Мой бывший муж

– Мам, – состроила жалобную рожицу.
– Давай-давай.
– Иди, хорошая моя, собери вещи, завтра у нас каникулы начнутся. День рождения твой отпразднуем в «Леголэнде».
– А море?
– И на море поедем.
– У нее все лето расписано, – покачала головой я. Весь июль отдыхает с родителями Вадима, затем с моими поедет в Коломну. Будет помогать помидоры сажать.
– Как отмечать будете? – деловито поинтересовалась свекровь, рассматривая накрытый стол. – Понравилась? – на вазу кивнула. Я их, можно сказать, коллекционировала, а у Ирины Владимировны хороший вкус.
– Очень. Где вы их такие находите? Просто произведение искусства!
Тонкий фарфор невероятного жемчужного цвета с брутальными зазубринами с одной стороны и нежными цветами с другой. Сила и нежность. Интересное сочетание.
– Есть места, – загадочно ответила и развела руками. – Я даже не знаю с чего начать. Такое разнообразие.
– Мы запустили тестовое производство выпечки и десертов, и я дорабатываю рецепты, экспериментирую. Поможете?
– А это хлеб твоей бабушки? – покосилась на румяный каравай.
– Да.
– И не проси, – и отодвинула от себя. Я, признаться, смутилась. – Катя, его если начнешь есть, уже не остановиться! А я целый год к пляжному сезону готовилась. Семь потов сошло, а ты меня искушаешь!
Да, баба Маша моя волшебница. Поэтому ее сделала партнером и главным технологом. В восемьдесят два у нее открылось второе дыхание и, считай, новая жизнь началась. Карьера!
Помещение мы сняли, ремонт полным ходом – агентство помогло найти команду профессионалов, и наше видение обстановки и дизайна совпало сразу. Я очень надеялась, что к середине августа мы откроемся хотя бы в бета-режиме, как магазин. Персонал уже нашла – много общаюсь с молодежью через фонды, там кладезь молодых и прогрессивных. Я отхватила лучшего бариста в Москве, правда, об этом пока знали только мы – все кого Олег кофе поил, когда волонтёрили! Он координатор движения, и по старой дружбе взялся помочь. У него реально золотые руки!
– Катерина, я поговорить с тобой хотела, – вдруг переменилась свекровь. – О доме в Пушкине.
Я не ожидала, но удивлена не была. Для меня тоже было сюрпризом, что Вадим оставил дом мне.
– Не обижайся на меня, но это дом семьи Полонских. Вадим не имел права так вольно им распоряжаться.
Вообще-то имел: дед перед смертью ему завещал особняк, я бы даже усадьбой его назвала. Потрясающее место в исконно русских традициях, а воздух какой волшебный! Именно Вадим по документам там хозяин. Был. Теперь вроде как я. Но и в заявлении свекрови истина есть.
– Ирина Владимировна, для меня это тоже было неожиданностью. Вам лучше с сыном этот вопрос обсудить.
– Ты же знаешь Вадима! – всплеснула руками она – не бывалая эмоциональность! – Он принял решение и никогда не пойдет на попятную, и это не всегда верно, – добавила тише, проницательно сверкая серыми глазами.
– Куда вы клоните, Ирина Владимировна? – подтолкнула я. Что от меня нужно?! Дарственную подписать? Так и скажите!
– Катерина, ты знаешь, как я к тебе отношусь, и я согласна, что мой сын виноват перед тобой и вашей с ним семьей, но жизнь продолжается. Ты можешь выйти замуж. Вадим – жениться, и в доме Полонских должны будут жить его дети. Там жил дед и прадед Вадима. Ты и Вероничка…
– Я поняла, Ирина Владимировна, – прервала ее. Не хочу больше слушать. Она права, но приятного мало. Я больше не Полонская. Хоть и ношу их фамилию. – В доме ваших предков должны жить ваши внуки.
– Вероника тоже моя внучка, первая и единственная. Пока, – сухо проговорила свекровь. – Катерина, я не хочу у тебя ничего отбирать, просто этот дом – наша память и корни. Когда Вероника станет совершеннолетней, я не против, чтобы на нее Пушкин переписали. А сейчас давай купим тебе другой дом в Питере или области.
– Не нужно. Я поговорю с Маратом Рудольфовичем. Думаю, он решит вопрос.
– Катя… – она не договорила, в дверь позвонили.
– Извините, – я пошла открывать, столкнувшись в гостиной с дочерью. Она уже чемоданы стаскивала в прихожую. – Ника! – головой покачала, но не смогла не улыбнуться. Моя взрослая девочка и такая умильно сосредоточенная, когда приятным делом занимается. Да, это не уроки зубрить.
 
– Здравствуйте, Полонская Екатерина? – спросил курьер с большой коробкой в руках.
– Да… – опешила я. – Простите, а что это?
– Распишитесь здесь, пожалуйста, – и указал на дисплей. – До свидания.
Я осталась стоять, а огромная подарочная коробка рядом.
– Мама, давай открывать! – воскликнула Ника. – Это же подарок!
Бледно-розовая, гладкая, прямоугольная, белоснежным бантом перевязанная. Я позволила дочери развязать ленты и снять крышку.
– Вот это да! Какие красивые! – и на меня посмотрела с восторгом.
– Действительно красивые, – свекровь тоже вышла узнать, что за суета.
Цветы. Розы. Очень красивые. Крупные бутоны со следами росы на лепестках и длинные ножки с изумрудными листьями. Они были разных цветов и хаотично смешаны в изумительный букет: красные, розовые, белые. Страсть, нежность, чистота. Это лично мои ассоциации. Ведь иногда цвет – просто цвет, а букет – всего лишь дань вежливости.
– Кто это тебе такие подарки дарит? – ровным голом поинтересовалась свекровь.
– Не знаю, – обронила и попыталась карточку найти. Нашла и не только ее. В мягком наполнителе на дне лежал плоский длинный футляр и записка.
С днем рождения.
Вадим.
Бывший муж не забыл. Красивый жест и сухое поздравление. Я открыла футляр на автомате: на бархатной подушечке лежал браслет и пара колец, которые крепились к нему великолепными алмазными нитками. Очень интересная и утонченная вещь. Вероятно, на заказ сделанная.
– Мам, а можно примерить? – тут же попросила Ника.
– Очень щедро для бывшего мужа, – поделилась впечатлением Ирина Владимировна, взглянув в карточку. Я вспыхнула. Она ведь права! Вадим больше не мой мужчина, и я не должна принимать такие подарки.
– Ника, там пирожные попробовать нужно, ну-ка разберись. – Я использовала беспроигрышный вариант избавиться от ребенка. – Ирина Владимировна, может, заберете? Передадите Вадиму, потому что это все, – я обвела руками коробку в воздухе, – лишнее.
– Нет уж, – отозвалась она. – Сами разбирайтесь: то ты просишь, то Вика…
– Вика? – не поняла я, но по лицу свекрови ясно, что вычленила информацию верно. Неужели уже с родителями любовницу познакомил?
– Ладно, – она вздохнула тяжело. – Все равно узнаешь. Это старая история. Вадим еще в школе с этой девочкой дружил. Я ее родителей знаю хорошо. Александр Иванович с Зиминым по госслужбе знаком. В общем, она уехала сразу после школы во Францию, а сейчас вернулась. Они с Вадимом сначала по работе контактировать начали, а сейчас вроде отношения у них.
– Понятно, – выдохнула я. Мы же в разводе. Мне все равно должно быть… Черт. Как же так? Как же так?!
– Катерина, прости, – извинилась Ирина Владимировна вполне искренне. – Не хотела, чтобы так происходило с вами, но… Прости, что вынуждена рассказывать.
– Она его первая любовь? – спросила, прежде чем язык прикусить.
– Да какая любовь в семнадцать лет! – отмахнулась свекровь, но я поняла, что в точку попала. Теперь мне все ясно. Пазл собрался.
Вот и «коллега» нарисовалась, и причины такого неожиданного увлечения. Стройка на Пресне и бывшая возлюбленная – прямо звезды сошлись. Вадим не просто разнообразия захотел, он встретил женщину, которую близко знал когда-то. Ее он, получается, любил дольше, чем меня. А может, я всегда заменой была? Глупость, конечно, но… У всех были первые чувства, но я бы даже ради самой бесшабашной первой любви многолетний счастливый брак не стала разрушать. Я любила мужа! А меня муж любил? Не знаю даже. Теперь кажется, что ему та любовь дороже была. Жил со мной, счастливо ведь жил, а в потаенном уголке души Вика эта властвовала, получается?