Гимназистка (СИ)

Княгиня величаво кивнула, опёрлась на подставленную руку и, бросив на меня еле заметный насмешливый взгляд и более не обращая внимания, продолжила подниматься к дверям. Шофёр же, словно только этого и ждал, направил машину к воротам.
Юрий настороженно ожидал моих действий, но я от него отвернулась, решив не вступать ни в какие переговоры. Находиться рядом с ним было неприятно, но лучше уж доехать до дома Владимира Викентьевича в неприятной компании, чем задержаться здесь из-за скандала, на который, вполне вероятно, княгиня рассчитывала, не потребовав от Юрия, чтобы тот от меня отстал. Или она посчитала, что я смогу с ним справиться сама? А ведь смогу, пусть только попробует опять что-нибудь устроить — бежать до города будет на всех четырех лапах. Или ползти…
— Лизанька, — тем временем вкрадчиво начал Юрий, — мне кажется, между нами остались некоторые недопонимания.
— Что вы, Юрий Николаевич, — я всё-таки повернулась к нему и одарила насмешливой улыбкой, — никаких недопониманий между нами не осталось. Всё предельно ясно. Вы мне не нравитесь, и я не хочу с вами общаться.
Он недовольно посмотрел на шофёра, явственно прислушивающегося к нашему разговору, и положил руку на грудь, якобы в доказательство своей честности, а на самом деле для активации артефакта. Именно активации. Теперь я была уверена, что Юрий использует специальное устройство. Либо он не был магом, либо предпочитал беречь свои магические силы. Действительно, мало ли для чего они могут понадобиться? Вдруг нужда в защите Родины, а он устал, не выспался да ещё и магию порастратил на всякую ерунду?
— Лизанька, — чуть не мурлыкнул Юрий, — даже если ты утверждаешь, что больше меня не любишь, это не помешает же нашей дружбе?
И улыбнулся, хищно показав зубы, чтобы у меня даже сомнений не осталось, о какого рода дружбе сейчас идёт речь.
— Вы мне предлагаете дружить против Фаины Алексеевны? — не стала я его разочаровывать.
— Именно, — просиял Юрий, обрадованный моей догадливостью и тем, что я не стала ходить вокруг да около. — От того, что она стоит во главе клана, всем хуже. Если она не ценит собственную внучку, то что говорить о нас? Нас вообще не принимают в расчёт.
— А от меня-то вы что хотите, Юрий Александрович?
— То же самое, что наверняка от вас потребовала за вхождение в клан Фаина Алексеевна, — гордо бросил Юрий. — И пока вы ей ничего не передали, не всё потеряно.
— Она от меня ничего не потребовала. Напротив, ввела без моего согласия. Так что если хотите договориться, формулируйте так, чтобы было понятно не только вам.
— Артефакт, нам с отцом нужен тот самый артефакт, — не стал ломаться Юрий. — В обмен на него мы вам гарантируем любую должность в клане.
Ну вот, загадочный предмет, который хотела получить от меня княгиня, обрёл свою принадлежность к артефактам. Узнать бы ещё, чем он так важен…
— Так-таки любую? — усмехнулась я.
— Разумеется, кроме княжеской, — ответил Юрий. — Но второе место после князя мы вам пообещаем.
— Обещать не значит жениться.
— Жениться я готов хоть сейчас, — гордо ответил Юрий. — если дело только за этим, мы можем сразу по приезде в Ильинск…
— Не можем, — перебила я. — Я имела в виду, что обещания — это только слова. Докажите, что вы можете мне быть полезным.
Юрий опешил. Наверное, они с папой всё-таки рассчитывали, что со мной удастся расплатиться одними обещаниями. Пышными, красивыми и не стоящими даже бумаги, на которой их никто не станет записывать.
— Например? — осторожно уточнил он.
— Например, мне нужны книги по магии. — Я показала две тоненьких брошюрки, выданных княгиней. — Этого совершенно недостаточно, как вы понимаете. А Владимир Викентьевич не горит желанием меня обучать.
— Книг по магии в свободной продаже нет.
— Юрий, — я упустила отчество и улыбнулась по возможности ласково, хотя хотелось шипеть, — для вас же нет ничего невозможного, если дело идёт обо мне, правда?
И руку ему на плечо положила. Грубое сукно под пальцами было неприятно-холодным, но на какие жертвы не пойдёшь, чтобы игра выглядела достоверной? Правда, я пока не видела цели у моей игры, но, когда разбёремся с остальными участниками, цель непременно появится. И это отнюдь не мышка из конфетного фантика.
   
Глава 24
 
Должна признать, моя просьба для Юрия оказалась настоящим испытанием. Он привык, что с просьбами обращается он, а не к нему, поэтому сбой врождённого обаяния при общении со мной стал для него неприятным сюрпризом: напрягаться для чужой пользы было для него внове.
— Лизанька, зачем тебе эти книги? — Он прикрыл мою руку своей и наклонился, почти навис надо мной, показывая близость, которой между нами не было. — Магию лучше изучать под руководством наставника, иначе это опасно.
— Ах, Юрий, опасность и без того ходит рядом, — трагическим шёпотом сообщила я, борясь с желанием выдрать свою руку из его загребущей лапы. Хорошо хоть там перчатка была. — Я недавно только чудом не погибла и чувствую себя ужасно незащищённой. А с магией я смогу хоть что-то противопоставить преступникам.
Всхлипывать я не стала, это было бы перебором, но посмотрела по возможности проникновенно. Но направить Юрия на нужную мысль мне не удалось.
— Лиза, у тебя же есть я, — убеждённо ляпнул он. — Я тебя смогу защитить от любой опасности.
На мой взгляд, офицер, поджимающий хвост при грозном женском окрике, защитить от опасности мог только себя любимого, и то одним-единственным способом — быстрым бегом. Или быстрым отползанием, в зависимости от приказа. В любом случае это будет защита путём отступления, и не факт, что я под неё попаду. Впрочем, и не хотелось бы. Я удержала пытающуюся пробиться улыбку, чуть прикусив нижнюю губу, чтобы не рассмеяться и всё не испортить.
— Юрий, но вы же не можете быть всё время рядом. А когда я одна, я всего боюсь, — я сделала вид, что всхлипнула. — Я такая беззащитная. Фаина Алексеевна меня сегодня оттрепала как котёнка.
— Да, Фаина Алексеевна это любит, — сочувственно согласился Юрий, которому наверняка такое княжеское отношение перепадало не единожды.
— Вот-вот. Я думала, она хочет помочь, научить чему-то. А она меня мордой в снег.
Я зло фыркнула при этом воспоминании. Всё же я закопала слишком маленький клочок шерсти, чтобы чувствовать себя отомщённой.
— Просто так? — усомнился Юрий.
— По-вашему, я могла ей угрожать? — возмутилась я и забрала наконец у него руку. — Юрий, вы должны мне помочь, иначе жизнь моя будет коротка и полна мучений.
— Что вы, Лизанька, от мучений я вас избавлю, — горячо уверил он.
— Убьёте сами? — ехидно уточнила я. — как это мило с вашей стороны.
— Как вам только такое в голову пришло, Лиза! — опешил он. — Я на всё для вас готов, а вы…
— То есть вы принесёте мне завтра учебники? — невинно поинтересовалась я. — Или всё в себя учебники не включает?
— Я попытаюсь, — сдался он. — Но ничего не обещаю, поскольку даже не представляю, откуда браться за это дело.
— У вас же есть папенька, — заметила я. — Весьма предприимчивый господин. Наверняка сможет вас проконсультировать. Я не буду настаивать, чтобы вы держали мою просьбу в тайне от него. В конце концов, это почти семейное дело.
Точнее, клановое, рысьинское. Но Юрию моих слов оказалось достаточно для воодушевления. Он сразу представил, как сваливает поиски книг на отца, и успокоился. Собственно, я тоже: если уж кто сможет из этих двоих достать нужные учебники, так скорее отец, чем сын. Александр Николаевич куда более пробивной и целеустрёмленный тип. Юрий же — обычный дамский угодник, вот и сейчас он распускает хвост как павлин, стремясь поразить меня исключительно собственной красотой. С другой стороны, чем ему ещё меня поражать? Мозгов-то нет…
 
По мере приближения к дому Владимира Викентьевича, речи Юрия становились всё более пылкими, невнятными и раздражающими, наобещал он столько всего, что я пожалела, что не под запись, а то ведь наверняка откажется в дальнейшем от своих обещаний. Я уже начала подумывать, как отделаться от назойливого поклонника, как вдруг увидела Строгову с Яцкевич, которые о чём-то оживлённо беседовали, стоя на перекрёстке. Точнее, говорила одна Анна, но и Тамара выглядела достаточно заинтересованно.