Узнай меня (СИ)
В тот раз я упустил время, упустил тех, кто обрекли тебя на муки и боль ожогов…
— И ты решил отыграться на мне? Посчитал, что мне тоже это не нужно? Что я должна кого-то там спасти? Например, Дайонар, который забудет обо мне, как только я … А может мысль, от сознания, что он пока жив, предавала бы мне больше сил. Ты не подумал об этом?
Иэнель задыхалась от слез и обиды.
— Но ведь никто не смог сделать это лучше тебя. И это правда! Все твои решения были своевременны, мудры и взвешены. Все твои проекты и начинания увидели свет и работают. Ты заставила к себе прислушаться и дала надежду на будущее целой стране. Я горжусь тобой.
Эндвид пересел к ней на лавку, обнял дочь, ласково гладил по голове. Она уткнулась ему в грудь и долго всхлипывала, признавая, что он все-таки в чем-то прав. Да нет, почти во всем прав. Но от этой правды тошнило. Впрочем, ее и так постоянно тошнило.
— Тем более, Тайрен все это время находился в медицинской коме, — послышался голос Ламерта за спиной, — Ты все равно ничего сделать бы не смогла. Просто потеряла бы время.
Он явился со стороны балкона, легко спрыгнув с предпоследней ступени.
— А, и ты тут, пособник…, — она хотела сказать «зла», но к отцу это мало применимо, — лукавый соучастник заговора, — прогнусавила принцесса, утирая слёзы. Ламерт грустно усмехнулся и подал ей палаток.
— Надеюсь, чистый? — буркнула Иэнель, подозрительно рассматривая ткань.
— Обижаешь, стерильный, — фыркнул лекарь.
Иэнель вытерла глаза, нос, но всё еще хмурилась. Что-то не хотело сходиться.
— Но его кольцо появилось на пальце! А потом, путь в город, похороны. Я сама видела, как он… — она вспомнила последний костер, жар огня, его силуэт в пламени, и боль, разрывающую сердце на части.
— А, ты про это, — Ламерт беспечно махнул рукой, — Кольцо появилось у тебя потому, что Тайрен действительно умер, но потом мы успели его реанимировать. В медицинскую кому ввели его еще когда вы с Эндвидом сидели за дверью. Для поездки по городу я поместил его под защитный купол. Тайрен все равно спал, ничего не слышал и был почти что мертв. Трубки, подводящие лекарства мы спрятали под одеждой и покрывалом, а аппарат жизнеобеспечения вставили в ложе под телом. Его батарей на поездку как раз по времени хватало.
А для похорон мы соорудили специальный саркофаг с двойным дном. Когда огонь запылал, гроб с телом Тайрена перестал быть виден со стороны зрителей, саркофаг автоматически закрылся, опустился во второй саркофаг — защитный. Там я открыл портал и вытолкнул Тайрена в палату маг-блока. Подложил замороженное тело настоящего Урмэда! (да-да, оно все время эксперимента было в заморозке на Терре — я хранил его все эти годы), — на ложе верхнего саркофага и отправил его догорать, а сам вновь вернулся в замок. Вот и весь фокус.
Иэнель ошарашенно взирала на родственника, поражаясь изобретательности и, что уж говорить, коварству.
— Неплохой розыгрыш, — послышался еще один голос. Из-за колонны ротонды вышел Тайрен.
— Для тебя и старался, — отвесил ироничный поклон Ламерт.
Иэнель охнула, торопливо утирая слезы, отвела глаза. Почему-то Тайрена она стеснялась. Странно.
— Ладно, Лам, нас тут всё равно не любят, — наигранно обиженно буркнул Эндвид, вставая — думаю, нам стоит удалиться и оставить их наедине. Тем более, сейчас переливчатых моллюсков с икрой подадут.
— С чувством глубокого сочувствия к вашим уязвленным чувствам спешу откланяться, — Ламерт показушно витиевато поклонился, но не удержался и всё-таки прыснул в кулак.
— Иди уже, паяц, — махнул рукой Тайрен, — я тебя позже найду.
— Нас разыграли как младенцев, — буркнула Иэнель, нервно перебирая кольца на цепочке.
Тайрен отобрал подвеску, надел кольцо на палец Иэнель. Она повторила ритуал.
— Это уже который раз мы обручаемся? — улыбнулась принцесса.
Тайрен сделал вид, что задумался.
— Кажется, четвертый.
— Это вошло в традицию?
— Привычка, — улыбнулся он, притягивая жену к себе.
— Я соскучилась! — она уткнулась в его плечо. Почувствовала, как он прижимает ее к себе, его пальцы в своих волосах, тепло дыхания, и то, как он почти неслышно, на выдохе повторяет ее имя — Нэль…. Как же ей нравилось, когда он так ее называл! Ей казалось, что реальное тепло исходит от него, проникает в ее заледенелое за зиму сердце, разливается жарким озером внутри, отчего даже покалывают кончики пальцев наконец-то отогреваясь в его свете.
— Обещаю, самая красивая церемония состоится в Озерном Лесу по всем правилам и самыми желанными приглашенными.
— То есть — только ты и я?
— Ты, я и наш сюрприз.
Она чуть отпрянула и посмотрела в его глаза — прозрачное серебро с чуть сероватым ободком. Провела пальчиком по шраму.
— Это твой или Урмэда?
— Мой, — улыбнулся он, — мой собственный, но «подаренный» Урмэдом. Вот ведь ирония судьбы, — фыркнул, уже привычным жестом потирая щеку.
Неожиданно почувствовал щекотку и пощупав лицо, понял, что «ожога» больше нет. Удивленно вскинул бровь.
— Он больше не нужен, — Иэнель пожала плечиком — Я бы тебя и так узнала.
Белый зал бурлил. Обсуждали возвращение Тайрена, новую хозяйку Штормбора и подписание мирного договора.
Дайонарцы держались вместе, не рискуя разделяться и вступать в разговоры с местными. Осматривались.
В воздухе плыли ритмичные звуки вальса и пользуясь случаем показать новые наряды и прически, гости с удовольствием танцевали.
К Фиэнн по очереди подходили поздравлять с новым статусом; соболезновали скорой утрате супруга, но памятуя о его соучастии в заговоре против короны, особой скорби не выражали.
Фиэнн разговаривала с Майрет, которая в последнее время очень поддерживала ее и стала чуть ли не подругой, но взгляд ее неосознанно возвращался к группе гостей из Дайонара.
Оказалось, что они не такие уж и страшные. Наоборот, тот, с волосами цвета черного янтаря, очень даже ничего. Солнце запуталось в темных прядях, зажигая в них красные и рыжие отблески.
Она пару раз ловила взгляд его зеленых глаз на себе и точно решила, что на следующий «белый танец» обязательно его пригласит. В конце концов, кто или что ее может остановить, да и плевать ей на общественное мнение. Вон, даже дочь Эндвида была замужем за дайном и ничего…
Возможность представилась очень быстро, и она направилась через зал. Под начинающиеся звуки «Снежного вальса» смело подошла к дайну и присев в легком реверансе протянула ему ладонь.
— Буду счастлива, если не откажете мне, — очаровательно улыбнулась Фиэнн.
— Как можно отказать такой прекрасной женщине, — вернул улыбку серый, — Я Нанд Дар и для меня большая честь танцевать с вами, леди.
Он легко поклонился и уверенно увлек ее в танец.
Фиэнн удивленно обнаружила, что дайн прекрасно танцует. Не наступает на ноги, тонко чувствует ритм и уверенно ведет. Воистину, сколько открытий им еще придется сделать с этими серыми.
— Не боитесь оказаться парией в своем обществе? — серьезно поинтересовался Нанд, поднимая правую руку для поворота партнерши.
Краем глаза замечая заинтересованные, удивленные и даже возмущенные взгляды в их сторону.
Глава Штормбора весело фыркнула, вливаясь в движение. Платье красиво распустилось цветком.
— Поверьте, после плена, предательства и покушения на меня собственным мужем, мне уже ничего не страшно. Тем более каких-то глупых слухов и сплетен. Как помните, принцессе Иэнель ничего не мешало любить дайна.
— Так то принцесса, — завершая «большой квадрат» танца, улыбнулся Нанд. Ему понравилась уверенность в ее словах
— Не вижу разницы, — Фиэнн с достоинством улыбнулась, — Подонком можно быть с любым цветом кожи, вам так не кажется?
— Абсолютно согласен, — еще раз закручивая Фиэнн в движении, кивнул он, — Что вы скажите о возвратившемся правителе Озерного Леса? Должно быть это большая радость для всех вас, — решил сменить тему он, а заодно прощупать почву местных сплетен и слухов.