ответил, сейчас я не исключала такого же исхода.
— Крайне сильного мага, преданного принципам, семье и данным обещаниям. Вижу притягательную девушку, которая способна соблазнить любого. Ту, что могла бы стать прекрасной императрицей галактики, если бы имела власть.