Подопытный ректор для ведьмы (СИ)

– О, детка, так он серьезен в отношении тебя! – удивилась Хрючелло. – Знаешь, надо быть осторожней. Мне кажется, Мистик знает о наших вылазках.
Но новый глава академии не говорил об этом ни слова. Каждый день перед сном я в принудительном порядке прогуливалась с ним по академическим аллеям, чтобы притупить его бдительность, и герой невест ничем не выдавал осведомленность. Только вечно устраивал какие-то странные сюрпризы: то радугу в темноте покажет, то музыкальный фонтан запустит, то поведет в гору смотреть, как цветет папоротник. Жуть, сколько времени отнимал своими вечерними променадами, но отказаться я не могла.
Морти же встречал меня в домике с очередным неудавшимся симбиозом между клоном и зомби, расстраивался, что как создатель он еще молод и зелен, и уходил в подвал.
Я же ночами не забывала подкладывать артефакт под спящую Хрючелло, но тот так и не менял цвет. Спрашивать Луфуса о других источниках знаний по артефакту я не стала: больше не доверяла куратору, не зная, на какой стороне он играет. Все равно правду не скажет!
И, будто мало мне было этих неприятностей, в один из дней посыльный короля передал срочное приглашение предстать пред светлы очи монарха. И знаете зачем?
“В благодарность за спасение жизни короля Ирме Фис даруется брак с Нейтом Авским”, – торжественно зачитал приказ глашатай при довольном монархе.
Представляете мое удивление?
На встречу с королем меня, по обыкновению, сопровождал Мистик. Поэтому мой вопрос хриплым от шока голосом: “А кто это – Нейт Авский?” – оказал на героя невест просто убийственный эффект.
Мистик побледнел, посерел, лицо вытянулось растерянной маской, на которой двигались лишь только глаза.
Король почему-то так развеселился после моего вопроса, что испугал своим хохотом стражу, из-за чего дополнительная охрана влетела в малый зал, сверкая огненными шарами в руках.
– А ты с чувством юмора, Ирма Фис! – подмигнул мне король, а потом посмотрел на будто облитого ледяной водой второго племенника и снова захохотал.
Я и не подозревала, чем выльется для меня обида Мистика.
Нейт Авский – это тот, чьего имени я не соизволила запомнить, даже когда подписала с ним добрачное соглашение. Тот, кто не был мне интересен до такой степени, чтобы я запомнила его настоящее имя, а не прозвище. Мистик собственной персоной.
Герой невест не проронил больше ни слова. Даже когда я пыталась умаслить короля и отказаться от такой милости, как брак. Даже когда я уверяла, что у свободной ведьмы качественнее зелья. Даже когда король с издевательской улыбкой спросил, что сам Нейт Авский думает об этом.
Мистик молчал, зато король веселился. На радостях даже вдруг объявил:
– Ирма Фис, слышал, твой родовой дом совсем в плачевном состоянии? 
– Я не смею так сказать. Крыша и стены стоят, камин топит, – я увильнула от прямого ответа, не зная, где можно упасть в пропасть в этом королевском словесном вальсе. Скажешь, что дом плох, – дарует новый, без родовой магии, а мой снесет. Скажешь, что все хорошо, – обвинит во вранье и голову долой.
– Я дарую тебе ремонт и бригаду малого народца. Слышал, что ведьма не покидает дом даже после свадьбы. Это так?
Я подняла глаза на короля. Мне показалось или он хочет, чтобы я забрала Мистика подальше от дворца? Значит ли это, что не только племянники заботятся о троне, но и сам король не собирается пассивно наблюдать за борьбой? Не устраняет ли он угрозу своему правлению и оттого так веселится, что я даже имени Мистика не знала? Значит, пророчеству не суждено с ним сбыться, потому что я его не полюблю?
Если это так, то Сибера просто не выпустят из тюрьмы, как бы я ни рыла землю, какие бы доказательства ни принесла.
– Ты не рада? – вдруг спросил король, а я дернулась.
Монарх говорил про ремонт, а я утонула в своих мыслях.
– Спасибо за вашу милость. – Я низко поклонилась.
Король остался невероятно доволен нашей встречей, чего не сказать о нас с Мистиком. В молчании мы покинули дворец. Молчание сопровождало нас и на пути к домику номер тринадцать. Даже попрощался герой невест кивком.
 
Зато Морти встретил меня радостным криком:
– Получилось!
– Что у тебя получилось?
– Не совсем то, что я хотел, но вышло просто грандиозно! Я создал тело, в которое можно вселить душу, представляешь? Правда, без души оно прожило совсем ничего, но какие это перспективы! – Воодушевленный некромант кружил по домику. – Представь: дама теряет возлюбленного. Он боевой маг и смертельно ранен. И тут я – делаю ему новое тело и переселяю душу! Ну как? Звучит?
– Звучит. – Я скептически кивнула. – Вот только душу ты как переселишь?
– А в этом ты мне поможешь!
– Я?
– Да! У тебя же артефакт душ!
– Да я даже мамину душу не могу собрать, не то что… – я расстроенно махнула рукой, замолкая.
– Эй, что случилось? Ты что такая кислая?
И я рассказала все, что на душе. Меня будто прорвало. И чем больше я говорила, тем больше крепла уверенность в том, что я пришла к правильным выводам. И пусть Морти пока слушал молча, не перебивая, он словно работал ушами, благодаря которым я не просто переваривала все внутри, а, говоря вслух, приходила к выводам.
– Король не выпустит Сибера?
– Сибер без магии королю не угроза. Может, и выпустит, но только взамен на Мистика, который окажется за решеткой как обвиняемый, – задумчиво почесал подбородок некромант.
В этот вечер мне так хотелось посоветоваться с Сибером, что я рискнула: попросила Морти снова устроить представление зомби-труппой, благодаря которому патруль увели в сторону от окон, а я подлетела к стене.
– Сибер!
– Ирма?
Мы несколько долгих секунд смотрели друг другу в глаза. Так много хотелось сказать, так много спросить, но вместо этого мы будто разговаривали глазами.
“Ты похудел!”
“ Зачем ты так рискуешь?”
“Что делать?”
“Ты совсем не спишь, Ирма?”
Но в то же время, глядя в его страшную мордашку, я будто черпнула силу из источника.
– Мя-я-я-яу!  – раздалось истошное с той самой облюбованной нами крыши напротив тюрьмы, где я оставила Хрючелло, и вмиг меня охватило плохое предчувствие.
“Хрясь”, – хруст раздался со стороны представления цирковой зомби-труппы.
И тут свист Морти рассек воздух, словно лезвие.
Беда. Нужно срочно уносить ноги!
Я кинула прощальный взгляд на Сибера и встретила его напряженно-тревожный. Он подтянулся руками на решетке и смотрел так, будто сейчас вырвет железку из камня голыми руками.
Я не удержалась – наклонилась и поцеловала его сквозь решетку в губы. Его дыхание на секунду слилось с моим, и я прикрыла глаза. Всего на миг, на мгновение, а потом со свистом улетела прочь. Мимо стены, за кустами, круг по воздуху и к той самой крыше, где оставила Хрючелло.
Вот только на холодной черепице меня ждало мертвое тело пушистой.
Не-е-е-е-ет!
Казалось, кричала не я, а моя душа. Я прижала к себе тело Хрючелло, оседлала метлу и понеслась в академию. Не помню, как оказалась в целительской, очнулась, только когда трясла лекаря за плечи, умоляя спасти кошку.
– Ее душа покинула тело. Никто не в силах вернуть ее обратно, – твердил одно и то же мужчина.
Я пыталась узнать, что послужило причиной смерти, но лекарь считал магию и как-то  странно сконфузился.
Я помнила этого лекаря и его шкурный интерес. То, как он держался за место и как готов был закрыть глаза на многое.
– Вы прикрываете кого-то? – догадалась я, стараясь сдержать всхлип.
А кто у нас глава академии? Лекарь держится за свое место похлеще клеща. Не значит ли это, что…
– Это Нейт Авский, второй племянник короля?
– Я такого не говорил, госпожа ведьма! – тут же отвернулся лекарь, делая вид, что жутко занят своими делами. – Уходите, у меня срочные дела. Вам нужно похоронить кошку по всем правилам.
А ведь я как чувствовала, что Мистик разозлился на меня не на шутку. Ощущала чей-то взгляд последнее время, когда ходила на крышу читать.