Дело об исчезновении графа де Бриенна (СИ)

— На поверку всё оказалось ещё хуже, — проговорил актёр, когда она уплыла на кухню. — Здесь сплошные нарушения. Прево тянет из города все соки, и лишь часть денег уходит в казну. Остальное — в его сундуки. Он повысил все подати и налоги, а за неуплату рубит пальцы, а потом руки и ноги, он обирает купцов, продаёт на сторону руду с королевских рудников, часть плавит в своих мастерских, а готовый металл продаёт в луар. Ты же знаешь, у них со своими рудниками негусто, так что они платят вдвойне. Его стража хватает на улицах и в деревнях здоровых, крепких мужчин и отправляет их в рудники и плавильные мастерские, где такие условия труда, что долго там никто не живёт. К тому же он не брезгует перехватывать обозы с рудой у соседей, угрожая им в случае жалобы королю, обвинением в измене. Он пока на хорошем счету у королевского казначейства, и в случае доноса поверят ему, а не кому-то из местных. Не боится его только де Лианкур, старик твёрд, как скала, его земли обширней Рошамбо и куда богаче, он был коннетаблем и, хоть его звезда закатилась, он всё ещё пользуется кое-каким влиянием при дворе. Но ему осталось недолго, он стар. И когда он умрёт, де Невер подомнёт под себя и его земли. Этого, как ты понимаешь, допустить нельзя. Потому сразу отсюда я поеду в Сен-Марко и доложу обо всём графу Раймунду.
— Удачи тебе, — озабоченно кивнул Марк. — Я и понятия не имел, что здесь такое творится. Мне говорили, что я могу положиться на де Невера, но теперь, пожалуй, не стану с ним связываться. Только вот мне нужно проехать по его территории и собрать некоторые сведения, смогу ли я сделать это без его согласия?
— Что за сведения?
— Я здесь, чтоб узнать об участи графа де Бриенна, который пропал в этих местах недели две назад, и с ним пропал груз стоимостью сто тысяч золотых марок.
— Не слышал об этом. Не думаю, что прево в этом деле замешан, но… кто его знает, — Лабуле задумался. — Это большой куш, а к пальцам де Невера много чего липнет. И если он тут при деле, то, боюсь, тебе будет от него больше вреда, чем пользы. Может, мне задержаться и помочь?
— Нет, твоё дело важнее, потому поспеши в Сен-Марко и доложи обо всём Раймунду. Король упорно борется со злоупотреблениями в столице, но пока понятия не имеет, что творится в провинции. Вернее, он уже знает, что север ненадёжен, но сомневаться в юге ему не приходилось. Потому поторопись и доставь ему эти новости.
— Хорошо, — Лабуле взял со стола кувшин и налил вина в кубки. — А теперь давай забудем о наших делах и вспомним славное прошлое. Ты помнишь, как мы с тобой выбирались из Барнема?
— Изображая влюблённую парочку? — рассмеялся Марк. — Ещё бы! Ты был так хорош в том рыжем парике! Я чуть на тебе не женился!
Они просидели допоздна, поднимая кубки за короля и общих друзей, а потом Лабуле ушёл, а Марк поднялся в свою комнату. Шарль всё также посапывал на тюфяке возле кровати.
Утром Марка разбудили громовые удары в дверь. С проклятиями поднявшись, он отворил, и тут же внутрь ворвались несколько стражников во главе с сержантом. Осмотревшись по сторонам, сержант мрачно взглянул на него.
— Вы называете себя бароном де Сегюром?
— Не только называю, но и являюсь им, — проворчал Марк, взглянув на тюфяк у кровати.
Шарля там не было. Должно быть, он уже проснулся и ушёл вниз, чтоб умыться и заказать завтрак.
— Пройдите с нами, ваша светлость! — потребовал сержант.
— Ладно, только позвольте мне одеться.
— Мы ждём, — он демонстративно положил руку на рукоять тяжёлого меча.
Марк пожал плечами и взял с сундука камзол. Надевая пояс с ножнами и перевязь, он наблюдал за реакцией сержанта, но тот не изъявил желания отобрать у него оружие, что его несколько обнадёжило.
Спустившись вместе со своими конвоирами вниз, он заметил в углу зала Шарля, который встревоженно смотрел на него. Похоже, оруженосец готов был броситься на спасение хозяина, но Марк поймал его взгляд и чуть заметно покачал головой. Юноша поспешно отступил назад, в тень. Хозяйка, стоявшая возле камина, нерешительно взглянула на него, но промолчала.
 
Выйдя на площадь, Марк увидел, что сборную сцену и кибитки театра окружили солдаты. Это встревожило его ещё больше, но он не подал виду и спокойно пошёл по улицам в окружении стражников с факелами. Несколько раз у него возникало желание сбежать, нырнув в ближайшую узкую улочку, но он не стал этого делать. В конце концов, он не сделал ничего такого, за что ему грозило бы наказание, а приказ короля, который лежал в потайном кармане камзола на груди, и вовсе должен был оградить его от всех неприятностей.
Его привели в замок прево, в подвал. Мрачный клерк снова спросил его имя, потом у него забрали оружие, кошелёк с деньгами и драгоценности, после чего отвели в тёмную камеру и заперли за ним дверь. Глаза его постепенно привыкли к полумраку, он разглядел у стены койку и, пройдя туда, сел. В камере было сухо и наличие лежанки говорило о том, что пока с ним собираются обращаться вежливо. Тем не менее, то, что его заперли здесь без объяснения причин, уже настораживало, а перед глазами стояла цепь солдат, окруживших деревянную сцену и кибитки. Неужели граф де Невер узнал, что кто-то здесь шпионит за ним? Может, то, что он осмелился схватить барона де Сегюра, было вызвано тем, что его вчера видели в компании Лабуле?
Откинувшись на стену, Марк закрыл глаза, перебирая известные ему факты и обдумывая дальнейшие действия. Прошло несколько часов, когда в замке проскрежетал ключ и дверь отворилась. Вошедший тюремщик велел ему следовать за ним, и, когда он вышел, сзади пристроились два стражника.
Его привели в мрачную камеру, где стоял низкий пыточный станок, с потолка свисала петля дыбы, а в глубине палач и его помощник разжигали в горне огонь. Видимо, всё это было призвано внушить ему ужас, но он спокойно осмотрелся по сторонам и увидел небольшой стол, за которым сидел пожилой мужчина в чёрном бархатном камзоле. Судя по наряду, это был не обычный клерк. Он буравил вошедшего суровым взглядом и, заметив, что тот смотрит на него, резко спросил:
— Ваше имя?
Марк назвался.
— С какой целью вы прибыли в Рошамбо?
— Я здесь по делу короля, — спокойно ответил он и, расстегнув камзол на груди, достал из потайного кармана приказ.
Подав его незнакомцу, он отступил, с любопытством наблюдая за действиями палачей. Тот быстро пробежал глазами по бумаге и поднялся. На его лице появилось беспокойство.
— Значит, вы тот самый барон де Сегюр? — наконец спросил он.
— Другие мне не известны, — пожал плечами Марк. — Может, объясните мне, что я здесь делаю?
— Возможно, произошла ошибка, — пробормотал тот и, быстро поднявшись, вышел.
Марк невольно поёжился от холода. В камере не было окон, и сырые стены не прогревались даже в тёплые дни. Он подошёл к горну и, не обращая внимания на слегка ошалевших палачей, протянул руки к огню, а, заметив в углях раскалённые щипцы и пруты, не удержался от усмешки. Это было отличной идеей, оставить Шарля на свободе. Лишь бы он не попался им. Теперь, когда в городе есть кто-то, кто может сообщить о его участи королю, граф де Невер просто не посмеет причинить ему вред. По крайней мере, открыто.
Тот появился вскоре. Это был уже немолодой мужчина, тоже облачённый в чёрный бархат, с золотой цепью прево на груди. Взглянув на неё, Марк заметил, что цепь украшена к тому же сапфирами и рубинами, что ещё раз подтверждало, что он ставил себя выше обычного наместника. Смерив барона подозрительным взглядом, он сообщил:
— Я полагал, что вы старше, ваша светлость.
Марк пожал плечами.
— Я был едва ли не самым молодым бароном короля Армана. Время летит быстро и за прошедшие годы я не успел постареть.
— И что же вас привело в Рошамбо? — уже более учтиво, спросил граф, возвращая ему приказ, и сделал своему подручному знак. Тот кивнул и вышел.
— Я остановился у вас лишь для того, чтоб переждать тёмное время по пути в Лианкур. У меня поручение к маркизу.