Я твоя Кнопка или Как включить любовь? (СИ)

 Ирина. 
 
Мой жених, звучит-то как... странно, оборотень, еще страньше. Ведь оборотни женятся на человеческих женщинах только в одном случае и я в него попала, в этот один случай из тысячи. Да, уж попала, так попала. В общем к себе мужа-оборотня не примеряла никогда, даже мысли не возникало. И вот надо же, я невеста. Он обещал сделать этот период нашей жизни незабываемо романтичным. Я витала в облаках, мечтала, потом огляделась. Сумерки мягкими тенями ложились на дома и деревья, теплый летний ветерок ласкал лицо и руки. Уже середина июня. Улыбаясь заходящему солнышку, я вспомнила, что босс меня к себе взял тринадцатого мая, а сегодня шестнадцатое июня. Значит прошел месяц, как я на него работаю, незаметно пролетел. Удивительным вышел, я не жалела, что следуя интуиции, пошла за своим мужчиной. Тогда это был далекий, незнакомый, немного суровый оборотень, удивляющий поступками и приказами. Теперь рядом со мной шагает мое личное солнце и мне тепло где-то в душе от того, что он просто держит мою ладонь в своей.
Кстати, а куда это мы направляемся?
Оборотень довольный-предовольный, вел меня к своей машине, на ходу рассказывая план дальнейших действий:
- Полетим первым делом в столицу, ты же там не была? Нет, вот и замечательно, а я заодно встречи проведу.
Что??? Нет, никакой работы, только чувства, отдых, поцелуи, постель, его сильные руки и красивое тело... похоже это я размечталась, а он..., эх. Он же обещал.
- Давай поедем на поезде. Романтика дорог и все такое, - сама предпочитаю самолеты, но сейчас интересно как жених себя поведет.
Он поморщился и уперся:
- Нет, милая моя, мы летим на самолете. На самолете быстрее. К тому же я не терплю поезда.
Тут уперлась и я. То есть меня ждет примерно то же, что и с предыдущим парнем, только, только антураж немного другой и полная зависимость от мужчины. Ждать его, пока он свои деловые встречи проводит, а что романтика же, я жду любимого в отеле, и не абы каком, а в дорогом, престижном. Отчего мне так обидно стало???
- А я не терплю самолеты. Предлагаю компромисс, поехали на машине, но не в столицу, а в Питер, говорят, там невероятно красиво.
- Нет, мы летим на самолете туда, куда я сказал, - все еще ровно произнес Даниил, но я чувствовала зарождающиеся нотки раздражения.
- Лети, я остаюсь.
- Ты летишь со мной, - приказной тон. - Я уже все спланировал, заказал билеты, не могу нарушить планы.
Приподняла в удивлении брови, ведь только недавно говорил о том, сдает все дела и теперь только я, только мы. Но тут же настроил рабочих планов, а что все равно ехать, чего добру, то есть работе, пропадать. Понимала, что мужчина привыкший думать в направлении работы, не может так быстро перестроиться и перестать строить планы, разрабатывая на ходу стратегии. Но боль только нарастала вопреки моему желанию.
Повторила:
- Я остаюсь, - так хотелось плакать от осыпавшихся воздушных замков.
Как я могла подумать, что оборотень теперь будет пушистой лапушкой? Он грозный лапушка, который только что, разбил надежды и разрушил зарождающиеся мечты, так больно, в груди. И дышать трудно. Почему не могу отрешиться, уйти в себя и не чувствовать, раньше так легко получалось.
- Я сказал, будет так, как сказал я. И точка, - ледяным тоном отчеканил не жених, босс.
В ужасе смотрела на большого начальника, онемевшими губами произнесла:
- Соглашаясь быть Вашей невестой, я говорила, что не хочу зависеть от мужчины, не хочу его террора, постоянного делать только то, что “я сказал”, пусть и часто завуалированное под заботу. Мне нужна свобода.
Я повторяла свои принципы, а перед глазами стоял совершенно забытый образ давнего события.
Прошли мамины похороны, папа привез меня в дом тети и дяди, а сам собрался уходить. Я чувствовала, знала, что он навсегда оставляет меня здесь, а сам уходит. Бросает меня одну. Тогда я вылезла из своей скорлупы и впервые расплакалась после смерти мамы. Я кричала и плакала, просила папу не уходить, не оставлять меня, цеплялась за его руку, одежду. Перед дверью он повернулся ко мне, оторвал мои руки от себя и произнес, как сейчас, мой босс:
 
- Я сказал, будет так, как я сказал. И точка, - эти слова показались самыми жестокими, вызвали новое чувство утраты, новой раны в груди.
Отец отпихнул меня к тете и быстро вышел. Больше я его не видела. А все презенты и поздравления на праздники игнорировала.
В действительности, я не помнила этого момента из своей жизни, до слов Даниила. Сейчас холод воспоминания, которое я будто пережила заново только что, наполнил меня. Слезы катились, я не стала прятаться от них и от боли, что поселилась внутри. Я хотела прочувствовать эту боль, хотела упасть на колени, цепляясь за землю и кричать в небо, хотела уйти от него далеко и не видеть никогда.
Я пошла, куда-то, не знаю. Только он остановил меня, схватил за руку и потребовал сесть в машину и тут меня сорвало:
- Ненавижу тебя, видеть тебя не хочу! Тебе нужна послушная кукла, это не я, не хочу, пусти! Ты же обещал совсем другое! А сам - встречи, планы, не нарушу! - я кричала в истерике остолбеневшему шефу все, что приходило в голову, долго, пока не выдохлась.
Вывалила накопившееся на отца и на самого шефа. Вот уж не думала, что ношу с собой столько обид и горечи.
- Все, полегчало, - тихо констатировала сама себе, отпуская весь этот груз, теперь нам с ним не по пути. - И тебя отпускаю, Даниил. Все твои обязательства с тебя снимаю. С этого момента я тебе не помощница и не неве...
Он целовал грубо, дико, прижимая меня к машине так сильно, что косточки трещали. Сам впечатывался в меня своим твердым телом. Грубость, страсть и нежность переплелись, я не могла не ответить на этот взрыв. Так же грубо целовала в ответ, кусала и не отпускала, чтобы не смел отстранятся. Как обвила его ногами, не помню, оплела лианой. Цепко, не оторвать.
Помню тесноту салона внедорожника, а раньше был такой просторный, и манящий запах моего зверя, Даниил урчал, пока целовал меня, вминал в сидение, ласкал и сдавливал меня в своих руках.
- Держись за меня крепче, моя маленькая!
Я вцепилась, а через минуту, а может больше, нашего поцелуйного марафона, упала на мягкую кровать спиной. Сверху на меня опустился мой оборотень, он смотрел восхищенно и так горячо, что заалели уши, их жар я ощутила сразу, только удивиться не успела.
Оборотень аккуратно пальцем коснулся кончика моего носа, а я свела глаза в кучу, посмотреть, что не так. Это развеселило оборотня и он коротко хохотнул, опустил палец на мои губы, обводя их контур, издал какой-то горловой звук.
- Хочу тебя, моя единственная, до боли, - он ударил раскрытой ладонью по своей груди. -Знай, что я люблю тебя и теперь никуда ты от меня не денешься и не сбежишь на выходные к своим подругам.
Он тяжело дышал, сдерживал порыв накинуться, а через несколько мгновений вглядывания в мои шальные глаза, сорвался. Сорвалась и я. Вся моя обида, ярость, злость, перетекли в страсть. И вновь горячие поцелуи, которые не хочется прекращать. Срывание одежды и жадные прикосновения кончиками пальцев, а после и всей ладонью к его гладкой, жаркой коже. Мурашки от прикосновения губ к чувствительной кожи шеи. Жаркий шепотпризнание оборотня тонет в его мучительных ласках. Большие горячие ладони накрывают грудь, он будто проверяет, насколько полукружия соответствуют его ладони.
- Моя, единственная, только моя! - слышу его исступленный шепот.
 
Меня этот шепот веселил бы, но я так хочу его, что только сильнее выгибаюсь в его руках, поддаваясь каждому касанию.
Пальцы спустились с живота, где выводили узоры, на чуткую горошину, между складочек, а губы сжали сосок. Мои руки наслаждались силой его тела, теплотой кожи, тем, как под руками перекатываются мышцы. Это еще больше заводило, отчего я сжимала плечи сильнее, царапалась от безумных ощущений, требовала от него большего. Рывком переворачивала его на спину, наверное, он мне позволял это, не знаю. Целовала его, облизывала, будто это я дикая тигрица, а не он. Прикусывала кожу, оборотень вздрагивал, рычал и урчал, что доводило до точки невозврата. Добралась до его восставшего очень твердого, подрагивавшего и такого аппетитного органа. Сама не знаю как, но немного полюбовавшись его красивым, мощным членом, взялась его облизывать как лакомство. Мне нравилось мое безумие и его глаза, я дразнила, не брала в рот полностью, как моему зверю сейчас хотелось больше всего - видела это страстное желание в его взгляде и движениях бедер. Тем не менее оборотень позволял мне играть, а потом он прохрипел: