Притворись моей дочкой! (СИ)

— Николь, хорошо, что ты ответила, — голос Зинаиды Родионовны вопреки моим ожиданиям вовсе не такой уверенный. — Я должна тебя предупредить об опасности, — я настораживаюсь. Всё-таки сон был не просто так… — Это не телефонный разговор, приезжай ко мне, как только сможешь. Это очень важно!
Глава 35
Глеб
Заболеть ветрянкой в 36 лет — это смех сквозь слёзы. Как это возможно, если я точно помню, что болел. Или нет?
— Мам, привет, — не выдержав раздирающих память мыслей, звоню той, кто знает обо мне больше, чем я сам.
— Это кто? — доносится невозмутимый голос моей роднули. — Мужчина, вы куда звоните?
Ну конечно она меня узнала! Просто я не звонил, наверное, с неделю, и мама, похоже, обиделась на меня.
— Вам звонит ваш блудный сын, который готов пасть к вашим ногам и молить о прощении.
— Не знаю, о каком сыне вы говорите. У меня только внучка. Она не забывает про свою бабушку и звонит каждый день мне или деду. Поэтому если у вас что-то важное — передайте через неё.
— Мааам, ну простииии! Я больше не буду! — канючу, как ребенок.
Дело в том, что с ней я себя именно так и чувствую. Мама всегда была строгой, но никогда не отталкивала меня. Журила за проделки, но даже в самом тяжелом переплете я твердо знал, что у меня надежный тыл — мои родители. Каким бы я ни был, они поддержат и не откажутся от меня.
— Мальчик, передай трубку взрослым, — издевательски продолжает держаться выбранной линии, но в интонации уже появились мягкие нотки. — Я хочу поговорить со взрослым мужчиной.
— Взрослый, обаятельный, умный и самый красивый мужчина у аппарата, — выдаю брутальность в голосе на максимум.
— С чего это ты решил, что самый красивый? — не выдерживает и смеется мама.
— Просто меня родила самая красивая женщина, а я весь в неё! — не растерявшись выдаю самую настоящую правду.
— Не весь, увы… — притворно разочарованно говорит мама. — Характером в отца, такой же самоуверенный наглец!
— За это ты нас и любишь, — мама простила, я чувствую это и выдыхаю.
— Куда вас денешь… — тяжелый вздох. — Говори уже, что у тебя стряслось, что о матери вспомнил.
— Мааам, ну всё уже, я осознал, исправлюсь. Как вы там? Отец в порядке?
— Нормально. Когда вы уже приедете? Скоро месяц с момента, как Никочка уехала и обещала каждые выходные приезжать. Что у вас там происходит?
— А что происходит? Всё как и планировали: Ника учится, я работаю, — врать маме не люблю, но сообщать ей по телефону, что влюбился, плохая идея. Уже через два с половиной часа (именно столько времени занимает путь до Измайлова от нашей родной Константиновки на папиных жигулях) мама будет здесь, чтобы «познакомиться с невесткой».
— Фух, ну слава Богу, — выдыхает облегченно. — А то мне Альбина звонила на днях… Я, конечно, не придала особого значения, но на всякий случай решила уточнить.
Вот это поворот. Не припомню, чтобы моя бывшая когда-то изъявляла желание общаться с моими родственниками.
— И чего она хотела? — не скажу, что я сильно обеспокоен этим, но всё же интересно.
— Не поверишь, — усмехается мама, — просила помочь в семью вернуться!
— И что ты сказала? — мне тоже смешно это слышать, и я представляю, что моя родительница с её чувством юмора могла ответить на такое «соблазнительное предложение».
— Да ничего, — хмыкает мама, — сказала, что в семью не возвращаются, её создают и берегут…
— Думаешь, она поняла? — спрашиваю скептически.
— Конечно, нет! Плевалась тут на меня ядом, шипела, что мы с отцом виноваты в вашем расставании. Короче, Альбина в своём репертуаре. Наговорила гадостей и пообещала, что всё равно найдет способ, как добиться своего.
Это для меня не новости. Моя бывшая — любительница нагнать ажиотажа. Угрозы я слышу не впервые. Сначала верил в них и плясал под её дудку, а позже просто забил. Собака лает — караван идёт…
— Сынок, ты прости, что-то отец зовёт, — вдруг осекается мама. — Я вас люблю и жду на эти выходные! Никаких не принимаю отказов. Иначе удалю твой номер из телефонной книги, будешь телеграммы мне писать.
 
Ну вот, моя вечно занятая женщина! А еще на меня обижается.
Я невольно улыбаюсь, представляя лицо мамы. Нет, всё-таки она права — на эти выходные кровь из носа нужно попасть в Константиновку. Соскучился я по своим старикам очень.
— Дядя Глеб, ты что, тоже болеешь ветлянкой? — за разговором, я и не заметил, как в моей комнате появилась маленькая виновница моего удивительного заболевания.
— Ага, — улыбаюсь ей и присаживаюсь на кровати. — А ты прямо как спящая красавица, спишь до обеда.
— Я давно плоснулась, — смеется Дианка. — Дядя Глеб, у меня плыщики чешутся, а Ника вчела сказала, что нельзя их чесать, а надо зеленкой помазать. Давай ты помажешь мне, а я — тебе?
Честно говоря, я не планировал извазюкиваться в зеленке, но во-первых, ребенок просит, а во-вторых, мои волдыри становятся всё ужаснее на вид, и может зеленка их хотя бы присушит поскорее?
В общем, я решился и мы с Дианкой начали увлекательную игру — кто намажет больше прыщиков у соперника. Я, конечно же, поддавался, ибо у ребенка их было раз в десять меньше, чем у меня.
— Дядя Глеб, ты похож на Шлэка! — хохочет маленькая Фиона. — А у меня остались только на попе.
— Давай попу тебе помажет мама, — говорю и слышу звонок телефона. — Кстати, вот и она.
Принимаю вызов и не успеваю сказать и слова, как слышу голос Николь:
— Глеб я у соседнего дома, встреть меня, пожалуйста! — она говорит быстро и, кажется, что вот-вот заплачет. — Я тебе потом всё расскажу, но меня, похоже, хотят убить…
Глава 36
Николь
Тёть Зина буквально шокировала меня своими словами. Боевая, уверенная в себе, она разговаривала со мной всегда с чувством превосходства. Сейчас же её голос звучал напуганно и растерянно, чего никогда за ней не наблюдалось.
— Я буду ждать тебя на квартире, приезжай, как только сможешь. Это очень важно.
Эти слова звучали у меня в голове, пока я пыталась решить, что делать — проигнорировать её просьбу или прямо сейчас рвануть на зов. Тревожный сон с участием мамы вселял еще бОльшие подозрения. Может, стоит прислушаться к предостережениям? Всё-таки тётя Зина — мамина сестра, хоть и сводная, может мама через неё меня спасет от опасности?
Знакомый двор старого полуаварийного дома с отбитыми на углах кирпичами. Всё та же компания на разваленной детской площадке, всё тот же «аромат» в подъезде… Почему она назначила встречу здесь, а не у себя дома, в частном секторе? Мне кажется это странным… И почему я сразу не подумала об этом?.. Может вернуться, пока еще не поздно?
Но долго раздумывать у меня не получилось. Как только я ступила на площадку пятого этажа, дверь квартиры распахнулась и меня чуть не втащили внутрь…
К огромной радости, это всё-таки была тётя Зина. Но выглядела она так, словно скрывалась от преследования: глаза бегают, голос дрожит, щеки, которые всегда приобретали красноватый оттенок, когда она в очередной раз отчитывала меня за что-то, теперь просто пылали. Вопреки ожиданиям, она потащила меня не в гостиную, где есть диван и можно спокойно поговорить, а на кухню. Неужели будет чаем угощать?
Ага, как же! Указав мне на место за совершенно чистым столом, хозяйка квартиры сначала подошла к окну, которое несмотря на полуденный час было зашторено и, словно тайный агент, выглянула в щелочку.
— Тёть Зин, что за шпионские игры? К чему вся эта таинственность? — я пыталась говорить беззаботно, но внутри всё клокотало от страха, вызванного абсурдностью происходящего.
— Тише! — шикнула на меня женщина. — Ты как сюда добралась?
— Ну как… — я удивленно развожу руками. — На автобусе, конечно. Потом от остановки пешком.
— За тобой не следили?
Меня сейчас разорвет от этого нагнетания! Хватит уже говорить загадками.
— Тёть Зин, кто и почему должен за мной следить?! Говорите уже, что случилось и зачем весь этот цирк?!
— Этот «цирк» нужен, чтобы спасти тебе жизнь, глупое создание! — женщина вернулась к заводским настройкам, рыкнув на меня, как в старые добрые…