Колыбель тяготения (СИ)
— Ваши яичницы, корабли, силовые пленки — это хлам для Орфорта, мусор. Знаете, что бывает, если в Просторы врастает мусор? Охотникам не найти дорогу домой. Они заблудятся и погибнут.
— Бред какой-то все эти ваши охотники, просторы. Технологии как раз помогают. Найти дорогу и вообще.
На Земле об этом спорили до сих пор. Многие считали, что технологические подарки для социально развивающейся, но не развитой цивилизации создают страшный дисбаланс и загоняют в тупик. А для генетической — просто выброшенные ресурсы. Сначала такая раса ждет, когда явятся с небес те, кто поймет и поможет. А потом, после появления могущественных друзей, стенают, чтобы закончится весь этот цирк и их бы оставили в покое. История почти про изоморфов.
— Ирт прав, ты это и сам знаешь, Людвиг. Для большинства изоморфов технологии мусор и вред. Но не для всех, конечно.
— Для всех, — отрезал Ирт. — Кроме таких изгоев, как я. Позорное почкование Стен Флаа, предатель Просторов!
И он саданул толстой подошвой по дивану. Подлокотник спружинил и вернулся на место. Если это и бешенство, то в полсилы. И проклинает он себя, а не Тима.
— Ты-то как раз типичный плод генетических загонов. Лишь бы врастать, потреблять, сыпать метафорами и пафосом. А вот твой отец — другое дело. Он припрятал шаттл. Разобрался в нем. И с помощью него, когда нужно было, связался с Землей. Требовал твоего освобождения, а позже помощь Орфорту. Ты на его месте разбил бы шаттл. А вот он стал использовать.
— Много вы понимаете, человечки, про меня и главу рода Флаа! Лучше думайте о спасении своей неуклюжей планетки. Нашпигованной технологиями.
Крыть нечем, жри вкусняшки и думай. Людвиг подцепил из лотка кусок мяса и закинул в рот, пара капель соуса упала на поверхность стола. В животе Тима жадно заурчало и подтянул лоток с жирным рассыпчатым пловом.
— Ты сам не хочешь чего-нибудь съесть?
Ирт презрительно фыркнул. Людвиг впился в желтый бок помидора, смачно втянул сок и невнятно сообщил:
— Ему в Поясе Холода положено спать, а не жрать. Все-таки объясни мне, капитан, почему так уверен, что мы тащим к Земле спасение, а не новых врагов.
Опять за рыбу деньги. Цикл бесконечно повторяющихся обсуждений сводил с ума.
— Я тебе говорит, что я им верю.
— Иди в пределы, Граув, со своей верой и интуицией.
— Окей, им ты не доверяешь, в меня не веришь, но сам же просматривал прогнозы искина крейсера.
— И пусть твой искин идет туда же. Какие прогнозы, когда у нас ноль информации об этих… богах, мать его, Орфорта.
— Кончай, Людвиг! Тебя убеждать все равно трясину лопатой перекидывать. Ты сам видел пакет от инсектоидов. Когда вопрос стоит не как Земле победить, а как долго она сможет держать оборону, хуже уже быть не может. Самое время сделать что-нибудь рискованное. Когда сам не знаешь последствий, то твоему врагу тем более не предугадать.
— Ага, вносим неучтенный фактор и ломаем прогноз ЦКЗ, — ядовито произнес Людвиг.
— Именно так! — разозлился Тим и рубанул рукой.
— Маленький избранник богов прав, — вставил Ирт. — Из него мог бы вылупиться неплохой охотник Просторов. А тебе следует поучиться, тупой навигатор, а то, что ни дорога у тебя, все в обход.
— Твоего мнения не спрашивали, — скривился Людвиг, не поднимая головы от запеченных овощей.
Тим поднялся. Бесконечные ссоры и нервное перенапряжение не добавляли аппетита. Голод он утолил, но нужен крепкий горячий чай, хорошо бы с пряностями и молоком.
— Мне кажутся понятными желания Сфер. Они пришли из мира, где нет существ, кроме них самих. Бесконечное нагромождение пород и сверхразумная раса, которая ни с кем не борется за выживание.
— А ты не думал, что, возможно, на заре своей цивилизации они просто уничтожили конкурентов за господство?
— Все может быть. Но теперь созерцание их смысл существования. А пища — информация. Ни вода, воздух или ценные ресурсы. А данные, события, картинки, самые что ни на есть разнообразные. Ну и пустое место, чтобы порезвиться время от времени. Как на ушедшем в спячку Орфорте. Нам просто нечего с ними делить, Людвиг. Уж историями для размышления и веселья земляне их загрузят до отвала. Если мы отобьемся.
— У тебя хотя бы есть представление, как именно они смогут помочь отбиться?
— Ни малейшего, — и Тим хлебнул ароматного чая, обжигая язык. — Но они считают, что смогут.
* * *Земляне не говорят с богами. Не должны! Пещерные черви. Не могут слышать богов, даже находиться рядом. То, что происходит, бред тысячелетнего огранга. Но ростки видят, клетки стынут в ужасе от правды.
Его человек, собственность, оказался в гроте Трансформаций, священном месте новых почкований. Лежал рядом с Иртом, а потом встал и ушел. Его увели осколки богов. Прямо к богам. И те не сожрали землянина, а взялись петь в его мыслях.
Легенда гласит, что, если Боги поют в мыслях, значит охотник трансформировался в совершенного, вечного пастуха Небесных Просторов. Это явленное чудо. Лишь великие старейшины прошлого достигали таких высот.
Человек не может. Зверушка с бесполезными конечностями. Слабая, поедающая мертвое. Годная для веселья и уничтожения. Или боги вовсе не боги. Инопланетная раса, как твердят два человека. Да что они понимают! Ирт узнал совершенную форму богов, услышал их шелест и пение. Увидел, как катались они по Орфорту в Поясе Холода, охраняя покой трансформаций, уничтожая кристаллическую дрянь.
Уверенность сменялась сомнениями, а они выедали клетки. Может поэтому форма теперь подчинялась Ирту. Бешенство спало где-то глубоко, словно под надежными сводами, в сердце Стен. Не мешало следовать за Тимом. Защищать от нападок блеклого и длинноносого. Нет от него никакой пользы в команде. Способен есть, шипеть и путаться на маршрутах среди звезд.
И сам Ирт не нужен богам и избраннику. Как присоска, натирающая поверхности ниш, как шатун в гулких гротах — одинокий и бесполезный. Тима не тянет к росткам, он рассказывает свои странные истории. Собрал разбросанные части Чаги и таращится в звезды. А рядом позор рода, привязанный к собственной зверушке.
Но боги звучали в его голове шелестом и перезвоном. Пусть не говорили, как с Тимом. Для чего-то предназначен изгой Дома Флаа. Потому и идет на поводке. Орфорт в безопасности, богам нужна Земля и охотник Просторов рядом с избранным.
Что значит такая воля богов? Старейшины твердили, что в их знамениях таится великий смысл. Дело верных его угадать. Неужели настал черед Ирта? Узнать свой путь и следовать ему.
Секунду назад Тим спал в коконе ложемента, а теперь слушал, наклонив голову. Ирт нацелил внимание ростков. Боги пели, и Ирта касалась далекая мелодия. Знакомая. Слышал уже, когда юной порослью играл в ванне с радужными осколками богов.
Время тянулось, они говорили. Тим хмурился и волновался. Даже на расстоянии, сквозь плотную шкуру скафандра Ирт чуял ток крови. Она грохотала в сердце и гибких сосудах. Близость крови ласкала ростки, но они не стремились наружу. И так было хорошо.
Тим кивнул, сел, ткнул в пульт управления. Ложемент Ирта зашевелился под ним, червяк-навигатор открыл глаза и завертел головой.
— Нам нужно подготовиться, через двадцать минут прыгаем, — сообщил их капитан.
— И какую точку выхода обещают твои друзья? — недовольно буркнул Людвиг.
Жалкий голубат. Ростки насторожились и заворчали.
— Проксима Центавра.
— Не может быть, — вскинулся Людвиг. — За один проход? Кстати, не там ли станция инсектоидов?
— Вроде там. Если никого не найдем, нырнем в солнечную систему.
Глаза Тима искрились возбуждением, ярко-синим, даже сквозь шлем. Ростки заворочались. Их волновала новая жажда. Да хранят боги пути трансформации. Ирт наконец догадался, в чем его предназначение. Оставалось найти правильный путь.
Глава 16
На дорогах
Майкл вошел и замер на пороге. Не ожидал, что будет столько народа. За недели мотаний по подземным уровням от геологов к биологам, от военных к инженерам он, казалось, столько людей и не видел. А, может, все дело в шуме разговоров, в громкой музыке и движении гостей. Народ живо общался вокруг столиков с ароматными закусками, звенел бокалами. Помещение выглядело уютным и просторным, не походило на привычные производственные ангары. Балкон галереи обвивала зелень. Оттуда сверху ему махнула Анастасия и поспешила к лестнице, чтобы спуститься и встретить.