Узнай меня (СИ)
Управляющий приподнял бровь, но допытываться не стал, потому как видел, что девушка смущена, а хозяин загадочно ухмыляется, но пояснять тоже ничего не спешит.
— Ну вот, очередная рубаха заляпана! — убивался Нейдан, осматривая степень урона — Прачка наверно думает, что я плохо шью.
Он расстегнул лекарский саквояж, распространяя по комнате резкий запах лекарств. Терзаясь дежавю, вновь разложил на тряпице иглу и нитки.
— Да-да, вечно всё у тебя по швам ползет.
— В следующий раз сметаю дратвой, — пригрозил старик.
— Не придется. Сейчас светлая Иэнель с помощью магии срастит ткани, а тебе останется только скрепить кожу по верху. На это и шелка хватит.
Иэнель порозовела и отвела глаза. Она совсем запуталась. Абсолютно не понимая, как теперь относиться к Урмэду — как к дайну или же как к айну? А может не так и не эдак? Говорит вежливо, ведет себя в рамках приличий.
В конце концов сейчас надо сосредоточиться на исцелении. Лечить ей всегда нравилось.
У всякого айна (в отличии от дайнов) есть способности к магии. Просто одни заучивают самые простые заклинания для повседневного обихода (освещение, левитация предметов…). Другие, совершенствуют ее постоянно в течении жизни (лечение болезней и ран, поисковая магия, магия стихий, рун, распознавание намерений и самое сложное — работа с порталами). Это как с книгами — чем больше и чаще читаешь, тем богаче словарный запас и обширней знания. Каждый выбирает тот вид магии, который ему пригодится по жизни, но базовый знают почти все.
Иэнель наложила руки на края пореза и прикрыв глаза, начала вязать заклинания. Под ладонями засветилось розовым, потом желтым, потом белым и наконец свечение иссякло.
— Щиплет? — поинтересовалась она.
— Терпимо.
Урмэд почти не чувствовал руки, она стала тяжелой, ныла и пульсировала, но так и должно быть. Пока онемела можно наложить швы. Что очень ловко и проделал Нейдан.
Иэнель отошла в угол комнаты с интересом разглядывая кабинет.
Синий шелк стен и обивки стульев. Коричневый с красноватым отливом тон дерева мебели. Книжные полки в потолок, забиты фолиантами и альбомами в кожаных обложках. Черные бархатные шторы. В простенках яркие тканые гобелены в рамах с изображениями стилизованных растений и цветов в обрамлении витиеватых айнских орнаментов. Узорчатый дангурский ковер на полу. В середине комнаты стол, заваленный бумагами, папками и писчими принадлежностями, рядом, стул с высокой спинкой в котором и восседал хозяин.
— Я пойду? — шепнула она
— Да, спасибо, дитя! Вы просто чудо. У вас очень сильные способности к лечению для вашего возраста это довольно необычно.
Нейдан изящно поцеловал ей руку.
— Я много занималась, — Иэнель потупила взгляд.
Похвала была лишней. Ведь это она его ранила. Теперь просто исправила то, что натворила.
— Благодарю, — легко поклонился дайн, не стесняясь, завязывая шнурки на новой рубахе, — Главное в следующий раз не отрубайте начисто. Соединительная магия довольно сложна, да и нервные окончания потом могут не восстановиться.
Иэнель спряталась за высокой спинкой кресла и вообще, старалась не смотреть в сторону дайна. Но он встал так, что она его прекрасно видела.
И в прореху его одежды принцесса рассмотрела достаточно. Увидела иссеченную шрамами кожу, многие были совсем свежие и некоторые из них не только от оружия, больше похоже на ожоги…
Иэнель стала пунцовой.
Сверху дайн накинул удлиненный шелковый жилет, что носят светлые айны, с удовольствием проследил за реакцией гостьи. Вновь откинулся в кресле. Черно-серебристый цвет одежды оттенял серую кожу делая ее немного светлей.
— Я пойду. А то ноги мерзнут, — пискнула Иэнель.
Не дожидаясь возражений шмыгнула в дверь и почти бегом кинулась в свою комнату.
— Ну, и зачем надо было смущать девушку? — попенял Нейдан.
Урмэд неопределенно хмыкнул и закинул ногу на ногу.
— Давай, рассказывай, что у вас произошло.
Глава 7
Выскочив в коридор, Иэнель перевела дух.
«Все-таки смотреть в его белесые глаза это то еще «удовольствие»! И все эти ужасные шрамы… Ладно. Может быть представится еще случай узнать. А сейчас обуться и в библиотеку. Может там и не найдется конкретной информации, но возможно попадется то, что может пролить свет на истории успешной ассимиляции дайнов в приличном обществе».
Библиотека поразила.
Три яруса со стеллажами и перекрытиями, по которым можно как по мостикам попасть из одного угла зала в другой, с резными винтовыми лестницами под куполообразным стеклянным потолком. Благородный темно-зеленый шелк стен прекрасно дополнял белый цвет снежного дерева и золотые, висящие на цепочках магические светильники.
Иэнель застыла на пороге. Такой красоты она не видела даже во дворце. А уж их библиотека считалась одной из красивейших. И вот теперь это утверждение опровергнуто! Размеры конечно были скромнее, чем дома, но внутренняя отделка просто завораживала.
Черный ковер скрадывал шаги, словно заботясь о том, чтобы не нарушить величественное молчание книг. Рассеянный свет северной стороны здания косыми лучами освещал каждый уголок зала.
К торцу каждого стеллажа прилагался список авторов и разделы по темам. История, искусство, научные и философские трактаты… Древние свитки, глиняные таблички, какие-то истлевшие шкурки с нарисованными на них пиктограммами (боги, такого она не видела даже у отца во дворце!). Даже отдел с мыслешарами имелся.
Она обвела взглядом всё это великолепие и немного оробела. Где и что именно ей искать? Долго разыскивала отдел истории и политологии.
Урмэд беззвучно шел по коридору. Дом жил. Если закрыть глаза и на мгновение вспомнить…, то начинает казаться, что всё вернулось на круги своя. Обостренный слух улавливал доносящиеся звуки кухни, звон посуды и смех посудомойки с поваром. Через открытое окно слышались щелчки садовничьих ножниц — вчера Нейдан вызвал мастера по стрижке деревьев. В одной из комнат пела служанка (наверное, Мира) натирая паркет воском. Сквозь щель в двери библиотеки слышался шелест страниц и шлепки перебираемых книг… Стоп! Кто это может быть?
Нэйдан внизу — он только что оставил его уточнить у экономки не нужно ли каких продуктов в городе, чтобы садовник передал его в бакалейную лавку. А сам, забив наглухо покалеченную дверь, и подобрав внизу туфли светлой айны, решил самолично передать их ей.
Заглянув в щелку, не увидел никого, но по звукам быстро нашел гостью. Она сидела на самом верху стеллажа отдела истории рас и упоенно перебирала фолианты. Листала страницы раскладывая книги на три разные по величине стопки.
Урмэд ухмыльнулся, не став тревожить, вышел. Оставил обувь у двери и отправился на террасу. Погода сегодня была чудесная.
Вечер выдался теплый, даже ветер утих. После дневных потрясений и бесплодного сидения в библиотеке Иэнель взяла одну из трех бутылок «Сиреневого флёра» и отправилась к Урмэду.
Пока отмокала в ванне, решила, что всё же им надо серьезно поговорить. Все недопонимание произошло от недостатка информации. Если бы она знала о нем больше, то смогла бы доверять и не вела себя так безобразно. Отец тоже хорош! Ничего не объяснив, зашвырнул на другой континент в компанию незнакомого мужчины, тем более дайна. И какой реакции они ожидали?
С этими мыслями она вышла на открытую веранду третьего этажа.
Урмэд читал книгу откинувшись на спинку кушетки.
Мягкое закатное солнце играло на розовато-золотых волнах. В небе парили птицы, прогретый за день воздух нес запахи только что распустившихся глициний, жасмина, древесины и моря.
— Чудесный вид! — она подошла к столу, поставила бутылку и сняла с подставки два бокала. Уселась на предложенное место.
— Согласен, — дайн отложил книгу и посмотрел ей в глаза. И было не понятно то ли он согласен с утверждением, то ли с предложением выпить.
Урмэд с легким хлопком открыл вино, разлил действительно сиреневатую жидкость по бокалам.