Чем она лучше меня (СИ)
Сладковато-тошнотворный запах проскользил в ноздри, заполняя собой все, и мир провалился в темноту.
Глава 14
- Мамочка, твой ход, - робко дернула меня за рукав Лиза и я подняла глаза на дочь, выныривая из своих мыслей.
Как же я сглупила, не сделав раньше тест на днк. Насколько иначе все могло бы быть в наших с дочкой жизнях, если бы я знала, что она действительно от Вани!
Впрочем, я не была уверена, что пошла бы на это, не отбери Виктор ее у меня. Столько времени прошло - к чему было рушить привычный уклад жизни? Нашей с Лизой, Вани и его семьи…
Но именно это я в итоге и сделала. И добилась только того, что теперь Ваня меня ненавидел. Что теперь у Лизы вообще не будет отца…
Было горько, но я пыталась быть благодарной за то, что имела. Если все получится и я сумею лишить Виктора прав на дочь - это будет главная победа в моей жизни. Победа дорогой ценой. Ценой нескольких разбитых судеб…
Ни на что иное я не смела и рассчитывать. И все же было так невыносимо больно от того, как Иван посмотрел на меня в последний раз… Как никогда прежде. Так, что стало ясно - точка невозврата пройдена. Я потеряла не только надежду вернуть его, я потеряла все, что когда-то имела. Его дружбу. Его надежное плечо.
Хотя он продолжал помогать и сейчас. И от осознания того, как он был добр и какой сволочью оказалась я сама - на глаза наворачивались слезы.
Звонок телефона, установленного в номере, разорвал тишину. Я испуганно вскинула голову, не сразу осознав, что являлось источником звука.
- Зайка, подожди, пожалуйста, - попросила я дочь, ласково погладив ее по голове и, подобравшись к телефону, взяла трубку.
- Это ресепшн, - произнес голос на том конце. - К вам тут пришли. Иван Онежский. Ждет внизу.
Я мигом подскочила с пола. Ваня вернулся? Может, передумал и пожалел обо всем, что сказал? Может, все же у моей дочери будет нормальный отец?
- Сейчас подойду, - быстро бросила я в ответ.
Склонившись к Лизе, мягко попросила:
- Лиз, я ненадолго спущусь вниз. А ты запри дверь и никому не открывай, пока не вернусь, ладно?
Она испуганно посмотрела на меня в ответ. Потянулась тонкой, хрупкой ручкой, вцепилась в подол юбки.
- Мамочка, не уходи!
- Солнышко, я быстро вернусь, - пообещала я ей, целуя в макушку. - Дядя Ваня пришел. Наверно это что-то важное.
Лиза убрала руку, неохотно кивнула. Я кинула на нее взгляд прежде, чем выйти из номера и сердце отчего-то защемило. Такое странное чувство, что этот момент отпечатается в моей памяти навсегда…
Убедившись, что дочь закрыла дверь, я быстро спустилась вниз. В холле Вани не было и я подошла к ресепшену.
- Где он? - спросила нетерпеливо и, осознав, что меня могли не понять, пояснила:
- Иван Онежский. Вы сказали, он меня ждет.
- Он в патио, - с тошнотворной любезностью улыбнулась администратор и указала рукой направление.
Я подошла к патио и, оказавшись уже совсем рядом, помедлила. Внутри шевельнулось какое-то дурное чувство… Если Ваня там, то почему просто не позвонил? И тут же ответила сама себе: может, он боялся, что Мия увидит историю его звонков?
Патио отделялся от остальной территории отеля живой изгородью. Я не видела, кто находится там, и оттуда тоже ничего не было видно.
Тревога усилилась. Сделав полшага вперед, я осторожно окликнула:
- Вань? Ты тут?
Чья-то рука молниеносно высунулась из-за невидимого мне угла, дернула со всей силы внутрь. Я открыла рот, чтобы закричать, но мне его тут же запечатали. По коже пробежался мороз - я знала эту ладонь. Знала этот запах.
В спину мне уперлось что-то холодное и острое. Нож.
Я едва не задохнулась от ужаса при воспоминании о том, что он был способен им сделать. От накатившего мигом страха завибрировали шрамы на моей коже, нанесенные этим оружием.
- Ты сейчас пойдешь вперед, прямиком к грузовичку, - скомандовал Виктор. - А я пойду сзади… чтобы ты не сделала какую-нибудь глупость.
Нож слегка надавил на кожу, побуждая идти вперед. И я пошла, сознавая, что иду на верную смерть.
- Где девчонка? - спросил вдруг Виктор, когда мы были уже у машины.
У меня похолодели все внутренности. Нельзя, чтобы он понял, что Лиза рядом!
- Со своим отцом, - ответила хрипло и издевательски рассмеялась:
- Со своим настоящим отцом!
- Дрянь!
Он открыл двери фургона и, быстро подняв меня на руки, грубо забросил внутрь.
Прежде, чем упасть, я заметила в полутьме чьи-то испуганные глаза, но не смогла их узнать. А в следующую секунду, неловко приземлившись затылком на что-то жесткое, потеряла сознание.
Последняя мысль перед тем, как все погасло, была полна отчаяния - неужели я больше никогда не увижу свою дочь?
Сознание возвращалось тяжело. Казалось, что безвольно плаваю в каком-то липком тумане и никак не могу из него выбраться.
Меня резко от чего-то тряхнуло и это возымело отрезвляющий эффект. Воспоминания обрушились на голову, как оглушительный взрыв.
- Никита! - попыталась выкрикнуть я, но вышло только мычание. Рот был завязан.
Я стала шарить глазами по сторонам, и едва не заплакала от облегчения, когда поняла, что сын рядом. Убаюканный каким-то плавным движением, он мирно спал, ни о чем дурном не подозревая.
Я поняла, что мы в машине и куда-то едем. Не могла сообразить, куда и почему, но было ясно одно - ничего хорошего нас не ждало.
Машина вдруг дернулась и замерла. Я испуганно сжалась, готовая к появлению Тимура, но его не было. Лишь время спустя, показавшееся мне вечностью, двери открылись и я увидела… Свету.
Тимур быстро закинул ее внутрь и, приземлившись, та замерла на полу без признаков жизни.
Меня начал бить озноб. Что происходило? Я не понимала…
Снова потянуло в сон. Я противилась, как могла, но веки были такими тяжелыми, словно на них повесили гири. И, несмотря на все мои усилия, глаза сами по себе захлопнулись.
В следующий раз я очнулась уже в каком-то тускло освещенном помещении, похожем на заброшенный завод. До подернутого туманом сознания донесся голос:
- Виктор, зачем ты их сюда притащил?! Они тут не при чем! Выпусти их!
С трудом сфокусировав взгляд, я увидела перед собой только Тимура, но поняла, что говорила Света. А кто такой Виктор?.. Неужели здесь Виктор?
- Виктор? - выдохнула я хрипло и поняла, что мой рот больше не заткнут.
- Сюрприз! - улыбнулся Тимур. - Приятно познакомиться по-настоящему, Мия.
- Отпусти ее, Виктор! - снова взмолилась Света.
Она обращалась… к Тимуру?
И вдруг раздался крик. Оглушительный плач. Никита!
- Никита! - истошно закричала я, остервенело дергаясь. Стало ясно, что сижу к кому-то спиной со связанными сзади руками. Очевидно, рядом была Света.
- Где мой сын?! - заорала я, порываясь встать, но чужие пальцы вдруг едва ощутимо сжали мои, заставляя остаться на месте.
- Здесь, - хохотнул Тимур (или Виктор?), указывая на какую-то грязную лежанку рядом с собой.
Я снова нервно дернулась и сын в унисон со мной закричал еще отчаяннее.
- Заткни его! - прорычал мужчина и спустя мгновение Никиту едва ли не бросили мне на колени.
Я неловко выгнулась, пытаясь не уронить ребенка и при этом хоть как-то успокоить.
Вдруг сзади потянули за веревки, которыми были связаны мои руки. Все еще тяжелое сознание ворочалось неохотно, но все же сработало верно - я поняла, что Света хочет, чтобы мы развязал друг другу руки.
- Что происходит? - спросила я, чтобы отвлечь мужчину разговором от этих манипуляций. - Тимур, зачем все это? За что?
- Тимура больше нет, - улыбнулся он жутко в ответ. - А твой муж влез куда не следовало и забрал то, что принадлежало мне, - стрельнул он глазами в сторону Светы, - и теперь я заберу то, что принадлежит ему.
Я вдруг все поняла. Вспомнила, как Ваня говорил про ненормального мужа Светы. И в его руках мы теперь все оказались!