Грань (СИ)

— Мне не показалось, — моментально насупилась девушка. — Я видела, клянусь святыми! Лис, ты мне веришь?
— Угу, — согласилась Алиса, которая даже не вслушивалась в болтовню и мысленно витала в совершенно иных местах.
И она, и я, в отличие от брата с сестрой, ели мало. Что занимало ее мысли? Кого она высматривала в толпе?
Лично мне хотелось бы посетить библиотеку, а после оказаться в кровати, укрыться одеялом и забыться крепким сном. Увы, но сна мне не видать в общепринятом смысле. Тело отдохнет, но не душа. В свои собственные задумки я боялась верить. Все казалось сложным. Противоречивым.
Как долго мне удастся скрывать от ребят, что знаю принца не только по урокам истории и их рассказу? Да и людей, участвующих в моей жизни, значительно прибавилось. Принц Бенджамин, профессор Джеймс Риган и Дариан Стоун. В один миг в мою жизнь вошли сразу три мужчины — слишком много для девушки, которая не знала, что такое серьезные отношения. А ведь в брачный возраст вступила, как выражалась гувернантка.
И что должно пугать — каждый по-своему хорош и к каждому испытываю разные чувства. Но все трое имели свои секреты и особенности. Двоих из них мне приписывали в ухажеры, а о третьем даже и близко не ведал хотя бы один живой человек. Но с кем я могла бы не только встречаться, но также любить и быть любимой? В школе девочки меж уроками читали любовные истории и грезили о прекрасных принцах, благородных рыцарях в сияющих доспехах и сумасшедшей крышесносной вечной любви. Что греха таить, я тоже мечтала и читала даже больше, чем они, иногда заливаясь краской и кусала губы, когда доходила до описания интригующих и очень интимных моментов. Но только этим дочка королевского библиотекаря и могла довольствоваться — книгами да случайно подслушанными рассказами. Потому что воспитание не позволяло вести себя слишком вольно. А позже не только ко мне, но и к ним, чудо рассказчицам, пришло осознание, что сказки — всего лишь сказки. В жизни не всегда почувствуешь нечто подобное.
Бенджамин — принц, пусть и проклятый, но все-таки еще может сбросить оковы сна и вернуть законный трон. После того сна я едва убедила себя в том, что все ощущения и горящий взгляд его светлых глаз — лишь иллюзия. Что эмоции вызваны тем, что просто никто другой не касался ко мне так, словно я — сокровище. Самая ценная и безумно важная. Тем не менее, он обязан обучить той магии, которой наделил без моего согласия. И сейчас Бен — учитель. Нельзя обращать внимание на то, что несмотря на возмущение, кровь рядом с ним нагревается. Засну, и начнется мой первый урок в другой реальности. Хоть какая-то отдушина за потерю покоя. Главное — не нанести урон кому-нибудь и не подпалить шторы в настоящем мире. Надо сразу решить вопрос с неконтролируемым выбросом магии.
Чуть поодаль от королевы, рядом с библиотекарем, сидел Риган. Мужчина держал в руке серебряный кубок и выглядел еще более отстраненным, чем обычно. Интересно, что он пьет? Ягодный сок или напиток по-крепче? Сложно предствить его в веселом состоянии. Впрочем, у него есть право на определенные вкусы и предпочтения, а я лишь студентка, которая извлекла из своего несчастья и его недосмотра выгоду. Какое ему дело до моего неодобрения или наоборот? Сегодня праздник, и он может расслабиться. Смешно, что он будет учить отдельно, поддавшись шантажу. И смущает, что вдовец проявил заботу — материалы, письмо и чересчур частое информирование насчет церемонии, пусть и неполное. Может, что-то задумал? Лишь бы не совсем выходящее за рамки допустимого, хотя о чем это я? Он ведь сама сдержанность и воспитанность. Какие бы не приписывали мне отношения с профессором, я не могу представить себя с ним. Вот просто не могу и всё!
И Риан Стоун. Парень, чьи заслуги отпечатались в памяти так же хорошо, как свежие следы ботинок в грязи. Общаешься с ним, и невольно сравниваешь любую брошенную фразу с натянутой до предела нитью. Такого напряжения я еще ни с кем не испытывала. Да и неловкости хватало с лихвой, взять тот случай в больничном крыле! Вопрос в том, сможем ли мы стать друзьями и не навредить друг другу? Или что, если он когда-нибудь испытает мне то, на что намекала Кэсси?
 
Ладно, разберемся позже.
Ближе к концу обеда я потянула девочек к выходу. Риан плелся позади. Коридор пустовал. Празднующие не спешили завершать торжество, а нам это только на руку.
— А ты пропуск взяла? — спросила Кэсси.
Я потянула за цепочку на шее и тут же вытащила кулон из серебра в форме бабочки с крошечным сапфиром в углублении. Простой и все же изящный. В него можно влить любую магию, но только с моего разрешения — единственный и дорогой сердцу подарок мамы.
— А это что, пропуск? — Риан то ли восхитился, то ли возмутился.
Но он точно не понимал, как украшение поможет нам пройти на территорию запрещенной секции.
— Ну, ну… Прошу побольше уважения, мистер Стоун, — я нежно погладила камешек, и он ответил слабым теплом. — Это наш пропуск. А ты что ожидал? Двухметровый свиток с подписями и печатями? Как жаль, что пришлось разочаровать тебя. Чем скорее мы туда попадем, тем лучше. Мистер Брасс может быстро остынет, когда застанет нас, но к чему нервировать его лишний раз, да?
— Верно, — Риан ничуть не обиделся, хотя мои слова чуть-чуть задели его.
— Тогда перенеси нас ко входу? Я ведь правильно поняла — ты можешь перемещаться только туда, где уже побывал, да?
— Верно, — повторил он, вздыхая и протягивая руки Алисе и Кэсси. — Девочки?
Те без слов ухватились за ладони. А мне за что хвататься? Я в замешательстве посмотрела на него.
— Что, уже не такая смелая, да?
Первым делом хотелось съязвить, а потом в голову вкралась идея веселее. Зря он дразнил, ох как зря.
— С чего ты взял, Риан?
Я подмигнула девочкам, шагнула вперед, прямо к нему, и обхватила рукой за шею. Можно сказать, наклонила его навстречу к себе и тут же почувствовала горячее дыхание. По спине пробежали мурашки.
Кэсси хихикнула, а Алиса и вовсе засмеялась в голос.
— Что, уже не такой смелый? — повторила я выпад.
Он не сказал ни слова. Да даже больше — не ожидал. Маленькая победа за мной.
— Ну? Нас могут не так понять, если вдруг увидят сейчас? — ласково спросила я.
Кажется, отсюда можно было услышать, как тяжело и рвано бьется его сердце. Но секунда, и мы стоим в нужном месте. Я поднесла кулон и открыла дверцы.
— Надеюсь, мы найдем там то, что ищем, — с надеждой прошептала Алиса и смело вошла внутрь.
Кэсси подмигнула и юркнула за ней.
— Это было не смешно, — со странными интонациями в голосе сказал Риан.
— Да? А по-моему вполне. Я думаю, теперь мы квиты.
Я испытывала неуверенность, но чтоб признаться в ней? Ни за что!
— Разве? А по-моему, кто-то кого-то спас, — напомнил портальщик, сильно нахмурившись.
— Точно! — осталось только по лбу себя хлопнуть, но сдержалась. — И этот кто-то — ты. Вот только не знала, что ты ждешь благодарности. Спасибо, о благородный, за то, что спас меня…
— Ты не дышала, — резко выпалил он.
Я открыла рот, намереваясь продолжить, но слова Риана, произнесенные непривычно горько и даже жутко, остудили пыл. Вглядывалась в льдисто-голубые глаза, но там отражалась непривычная серьезность. А ведь никто не и намека не дал на то, что я была мертва. Веселье как рукой сняло. Происходящее нравилось мне все меньше и меньше.
— Сколько?
— Сколько что? — не понял Риан.
Напряжение вновь возросло.
— Сколько я… не дышала? — с языка чуть не сорвалось несколько иное.
— Пойдем, — он не захотел отвечать. — Времени в обрез, а нам надо просмотреть книги… Хотя… Предлагаю жить мирно, хорошо? — блондин протянул ладонь с длинными тонкими пальцами.
— Да мы и так вроде как в мире, — с улыбкой произнесла я. — Но больше не ерзай так, словно тебе в штаны насыпали чесоточный порошок, ага?
Риан закатил глаза.
— Ну вот, а ведь все так хорошо начиналось! — я пожала его руку.
Девочек мы нашли быстро, а вот чтобы найти нужные книги, требовалось терпение. Запретная секция представляла собой еще одно помещение, но только с редкими ценными экземплярами.