Лишь его (ЛП)

Я выхожу на улицу и убеждаюсь, что Майлз и Мэллори надежно скрыты в машине, прежде чем она отъедет от обочины. Я смотрю, как они уезжают, а потом решаю пройтись пешком на работу. Утро прохладное, и я не возражаю прогуляться пару кварталов, чтобы добраться туда. В Osborne Corp есть ещё одна служба безопасности, которая встретит их, когда они, наконец, оторвутся друг от друга и приступят к работе. Но прежде чем мне удаётся сделать два шага, теплая ладонь Капитана оборачивается вокруг моей руки, а его тело двигается рядом с моим. Я достаточно одержима, чтобы знать, что он стоял рядом со мной все то время, пока я смотрела, как их лимузин уезжает, но я думала, что смогу избежать инцидентов. Почему этот человек — моя погибель?
— Сегодня я пройдусь пешком на работу, если ты не против. — Я не двигаюсь, чтобы отвести руку от него или посмотреть ему в глаза. Я бессильна противиться его прикосновениям, и если я увижу на его лице что-нибудь, близкое к желанию, клянусь Богом, я взоберусь на его тело, как на шест для стриптиза.
— Я заметил это. Подумал, что могу прогуляться с тобой, котёнок.
— Ты не можешь меня так называть. — Я смотрю на его блестящие туфли, и почему-то моё сердце как будто тоскует. Услышав, как он называет меня этим сладким прозвищем, я мечтаю о том, чего не могу иметь. Что-то особенное и сладкое, чем я не могу быть. Но я не могу остановить желание, которое будоражит меня.
— Почему бы и нет?
Когда он приподнимает мой подбородок своей второй рукой, я вдыхаю и поднимаю на него взгляд. Его темно-зеленые глаза яркие и мягкие. Он смотрит на меня так, как будто я просто сделала его день своим присутствием, и это словно выстрел в сердце. Я невольно шагаю в его пространство, и его тепло приветствует меня.
Я теряю голос, пытаясь найти ответ на вопрос, который я не хотела, чтобы он задал. Он погружает меня в этот туман, где я не помню, почему он не может меня так называть, или почему я не могу принадлежать ему. Я подхожу слишком близко и забываю обо всём, кроме своей необходимости быть с ним, и о своем желании позволить ему защитить меня.
Проезжающий автобус сигналит рядом с нами, и я моргаю несколько раз, разрушая чары. Я отстраняюсь от его прикосновений, сбрасывая его руку и чувствуя, как его пальцы соскальзывают с моего подбородка. Отвлекающий манёвр — это именно то, что мне было нужно, и я ненавижу, что я его получила. Я не был достаточно сильна, чтобы сделать это сама, так что, может быть, мне стоит послать водителю автобуса благодарственную записку. Мне холодно без прикосновения Капитана, но я делаю это, чтобы защитить себя, и это правильное решение.
Я иду в направлении Осборн Корп и чувствую его на рядом На этот раз я прячу руки в карманы своих брюк, благодарная, что они у меня есть. Обычно в женской одежде не хватает карманов.
Мы идем в тишине два квартала, наши шаги синхронизированы, и ритм успокаивает. Его молчания и щёлкания моих каблуков в такт с его тяжёлыми ботинками достаточно, чтобы успокоить мои нервы. Когда мы приходим в кафе неподалеку, я оглядываюсь и киваю. Он улыбается мне, и мои яичники тают. Господи, его лицу позавидовал бы Адонис.
— Ред Булл, ванильный латте, черничный кекс и шоколадная лепешка? — Он задает вопрос, но знает, что прав.
— Помнить мой заказ на завтрак — это жутко, но я дам тебе баллы за эффективность. — Я лгу. Это совсем не жутко. Это мило и заставляет меня потянуть его за ещё одним поцелуем. Прекрати, Пейдж, я внутренне кричу на себя. Я должна отпустить эти поцелуи. Это отнимает слишком много времени у меня на размышления. Ненормально думать о поцелуе так много.
Я смотрю, как он заходит в магазин и заказывает всю эту еду. Он собирается купить себе большой кофе и бублик со сливочным сыром. Он никогда не ест бублик, всегда предлагает его мне. Меня раздражает, как мне это нравится.
Я смотрю снаружи, как он получает свой кофе и ждёт еду. Мои глаза обращены к его полным губам, когда он подносит чашку ко рту, формирует небольшое "О" и дует на горячий напиток. Потом он облизывает губы, и я клянусь, что все, что находится ниже моей талии, пульсирует, когда он прикладывает свой рот к кромке чашки и пьет. Наблюдение за ним не должно возбуждать меня, но я вынуждена скрестить руки, потому что мои соски стали заметны. Я представляю себе всё, что может сделать со мной человек своим ртом, когда я слышу, как кто-то произносит моё имя позади меня.
— Пейдж? Это ты?
Обернувшись, я в изумлении вижу Патрика. Он был одним из детей, которые жили рядом с рестораном, в котором я выросла. Мы вместе играли в глухих переулках, когда нам было восемь, и говорили о побеге. Он приехал из дерьмового дома, как и я, и после его исчезновения, когда мне было десять лет, я предположила худшее.
— Патрик?
Узнавание рассветает между нами, и мы оба улыбаемся, когда шагаем вперёд, чтобы обняться. Я обнимаю его за шею, а он обнимает меня за талию. Я могу заплакать от облегчения. Патрик был самым близким другом в моей жизни, но мы были маленькими детьми. У меня было ошеломляющее чувство ностальгии, при виде его, и тоска по детству, которого у меня никогда не было.
— Что с тобой случилось?
— Где ты была?
— Это безумие!
Мы говорим друг с другом, задавая одни и те же вопросы одновременно. Я смотрю на него. Его большие голубые глаза и лохматые черные волосы придают ему мальчишеский вид. Он лишь немного выше меня, и такой же худой. Он одет в футболку Red Hot Chili Peppers и джинсы, и я хочу рассмеяться.
— Я думаю, что ты был одет именно в это, когда я видела тебя в последний раз, — говорю я, и игриво шлёпаю его по руке.
Его улыбка мягкая, и он кивает мне.
— Да, может быть. Я пришел сюда, чтобы встретиться с другом на завтрак. — Он улыбается и качает головой. — Боже, это так безумно — столкнуться с тобой. Не проходит и дня, чтобы я не думала о тебе. Давай поужинаем, может…
— Нет.
Мы оба оборачиваемся, чтобы увидеть Капитана, стоящего там, держащего мою сумку с завтраком и хмурящегося на Патрика. Я хочу посмеяться над его абсурдным выражением, но я также чувствую потребность встать перед Патриком, чтобы защитить его от гнева Райана. Поэтому я делаю и то, и другое.
Смеясь, я перехожу на другую сторону, чтобы стоять перед Патриком и вытаскиваю телефон. Он дает мне свой номер, а я пишу ему свой.
— Мне пора на работу, так что напиши мне позже и давай что-нибудь придумаем. Я бы хотела поговорить. Очень рада тебя видеть.
— Да, я тоже опаздываю. Рад снова тебя видеть, Пейдж. Действительно здорово.
Он наклоняется, чтобы обняться, а я ему отвечаю. Я практически чувствую, как ледяной взгляд Капитана сверлит мою спину, но я его игнорирую. Я отпускаю Патрика, и он входит в кофейню, машет кому-то внутри.
— Кто это был? — Вопрос кажется обвиняющим, как будто у меня неприятности. Я вижу ревность на лице Капитана. Его челюсти сомкнуты, пока он ждёт моего ответа.
— Просто старый друг, которого я не видела с детства. — Я делаю глоток латте и иду на работу, думая о Патрике. Капитан должен почувствовать, куда направились мои мысли, потому что он больше не задает мне вопросов. Я уверена, что он самостоятельно покопается, как только мы доберемся до нашего офиса, но до тех пор он хранит молчание.
Патрик знал о моей ситуации с мамой и папой, так что я уверена, у него будут вопросы. Не знаю, готова ли я снова пойти по этому пути, но было бы неплохо поговорить с кем-нибудь, кто уже знает о моем прошлом. Рассказать Капитану обо всем будет нелегко, и, возможно, мне не придется. Это может стать для меня способом преодолеть то, что я хочу, без той жалости, которую проявит ко мне Капитан. Мы с Патриком росли одинаково, так что я не волнуюсь о том, что ему меня жаль. Нам обоим тогда было плохо, и что-то в том, чтобы делиться этой тьмой, кажется привычным.
Мы заходим в здание и сканируем наши пропуска, и я пробираюсь к своему столу и кладу свои вещи.
Я чувствую, как Капитан смотрит на меня, наблюдая за каждым моим движением. У него собственные вопросы, но я к ним не готова. Единственная мысль, которая продолжает проникать в мой разум, это то, что я чувствовала больше, когда Райан смотрел на меня, чем когда Патрик держал меня в объятиях.