Узнай меня (СИ)
Очень давно, когда Урмэд только освободил ее, а потом и Миру, он от нечего делать показывал им уроки самозащиты.
«Так, на всякий случай», тогда сказал он. И как раз сейчас этот «всякий» случай настал.
Фиэнн присела на корточки рядом с мужем и с совершенно равнодушным видом положила два пальца на живчик. Сердце неровно, но билось. Она просунула левую ладонь под челюсть, правой придержала затылок. С силой дернула вверх. Опав последний раз, спина Отрада больше не приподнялась.
Она вынула из его нагрудного кармана платок и аккуратно вытерла выпачканный в крови пальчик. Спрятала в лиф.
Откинулась на стену и закрыв ладонями лицо тихо завыла.
На звук ее голоса стали сбегаться слуги и поднялся переполох.
Поздно ночью она взяла из комнаты бывшего мужа шарик вызова, связалась с Эндвидом и рассказала всё, как было.
— И всё-таки, как ты отбила заклинание?
— Я не отбивала. У меня нет магических способностей. Вообще.
Она увидела, как лицо правителя удивленно вытянулось.
— Но тогда…
— Можете спросить у родителей, но в детстве, когда пришла пора поступать в школу магии меня тестировали почти все самые именитые волшебники Айданара, но ничего не обнаружили. Зато выявили одно уникальное качество моей ауры: любое пущенное в меня заклинание с такой же силой возвращалось к нападавшему.
— Получается, ты неуязвима?
Фиэнн качнула головой.
— Совсем нет. Если бы Отард хотел убить меня обычным способом, например, спустить с лестницы, как и собирался, то у него непременно бы это получилось. Мне повезло, что разозлившись, он выбрал магию, — грустно вздохнула Фиэнн.
— Ладно, отдыхай девочка. И скорее всего, готовься стать главой дома. Насколько я знаю, ближайших наследников у Отарда не было. Вопрос о твоем назначении выставлю на обсуждение в самое ближайшее время. Так же я вышлю тебе имя надежного юриста, свяжись с ним, скажи, что от меня и расскажи всё. Он посоветует тебе что делать дальше. Спасибо за помощь и знай, ты под моей защитой. Никто не обвинит тебя в убийстве.
— И вам спасибо, ваше величество. И передайте ему привет.
Последнее Фиэнн прошептала. Но Эндвид услышал. Понял.
***
Откинувшись в мягком кресле, Кейран задумчиво крутил в пальцах компроматный мыслешар. Информация, подкинутая Офлейфом была любопытной и теперь он раздумывал, под каким соусом и когда кинуть это своему дайонарскому визави. Сиюминутно отчитываться, словно примерный школьник перед учителем ему не хотелось — много чести. Но и придерживать слишком долго важную информацию не стоит, надо как можно быстрее обратить ее в свою прибыль или выгоду. А тут спешить не стоит.
«Урмэд…Урмэд…» — вспоминал Кейран. Нет, такого имени он припомнить не мог.
Голова раскалывалась и ему было не охота напрягать память еще и этой проблемой. Осеннее солнце пробиваясь из-за штор, жгло слезящиеся от недосыпа глаза — Уна лишь на рассвете покинула его сегодня, и он решил, что заслужил немного себя побаловать.
Достал маленький коробок и трубочку, отсыпал на стеклышко сероватого порошка и с удовольствием вдохнул «пыльцу счастья». Названий этому средству было множество.
Глава 30
— Как дела на мануфактурах?
Шаон с отцом сидели на веранде снимаемого в аренду дома в Чеаре и медленно потягивая белое местное вино, заедали его орешками и контрабандными сушеными кальмарами.
Вид у Шаона был озабоченный. Внешне он старался сохранять спокойствие, но пальцы то и дело нервно барабанили по подлокотнику, словно жили своей жизнью.
— Опять волнения. Рабочие требуют хотя бы одного выходного в недэю, но назначенный императором новый управляющий против такого решения. Он готов на нод сократить рабочий день, но дать работникам выходной не хочет категорически.
— Но ведь это твое предприятие, ты его основатель, ты сам начинал с обычного цехового…
— Ты слышишь, что говоришь? — усмехнулся Рейз, — Ты, ком-генерал его императорского величества.
— Не напоминай, — прошипел Шаон, — слышать о нём не желаю, дерьмовый самодур. Я знаю почему не хочет. У нас опять война с айнами, а это продовольствие, форма и оружие. Он посылает на границу легион. Надеюсь, меня это не коснется.
— То же самое и на соседних фабриках, — продолжал отец, — Стеклодувы, красильщики, кожевенники, кузнецы, каменщики — все недовольны и пытаются возмущаться. В других дистриктах и городах похожая ситуация.
— И?
— Летят головы, на площади каждый день кого-то лупят, отрубают пальцы, режут языки. Это вы там сидите за стеной и нихрена не видите. У вас там исключительно высокие внешнеполитические интересы…
— Все мы видим, — буркнул Шаон, — Те, кто хочет видеть. Кстати, как идут дела с нашей подготовкой?
— Мы связывались почти со всеми: первый, второй, пятый, шестой и третий сатры готовы, ждут нашего сигнала. В седьмом убит верный нам ком-генерал. Ищем замену, но пока глухо. В шестом на золотоносных выработках, говорят, еще три дня назад подавили мятеж. Всех повесили. Шаон вздохнул.
— Жаль. Сейчас нельзя торопиться, — досадно мотнул он головой, — Надо выждать и ударить сообща. Ты знаешь, что Урмэда видела Лати и даже кхым-м… разговаривала.
Шаон пересказал их встречу, а отец от души посмеялся.
— Резвая девчонка, вся в мать. Та тоже была неугомонная непоседа.
Рейз тяжело вздохнул. Жена умерла две весны назад от воспаления легких. Врач не успел из-за комендантского часа. Утром уже некого было спасать. Не помогли не связи, не деньги не его положение.
— Я хорошо отношусь к Урмэду, понимаю, что он стал тебе хорошим другом. Понимаю, что это была его идея и его план, но хочу еще раз спросить: почему ты сам не можешь возглавить сопротивление? Неужели в тебе нет хоть капли здорового тщеславия?
Шаон нетерпеливо махнул рукой. Эта тема часто стала подниматься отцом, особенно после того, как Урмэд получил новую должность и их предприятие шло к логическому концу. Он и сам не раз думал об этом. Но каждый раз общаясь с другом понимал, что почему-то проигрывает в подобных делах. Хоть физически они были одного возраста, но Шаон чувствовал разницу как в житейском, так и в военном опыте. В конце концов надо признать тот факт, что закулисные интриги и многоходовки не его конек. Он хороший исполнитель, и если бы не отцовские связи и слепая удача, он бы никогда не стал даггером и самым молодым ком-генералом. У него не хватило бы упорства и терпения всех организовать, разбить на группы и объединить общей идеей. Урмэд был их стержнем, их мозгом, движущей силой и надеждой. А тем более, все денежные вливания, маг-порталы и связи из Айданара шли через него.
— Ты думаешь он может предать нас?
— А ты доверяешь ему всецело? — прищурился отец.
Он имел право сомневаться. В дайонаре сомневаться можно было даже в себе самом, что уж говорить о других.
— Да, доверяю, — кивнул Шаон, припоминая, однако, помянутые Нандом кольца — В случае, если будет хоть намек с его стороны на нечестность, то в любой момент можно от него избавиться. У меня всё на контроле.
Рейз кивнул. Сомневаться в Урмэде ему тоже очень не хотелось. После сына, это едва ли не единственный, кому вообще стоило доверять. Но ставки были слишком высоки и если бунт провалится, они все будут висеть на веревке, а то может чего и похуже.
***
— Рах, как на счет навестить сегодня вечером нашу принцессу? — Ремерд потягивал пиво из большой кружки и делал вид, что смотрит в окно, но смотрел на императора.
— Да, неплохая идея, я тоже сегодня планировал расслабится в честь нашего наступления и начала новой войны, — кивнул император, отвлекаясь от бумаг и карт.
Они сидели в личных покоях Рахнарда и наслаждались свежим «светлым» из айданара — презентом от Кейрана.
— И надо показать уже новенькому как мы можем и любим развлекаться. Да и самим его узнать получше.
— Отличная идея, Рем! Вот за что я тебя люблю, так это за находчивость. А теперь дай мне еще поработать и иди к демонам. До вечера, — отсалютовал Рахнард кружкой.