Колыбель тяготения (СИ)

— Мэтью, я же тебе объясняла, что на Марсе все другое и, если земных животных просто отпустить, то они заболеют. Представь, если бы тебя отправили голым жить на мороз. И города своего у них здесь нет, а в лесу марсианские хищники съедят.
— Слона может жить у нас. И Бегемота тоже. В квартире ну очень много места. Если нужно я ему уколов специальных понатыкать могу. И остальным тоже. Чтобы не болели. Всем станет гораздо веселее.
— Это точно, — вздохнула Лулу, — особенно мне.
Сэм присел на корточки и взял сына за твердую горячую ладошку.
— Мась, поверь, все не так просто. Для твоих друзей нужны совсем-совсем другие уколы. Ты же хочешь, чтобы они были здоровыми. Потерпи еще, я вылечу своих пациентов, изобрету такие уколы, и тогда мы всех разбудим.
Маська хмурился, долго и испытывающее смотрел на отца, потом все же кивнул и требовательно дернул за собой.
— Пойдем, поздороваешься со Слоной. И скажешь ему, что скоро он будет бегать по двору и купаться в бассейне, а не лежать в стеклянной банке.
Сэм покачал головой и зашагал следом. Придется врать и тянуть время. Дай бог, в войне наступит перелом или хоть какая-то определенность, а так… Все на Марсе сидят поблизости от траволаторов и ждут удара. А «чемодан» с интеллентами слишком большой и сложный, поэтому его нужно постоянно держать готовым к внезапному скачку в космос.
Серая громадина мирно сопела, лежа на боку. Песок под слоном был перемешан с толстыми, похоже, камышовыми стеблями и травой. Передние ноги уютно сложены ложечками, ухо мягкой тряпочкой обнимало шею. Хобот аккуратно подвернут и, вместо бивня из-под него выглядывает трубка. Дежуривший под боком у животного робот при появлении людей встопорщил лапки, словно собирался дать бой.
— По-моему, ему здесь уютно.
— Вовсе нет, пап, здесь грустно, скучно и очень одиноко.
Кто бы сомневался. Сэм положил руку на маськино острое плечо и притянул сына к себе.
— Послушай, а почему бы тебе не почитать Слоне сказки. Какие-нибудь увлекательные, чтобы с поисками сокровищ и сражениями за крепости.
— Пап, ну ты что, дурачок? Он же не слышит! Он спит!
— А ты маму попроси, она может сделать так, что ему будет сниться все то, что ты читаешь.
— Правда?
Мэтью требовательно уставился на Лулу, и та с полной серьезностью кивнула.
— Конечно, могу. Это совсем не сложно, малыш.
Маська сразу выпрямился, надулся, приобрел командирскую важность.
— Надо подобрать книжки. Про то, как побеждать злобных властелинов. И еще учебник у майора возьму по стрельбе из лазерных и ионных пушек.
— А это обязательно, Мась?
— Пока мы здесь — обязательно, — хмуро отрезал тот.
— Хорошо, сынок, — выдавил Сэм.
Только не хватало боевых слонов и вооруженных до зубов мальчишек. Но что ж делать. Когда война ломится в дверь, никто не хочет мечтать о путешествиях и о поиске сокровищ. Лулу грустно посмотрела на Сэма, покачала головой, но тоже не стала возражать.
  
Глава 4
 
Стены Флаа
 
Железная скорлупа опять падала над Орфортом. Тим прыгал руками по светящимся цифрам и отросткам управления, бросал косые взгляды и хмурился. Одна и та же картина. Гнилой медергом! На Просторах теперь не порезвишься, жизнь рядом с человеком стала однообразной, а инстинкты охотника совсем заморозились.
— Опускайся за Поясом Спокойствия.
Не место летающей машине у прохода в Стены Флаа, поэтому Ирт добавил угрозу в голос. Получилось с трудом. Ростки размякли и не желали рычать. Но Тиму незачем знать о слабости. Вот он мотнул головой, значит, сделает, как велено. А то научился спорить, плеваться словами. Стал болтлив, как тысяча чаг.
— Рядом со Стенами нет кристаллических копий Просторов, — Тим указал на серую гладь за куполом. — А вот посмотри сообщения разведывательных дронов.
По боковой панели запрыгали жужелицы цифр и картинок.
— Обнаружили еще шесть фрагментов на планете.
— Мерзостная мертвечина, — дернулся Ирт.
Человеческие пальцы удлинились. Неудержимо тянуло смять, стереть даже картинки. Уродливые, фальшивые клешни рогсов торчали в нескольких тысячах забегов от мест, где род Флаа пас изменения своих Просторов. Пусть земли принадлежат другим домам, но мертвых захватчиков нужно разбить в пыль. Лживые Просторы — оскорбление богов на террасах холода. Жаль, сил не хватит. Проклятые соки медлительны, как мхи на мокрых скалах. Ростки так и тянутся наружу, хотят лишь одного: врасти в симбионта и уснуть. Сил едва хватает держать форму.
 
Скорлупа спружинила у Пояса Спокойствия и Безопасности. Громада Стен Флаа закрыла горизонт и створ брюха летающей машины развернулся. Голова хитреца Тима обросла пленкой шлема, а по дугам скафандра побежали проблески. Плотно запечатался, к шкурке не подобраться. Неужели Чаге не хочется к Хозяину. А перед вылетом из корабля просил окунуть ростки в кровь. Утянул в узкую нишу, чтобы спрятаться от бесцветного голубата по имени Людвиг, схватил конечность Ирта и прижал ее к шее. Теперь же изображает независимость.
— Не отходи от меня, дружок.
— Только давай без бешеного героизма, Ирт. Никто из нас не знает, чего здесь ждать.
— Боишься? Поэтому и набрал с собой железных блох? — он хмыкнул и прыгнул наружу. — Не трусь, я обмотаю тебя собой и нанижу на ветку для надежности.
— Ну-ну, у нас так мясо жарят. Не растеряй ветки для начала. А то у меня с прошлого сбора хвороста спина болит.
Тим спустился следом легко и плавно, похоже, врал насчет спины. Может, хотел, чтобы пожалели и позаботились. Тонкий лед успокаивающе хрустел под стволом. Вроде все вокруг выглядело привычно. Только блохи-роботы у ног лишние. И висящие над землей глазастые пупыри. Тоже какие-то летающие механизмы. Починят, покормят и будут жалить врагов огненными языками. Чужие для Орфорта твари.
— Оставь свою земную дрянь в скорлупе, — прошелестел Ирт.
— А кто меня и тебя защитит, если ты снова рухнешь почивать?
В словах так и сочится яд вместо послушания. А в синих глазах прыгают огоньки. Красивые и будто немного злые. Пещерные черви, придется согласиться взять мерзкие механизмы. Безопасность Чаги превыше гордости охотника. Но что решат боги? Ростки затрепетали. Пусть. Вторжение человеческой техники только его вина.
— Хорошо. Но если я рухну, ты сразу возвращаешься обратно.
— Бегом побегу. И спину буду беречь, обойдусь без снопа любимой конопли.
Заладил про спину. Легкое напряжение в углах рта говорило, что Тим шутит. Не ясно, о чем, да и неважно. Лишь бы боги не прихватили его нежную шкурку.
— Пойдем, воин под прикрытием блох.
Горная громада изменилась за остаток сезона охоты. Глянцевая чернота обнажилась сильнее. Вечно голодный серебристый мох сполз с небольших расщелин и гнездился лишь у кромок зубов. Башня Предупреждения поднималась в блеклое небо и гневно скалилась обломками у вершины. Инстинкты недовольно ворчали, но не давали подсказок.
— Тебе что-то не нравится, Ирт? Здесь что-то не так?
Зверушка научилась читать его не хуже вездесущего Ру.
— Да. Но что именно — ускользает из соков.
В Поясе Холода Ирт, как и его соплеменники, не выбирался наружу, но знал, как должен выглядеть мир Орфорта. Клетки хранили память предков. Их страх святотатства прогулок и потребность спрятаться. Закрыться у греющего сердца планеты. Дом Флаа так всегда и делал по велению старейшин и служителей богов.
— Что нас ждет внутри, Ирт? Что происходит с вами, когда наступает трансформация?
Вот Чага не задавал лишних вопросов. Даже о землянах и оставшемся в космосе корабле. А во рту маленького капитана Тима слова теснятся, как рауты в загоне. Плюется ими, а сам ежится и смотрит в сторону. Туда, где на краю гряды часто сидел Чага и ждал возвращения Ирта. Сладкие картинки прошлого. Их приятно перебирать в памяти, как панцири убитых хургов.
— Тебе не нужно знать, — отрезал Ирт. — Мы вместе проверим Стены. Но ты останешься, где я укажу, и будешь ждать моего возвращения.