Книга 2. Маг. Мера Раб (СИ)

— Чтобы остудить горячие головы.
— Ну-ну.
— А ты хотел бы прорываться с боем?
— Нет. Я хотел бы обзавестись таким же.
Удивительно, но служитель протянул один из подобных камней мне. Я взял и вопросительно уставился на него.
— Что? — не понял.
— А пользоваться то им как?
— Ты не знаешь? — и раньше, чем я успел ответить он перехватил у меня камень и убрал к себе. — Ещё одна обезьяна с огненным камнем на мою голову, да ещё и под боком мне не нужна.
— Да ладно тебе. Там нет ничего сложного. Хоть суть объясни.
— Заполнить нужно его силой и бросить. Там два потока, один уже заполнен, а второй приведёт к разрушению камня.
— Всего-то?
— Ага. Вот только если силу перелить, то можно себя взорвать. Поэтому пользоваться ими учат на мелких камнях, пока меру камня не научишься чувствовать.
Наша передовая группа вернулась, но мы уже и сами видели, что впереди нас противник — десятка четыре манчусов. Я ожидал, что старший служитель снова спугнёт их огненным камнем, но вместо этого он дал нам указания зайти в тыл группе служителей. Те же образцово перестроились и вышли вперёд. Расстояние между собой держали примерно шаг. Готовые в любой момент помочь и при этом не мешать друг другу. Манчусы как будто одобряюще улюлюкнули и стали быстро приближаться. Я по отработанной схеме выстроил свою группу и мы медленно двигались вслед за служителями. Если я правильно понял старшего, то они справятся без нас.
Служители были в себе уверены. Я не разу не видел их в бою и на что они вообще способны, а вот манчусы явно были в курсе. Они разбились на три плотные группы и первая из них самая многочисленная ударила в центр, чтобы разделить служителей. Первый натиск они выдержали и как я понял их щит был групповым, каждый из них создавал что-то вроде группового покрова и в итоге он объединялся в единый щит для группы. Либо манчусы были сильнее, либо из-за того, что служители лишились часть своей группы, когда отправили их с животными обратно на рудник, но со второго наскока щит служителей распался и они разделились на две неравные части. Малочисленная из шести служителей тут же была оттеснена в сторону и две остальные группы манчусов насели на них. Лишь то, что мы были сзади не дало им возможности окружить их.
Старший служитель сделал выпад копьём и волны силы разошлись с его острия, вот только манчус с шагом в сторону провернулся вдоль своей оси и ударил своим копьём в ответ, его удар мог бы на этом поставить крест на старшем, но удар завяз в силовом щите, так же как и удар других обезьян. В месте их удара по силовому щиту расходились кольцевые волны, а старший служитель делал очередной шаг и наносил удар, заставляя обезьян отступить, а остальные служителе двигались ему в так и прикрывали его. После того, как манчус снова увернулся и попытался ударить в ответ он получил сразу четыре встречных выпада копьём от соседних служителей. Уже раненный он отпрыгнул назад и злобно зарычал.
Тактика служителей мне стала понятной. Старший среди них выступал в роли атакующей единицей под прикрытием, но стоило только противнику увлечься и сильно продвинуться вперёд, как он тут же получал фланговые удары от других, «молчавшие» до этого и полностью сосредоточенные на защите.
Служители вновь объединились и образовали единую группу и снова манчусы предприняли попытку их разделить. Сражение проходило с переменным успехом и никто не нёс безвозвратных потерь. Тем не менее были раненные и мы подобрали двух служителей, как мог в полевых условиях я оказывал им помощь. Пробитую брюшину сложно было залечить. Кровотечение вроде остановили, а дальше я приложил руку и стал насыщать его силой. Второму жизни ничто не угрожало, но повреждённое колено явно надолго вывело его из строя.
— Толкач, — окликнул я своего погонщика. — Эти на тебе. Если откроются раны, то дай знать. Сопелькин — подстрахуй его.
Мы двигались на удаление от служителей в пяти — десяти метрах, прикрывая тылы служителям. Не сумев их пробить в лоб, двое из манчусов предприняли попытку проверить нас на прочность. У нас не было группового щита, но погонщики держали свой. Мы не выглядели грозной силой и манчусы резонно решили, что если выбить сначала служителей, то мы будем лёгкой добычей. Вот только первый манчус, что решил проверить на прочность мой индивидуальный щит умер, так и не получив возможность исправить свою ошибку. В момент его удара, я развернул защитную полусферу и я уже давно заметил, что если в этот момент вблизи находится противник, то его при этом неплохо так прикладывает ударной волной и отбрасывает. Вот и моего манчуса в момент его атаки встречным силовым потоком приложило да так, что он опрокинулся и раньше, чем он успел подняться три удара копья, прижали его к земле снова. Пробить с первого раза не смогли, но погонщики не расстроились и навалились на копья ещё сильнее прижимая манчуса, а тот стал выворачиваться и пыхтеть, да только что-либо существенного сделать, когда на тебя давят три копья под тяжестью трёх четвероруких погонщиков практически невозможно. Секунды четыре он держался, а когда он лишился защиты, то и жизни за одно.
 
Мне не когда было обращать внимание на опрокинутого манчуса его я оставил на погонщиков, а сам же встретил второго. Наша небольшая стычка закончилась схожим образом, что и с первым, только тут его служители встретили в спину. Зря он между нами решил побегать. А с другой стороны, где ему ещё этим заниматься? Можно и нас обойти, вот только там два каруса круги наматывают и явно не против выцапать одного из манчус и перекусить им.
Как бы не хотел старший служитель сберечь огненные камни, но в какой-то момент он использовал их. Манчусы отпрянули, покричали что-то злобно и отошли на безопасное расстояние. Я же стоял на поле боя и использовал водоворот, чтобы восполнить силу.
— Не ожидал я, что от вас может быть польза. Спасибо, — кивнул старший на поверженного манчуса. — Жаль, что наша скорость упадёт.
— С чего бы? — оглянулся я посмотреть на раненых. — Погонщики на себе раненых потащат, для них вес человека, это вообще не вес. Даже не заметят.
— Тогда пять минут на отдых и выдвигаемся. Надеюсь кэрсанов мы не привлечём. Те если почувствуют слабость в противнике будут биться до конца.
Через два часа мы добрались до последнего перевала и картина была не радужная. Наш форт виднелся на удалении и выглядел он как потревоженный муравейник.
— Мне кажется, что наши отбились.
— Похоже на то, — кивнул я. Часть стены форта была разрушена. Манчусы покидали форт и явно не с пустыми руками, но люди закрывали брешь и отбивались.
— Если поднажмём, то за полчаса доберёмся и поможем.
— Нужно сильно брать влево, иначе можем оказаться в окружение. Во фланг нужно зайти.
Старший служитель помолчал, но потом согласился. Рад, что у него есть голова на плечах и он не брезгует прислушиваться к мнению окружающих.
Так что не полчаса, а все полтора мы приближались к форту. Да, нас заметили и манчусы и дозорные кэрсанов, что высматривали меняющуюся обстановку на поле боя. Влезать под перекрёстные силы противника они благоразумно не захотели и предпочли выслеживать отдельные группы манчусов, благо тут кругом равнина и спрятаться на высоте им не где. А вот почему нас манчусы игнорировали я понял лишь, когда мы подошли — у них и так богатая добыча и мы явно сейчас мелкая сошка, что с нас взять?
Совместными силами с защитниками форта мы вытеснили манчусов. Старшему служителю пришлось потратить весь свой немалый запас огненных камней, но с главной задачей справились. Стоило только манчусам отойти, как служители форта выпустили всех рабов на работу, чтобы очистить, а в будущем и восстановить стену, а отдельные группы служителей стали прочёсывать все уголки форта в поисках одиночных противников, которые не успели уйти. Целую ночь были слышны отголоски боя то тут, то там, но служители явно знали своё дело и нас не привлекали. У них своё взаимодействие и мы бы только им мешали.