Я - босс (СИ)

Ну вот, миновала я пункт охраны (они позвонили Марине и получили добро на то, чтобы меня пропустить), с любопытством озираясь, зашла в подъезд и представилась консьержу — почтенному пожилому дядьке, который буквально впивался взглядом в посетителя.
— Лифт за углом! — недовольно буркнул он, словно ещё сомневаясь в моей благонадёжности.
Я кивнула и поскорее ретировалась, пока он не передумал. Каково же было моё изумление, когда из лифта я сразу попала в квартиру! Никогда такого не видела. И вот стою, вся сбитая с толку.
— Ты — Алина? — раздалось откуда-то сбоку.
Повернулась и увидела перед собой высокую роскошную даму неопределённых лет в умопомрачительном пеньюаре.
— Мне — к Марине Юрьевне! — пискнула я.
А сама стала голову ломать, кто это. Домработница? Нет, вряд ли. Домработницы так не выглядят и не разгуливают в сногсшибательных пеньюарах. Может, добросердечная соседка, которая зашла проведать несчастную старушку, а заодно и встретить меня? Тоже как-то не вяжется.
— Марина Юрьевна! — проговорила она, протягивая мне руку. — Будем знакомы.
У меня опять отвисла челюсть. Неужели вот эта моложавая шикарная блондинка и есть легендарная подруга мамули?
— Ты с поезда? — задала она дежурный вопрос.
— Да… — опомнилась я от шока.
— Наверное, есть хочешь? — снова спросила гостеприимная хозяйка.
— Чуть-чуть… — призналась я.
Хотя на самом деле была голодна, как волк. Не люблю питаться в дороге! Вот и на этот раз весь свой путь лишь попивала чаёк, а сейчас, оказавшись на месте, вдруг почувствовала, что кишка кишке бьёт по башке.
— Тогда пошли на кухню… — пригласила она.
Никогда не видела такой огромной квартиры! И вся в стиле минимализма. Пространство фактически не было разделено на комнаты — то есть стен, как таковых, не наблюдалось, а роль разделителей играли немногочисленные предметы мебели и стеклянные перегородки. Ещё я успела заметить лестницу, которая, очевидно, вела на второй этаж. Всё это казалось таким необычным и настолько не соответствовало тому, к чему я привыкла за свою недолгую жизнь, что, забыв правила приличия, отстала от хозяйки и принялась разглядывать обстановку.
— Ну, где ты там? — послышался издалека голос Марины Юрьевны.
Я пошла на зов и очутилась в ещё одном просторном помещении — язык не поворачивался назвать его кухней. Так называемая «кухня» скорее напоминала кабину космического корабля.
— Засмотрелась… — призналась я. — Никогда не видела ничего подобного.
— Понятно, — засмеялась Марина Юрьевна, и смех её прозвучал неожиданно молодо и звонко. — Мне всё это от последнего мужа досталось… Большой был оригинал.
Она сообщила этот факт своей биографии с оттенком лёгкого пренебрежения. «Сколько же их всего, этих мужей?» — мелькнула мысль у меня в голове.
— А вам тут одной не страшно? — поинтересовалась я, не удержавшись от вопроса.
— Нет, конечно, привыкла… — махнула рукой Марина Юрьевна. — А потом я редко бываю одна. У меня много родственников, и всё время кто-то гостит. Сейчас вот ты приехала…
— Марина Юрьевна, спасибо вам большое, что разрешили пожить! — спохватилась я.
Но она вдруг недовольно поморщилась, и я испугалась — может, ляпнула что-то не то?
— Не зови меня по отчеству! — потребовала хозяйка. — Просто Марина. И на «ты». А то сразу чувствую себя древней старухой.
— Какая же вы старуха? — искренне удивилась я. — Вы молодая и очень красивая. Но на «ты» не смогу обращаться. Пусть будет «Марина» и на «вы», идёт?
— Ладно, Алинка, — милостиво разрешила хозяйка. — Налетай!
Она успела достать из холодильника бутерброды с икрой, нарезанную тончайшими кусочками дорогую колбасу, хлеб и овощной салат. Ещё достала аппетитные на вид маленькие пирожки и сунула их разогревать в микроволновку. Потом всё это разложила передо мной и широким жестом предложила садиться за стол.
— Это моя домработница расстаралась, — сообщила Марина. — Завтра она придёт и приготовит полный обед.
«Хорошо живётся некоторым! — не без зависти подумала я. — Шикарная квартира — от мужа, готовит-убирает домработница… Умеют же люди устраиваться!» И решила в последующие дни внимательнее присмотреться к Марине. Мне показалось, что ей известно о жизни нечто такое, чего я сама пока не знаю. Но узнаю! Обязательно.
 
— Как там мама? — спросила она, когда я, наконец, дожевала последний бутерброд.
— Нормально, — пожала плечами я. — Всё стихи читает.
— Счастливый человек! — воскликнула Марина. — Умеет, несмотря ни на что, жить в своём придуманном мире и при этом быть всем довольной!
— А вы что, разве не можете жить так же? — я даже немного обиделась за мамулю.
Не такая уж она у меня мечтательница. Да, с небольшими странностями, но кто сейчас без них? А так — вполне адекватная современная женщина.
— Да ты не обижайся, — усмехнулась Марина. — Я же в хорошем смысле. Света умеет не зацикливаться на мелочах и зрит в корень.
Это точно. Моя мамуля только с виду витает в облаках, а, когда нужно, спускается на грешную землю и с ходу может дать дельный совет.
— Любишь маму, заступаешься… Молодец! — с грустью в голосе проговорила Марина. — А вот я одна как перст. Нет у меня ни дочки, ни сына. Могли бы быть, но, видишь ли, я всё боялась, что они помешают моей карьере. А теперь что об этом говорить? Поздно…
Я промолчала, опустив глаза. У меня ведь похожая ситуация. Марина с такой тоской говорит о детях. Вдруг и мне придётся когда-то об этом пожалеть? Я и сейчас уже иногда жалею, но, надеюсь, что всё впереди. А если нет?
— Зато у вас работа интересная… творческая… — поспешила я переменить тему разговора.
— Творческая, говоришь… — в голосе Марины послышались жёсткие нотки. — Она давно уже превратилась в ремесло. А детей не заменит никакая работа.
Её рука потянулась за сигаретой, но потом она, будто вспомнив о чём-то, положила пачку на место.
— Я ведь бросила… — сообщила Марина. — Уже три дня не курю.
— А сигареты зачем оставили? — поинтересовалась я. — Уж лучше их выбросить. От соблазна.
— Верно, — согласилась она. — Но сразу остаться без курева не решаюсь. Вдруг меня так заклинит, что мама не горюй? А я пустая.
Я промолчала. Как можно давать советы взрослой женщине? Хотя мне казалось, что, если уж избавляться от вредной привычки, то одним махом.
— Ну, и каковы твои планы на жизнь, прелестное дитя? — весело спросила хозяйка.
— Работать, конечно! — оживилась я.
Эта тема была мне как-то ближе, чем философские размышления о неправильно прожитой жизни.
— И покорять Москву? — широко улыбнулась Марина, обнажив безупречные фарфоровые зубы.
— Как получится, — я скромно потупила взгляд.
Не могла же признаться, что готова хоть сейчас ринуться в бой! А то ещё скажет — нахальная провинциалка. Но что тут такого? Каждому ведь хочется завоевать своё место под солнцем. Для меня сейчас самое время. Не до пенсии же ждать лучшей доли! Её и не дождёшься. Действовать надо.
Но Марина, казалось, видела меня насквозь. Старого воробья на мякине не проведёшь.
— Всё правильно, Алинка! — подбодрила меня она. — Дерзай. А конкретные планы у тебя есть?
— Есть! — с гордостью кивнула я. — В двух местах меня ждут, пригласили на собеседование. Ещё и выбирать буду, где лучше!
— Хорошо если так… — философски заметила Марина. — Но раньше времени не обольщайся. Вот когда примут на работу, тогда и будем ликовать.
И почему это возрастные люди не могут порадоваться простой, ничем не замутнённой радостью? Всё обязательно с оговорками, от которых портится настроение.
— Поживёшь, конечно, у меня, — между тем деловито продолжила Марина. — Если с работой не получится, я постараюсь тебе помочь. Хотя многого не обещаю. Это в писательской среде у меня связи, но ты же совсем в другой области хочешь работать?
— Да уж… — согласилась я. — С литературой мы на «вы».
— Просто удивительно! — воскликнула Марина. — Света — филолог до мозга костей, а ты совсем другая.