Под песками (СИ)

— Потому что в культуре этого места не принято показываться обнаженной, — терпеливо объясняет Амелла.
— Что за бред? Я не человек, хоть и выгляжу похоже. С какого перепугу нагота под запретом? Быть обнаженным — это наоборот самое естественное, что присуще людям. Одежда все равно что оковы для тела. Я чувствую себя комфортно и так.
— Ты — да, но не другие люди. Ирай уже давно купил тебе комплект одежды, но ты продолжала носиться по ночам в чем мать родила, — Гримуар Разума показывает в угол комнаты, где аккуратно сложено темно-зеленое платье, которое купил Ирай на первое жалование. С тех пор его ни разу никто не надевал.
— Я не буду носить эти тряпки. Они сдерживают мою свободу, мою воинственность и мою красоту.
— То есть тебе просто нравится смущать окружающих и приковывать взгляды к себе?
— Да, а что не так? Я все-таки демон. Мое появление всегда должно быть ярким и запоминающимся, — Клогги принимает горделивую позу.
Амелла снова вздыхает и понимает, что придется потратить свой несравненный интеллект для того, чтобы победить в споре.
«Сила моего разума должна делать великие открытия и спасать миры, а не спорить с этой демоницей, но сейчас ничего другого не остается», — Мудрая Лисица ищет контраргумент, который убедит собеседницу, и быстро его находит.
— Я поняла тебя. Ты просто ищешь любую возможность, где на тебя обратят внимание. Ты получаешь удовольствие только от того, что люди смотрят на тебя, ужасаются или испытывают похоть. В первую очередь ты хочешь быть неотразимой, не так ли? Вызывать волнение, а то и панику, воздействуя на самые низменные инстинкты, — Амелла расставляет факты по полочкам.
— Прости, я прослушала середину, можешь повторить? Ты так сложно говоришь… — Клогги откровенно смеется над попыткой переубеждения.
— Хорошо, я перейду сразу к выводу: одежда не ограничит твою красоту, а наоборот подчеркнет и сделает более желанной.
— Ага, а если подуть на воду, то появится молоко. Так я тебе и поверила. Ты просто не хочешь остаться в моей тени, — Гримуар Хаоса победно тычет пальцем в Мудрую Лисицу.
— Мне на это все равно, но скажи, если ты каждый день будешь есть одну и ту же кашу, то как скоро тебе это надоест?
— Уже после первого раза.
— Вот именно. Всё приедается, и твои эффектные появления быстро перестанут быть таковыми. Одежда, помимо удобства выживания, еще элемент интриги. Она не призвана стыдливо прятать наготу, она лишь возбуждает интерес к тому, что находится под ней. Если человек будет каждый день видеть голых людей, то скоро это перестанет казаться чем-то интересным.
Только сейчас удалось заинтересовать Клогги, которая словно никогда не думала с этой стороны.
— Недосягаемый плод намного более притягателен, поэтому одежда не является ограничением. Наоборот, это оружие в умелых руках. Хотя твоих умений может и не хватить на подобное, — Амелла поверить не может, что всерьез рассуждает на такую тему. Два Гримуара пытаются обсуждать культуру людей, смех да и только.
— Ты на слабо меня берешь? — Клогги клюнула на приманку. — Даже в одежде я буду блистать! Но только не в этом платье, которое выбрал Ирай. Тебе он купил красивые платья, а мне какую-то дешевку.
— Так тебя это беспокоит? Можешь взять мои, мне все равно, —Амелле кажется, что разговаривает с капризным ребенком.
— Меня бесит сам факт этого, — гневно топает ножкой Клогги.
 
— Тебя он ценит больше, ведь на тебя он потратил честно заработанные деньги, а мои платья купил на деньги архимага и то ради задания. Как думаешь, какой жест более ценный?
— В моем случае, наверное, — неуверенно тянет Клогги. — Но я все равно не надену то платье. Сделаем так.
Воздух вокруг Гримуара Хаоса начинает дрожать, а потом темнеет, накладываясь на туловище и превращаясь в материю. Впрочем, так менять реальность для себя может любой Гримуар, Амелла и сама создает таким образом одежду, которая постоянно на ней. Ей даже не было нужно, чтобы Ирай покупал наряды для игры в клубе Ак-Мирон, и юноша об этом знал, но все равно сделал по-своему, за что Мудрая Лисица очень благодарна.
Теперь на бедрах Клогги появилась плотная черная юбка, а грудь крест-накрест закрывает похожая ткань, оставляя живот оголенным. На шее у нее появился шарф, а на голове — капюшон. Выглядит как какая-то бандитка или танцовщица с Ак-Треноса, но уже что-то.
— Так пойдет? — Клогги показывает себя со всех сторон.
— Великолепно. Осталось разобраться, что именно мы будем говорить.
— Говорить буду я, — безапелляционно утверждает Гримуар Хаоса, меняя длину волос до уровня груди. — И не надо смотреть на меня так, тебе же никто не помешает вмешаться и поправить. Я могу выглядеть дурочкой, потому что это мой жизненный стиль. Законы, правила и дисциплина моей хаотичной натуре совсем не подходят. Однако я действительно не собираюсь делать ничего такого, что помешает планам Ирая. Все-таки мы с ним заодно.
— И поэтому ты вмешалась в ритуал «Обрушения небес», изменив природу дождя на кислоту? — Амелла поднимает одну бровь.
— Чего? Да не делала я этого! Чё сразу я? У меня нет свободы делать что-то значимое, пока я нахожусь в сердце Ирая. Разве что вдарить хорошенечко, если он пытается флиртовать с другой девушкой.
— Допустим, я тебе верю. Нам нужно решить, будем ли мы раскрывать свою истинную личность или придумаем легенды?
— Не вижу смысла прятаться. Культ Поветрия уже в курсе, что я на самом деле работала против них. Они и так узнают, кто я. К тому же я плохо умею притворяться. Я же не Ирай, чтобы постоянно держать под контролем кучу выдуманных фактов о себе.
— Хорошо. Только давай ты не будешь говорить, что ты Гримуар именно Хаоса. Людей это может напугать. Возьмем для тебя личность кого-то, кто однозначно уничтожен, но при этом доказать это будет очень сложно. Раз ты любишь огонь, то как насчет Гримуара Огня, Лифрека? Он погиб по моим данным.
— Э, он же парень.
— Гримуары могут корректировать внешность, — пожимает плечами Амелла.
— Ладно, лисья твоя морда, буду говорить, что я Лифрек. Давай уже отправляться.
Два Гримуара выходят из помещения и библиотеки, оставив позади удивленного мэтра Мовака, который так и не понял, что это за гостьи. За башней уже ждет экипаж, который доставит их во дворец. Все же генерал Ангерс сразу отослал рапорт о том, кто пришел к нему в шатер с требованием открыть портал до столицы. Не исключено, что их видели при помощи дальнего наблюдения.
Вместо зала совещаний их ведут прямиком в тронный, где собралась вся королевская семья, военные советники, министры и маги. Все их интересует, что именно случилось во время сражения, как Гнисир смог призвать такого демона и куда делся сам.