Империя храмов (СИ)
— Юный адепт, как вы сами знаете, брат, впервые в таком великом месте. И немного растерялся. Я искренне надеюсь, что вы простите нам небольшое нарушение.
— Все мы равны перед всеблагими… — последовал задумчивый ответ. — Но что же юный адепт не скажет за себя? Юноша, правила вежливости говорят о том, что нужно смотреть в глаза при разговоре. Подними же свою голову.
Вот это подстава… Но я, уже проклиная все эти препирания и непонимание, как выжить в мире нужника в виде дыры и репы на завтрак, забылся. Совсем чуть-чуть, просто отвёл взгляд в сторону, желая избежать внимания.
И заметил вид, открывающийся из окна. Там, за пышными кронами окружающего леса, был город. Это точно не лес. И я не в страдающем средневековье.
В рассветной дымке, как мираж, в небеса устремились небоскрёбы. Десятки и десятки высокотехнологичных зданий разнообразных форм и высоты. Даже поражающие воображение Токио и Нью-Йорк, в которых мне удалось побывать, не сравнятся с этим видом.
Колоссы, острые и с плавными линиями, тонкие и массивные — их количество совершенно выбивало из реальности. Из новой реальности и известной мне. Мне показалось, что я вижу призрачные мосты на невероятной высоте, соединяющие эти громады.
Солнце поднялось над горизонтом и стекло гигантов ослепило меня тысячью скачущих разноцветных бликов. Такого в нашем мире точно не было…
Глава 2
Вид меня шокировал больше всего остального. Чужое тело, монастырь, братья, адепты, светящиеся глаза, губернии — всё это ушло даже не на второй план, а просто провалилось в пропасть недоумения.
Контраст был чрезмерно большим. Все мои фантазии о нужниках и прочей ереси вышибло из головы. Глаза слепило до слёз от невозможного вида. Я, стараясь не двигаться, переводил взгляд с грубо отесанного камня оконного проема на сверкающие вдали небоскрёбы.
Тут что-то совсем не так.
В поле зрения, как в насмешку, попалась характерная кривая грядка под окном. На воткнутых прямо в землю кривых палках были натянуты дряхлые веревки, обозначающие границы местного земледелия. Внутри периметра кучно колосилась ботва, вероятно морковки. Уж больно кучерявая и жизнерадостная.
А за ней, добивая общую картину, паслась тощая коза. Доходяга флегматично что-то жевала, посматривая одним прищуренным глазом на огород. Но даже не дергалась в его сторону. Явно воспитанная скотинка.
Всё это, на фоне миража небоскребов, пролетело в моём мозгу, как полный сюр.
Может, я не умер, а брежу? Но нюхать монахов я не стал, лишь отвёл взгляд и вернул положение головы в пол, помня о наказе не смотреть в глаза. Раз уж сам велел, сам и выкручивайся пока.
— Брат Михаил, пусть поведение адепта и может быть простительно, на первый раз, но у нас тоже следуют кодексу. Поэтому я, как его наставник, осмелился наложить временный обет молчания. Так что не требуйте от него невозможного, прошу.
Хорош, зараза. Я еле удержался от одобрительного взгляда и уважительного хмыканья. Молчание в моём случае точно золото. Пока я не разберусь, в какую дичь я попал, лучше помалкивать. А когда на это есть официальное разрешение, то вообще прекрасно.
— Что за каменный век, брат? — в голосе собеседника было слышно искреннее удивление. — Ваша приверженность древним обычаям слишком дотошна. Мало того, что адепт одет как неотёсанный крестьянин, так вы его ещё и обетами обложили.
— Смирение и скромность… — начал нудеть мой монах.
— Удел ордена аскетов, — резко оборвал его другой. — Ваш подопечный теперь в столице и ему придется соответствовать современному миру, а не вашим уездным обычаям, которые… Впрочем, простите мою несдержанность, брат. Я тоже взволнован пополнением наших рядов. Не стану оспаривать ваше право наложить обет, но ограничим его до послеобеденного сбора новоприбывших адептов.
— Как скажете, брат Михаил.
Шорох одеяний и наступившая тишина заставили меня немного напрячься. Словесная баталия явно закончилась победой невидимого мне Миши. Пусть язвительный тон его слов мне и не понравился, но сам смысл пришёлся по душе.
Ходить в мешке из под картошки тоже не особо хотелось. Особенно в той обители стекла и бетона, что я мельком увидел. Мои мысли подтвердила и депрессивная коза за окном, согласно проблеяв.
— Давайте оставим наши споры, — неожиданно примирительно сказал местный. — Пусть адепт возвращается в спальни, а мы с вами поможем братьям с подготовкой к утренней службе.
Я почувствовал легкий хлопок по спине, направляющий меня в другой конец коридора. И пошёл на автомате. Молчать до обеда, не смотреть в глаза ещё час… Не самые комфортные условия для разведки на местности, которая не знакома.
Монахи за спиной тихо обсуждали какие-то дела божественные. Как бы я медленно не плёлся, услышал я мало. Но успел понять, что тут много прибывших адептов как из губерний, так и местных. И пока они, в том числе и я, осваиваются в столице, где мы и находимся.
Пополнение, так сказал второй. Звучит довольно странно, как и в общем их речь.
Был у меня один знакомый батюшка, молодой парень, немногим за тридцать. Словословить они все мастера, образование такое. Но вот манера общения совсем иная. Впрочем, эти упоминали богов, а значит аналоги приводить бессмысленно.
Адепты так и вовсе что-то жреческое, то есть однозначно языческое. Разберёмся. И как выбраться из этого пристанища ряс, коз и морковки, тоже. Пока на меня обетов не накинули посложнее молчания.
Я добрался до очередной скрипучей двери и, отворив её, попал в другой коридор, на этот раз тёмный. Бормотание стихло, и я вслушался, пытаясь понять, куда мне идти.
Справа раздавались далёкие и приглушенные звуки. И речь. Значит пойдём налево, где тихо. Я передвигался короткими участками, замирая и слушая. Глаза постепенно привыкли и я смог разглядеть редкие двери.
Откуда проникает слабый свет, мне понять так и не удалось. Чертовщина какая-то, словно сами стены слегка светятся. Хотя, если учесть небоскрёбы на монастырских «задворках», возможно даже в этих старых стенах не обошлось без современных технологий.
В итоге я решился дергать за массивные деревянные ручки. Усилий я прилагал немного, исключительно проверить. Вдруг где попадется незапертая дверь и она откроется легко. Такая мне и попалась.
Привела меня она в глухой внутренний сад. Так, садик. Не более десятка метров по одной стороне, высокие стены без окон, несколько деревьев и кустов, не шибко бодрых при таких условиях.
Но по центру этого двора находился небольшой фонтан и я, завидев идеально ровную водную гладь, устремился к ней. Если мне нужно дождаться момента, когда перестанут светиться мои глаза, я должен хотя бы это увидеть.
— Твою же мать…
Зрелище вынудило меня вздрогнуть. Глаза на незнакомой молодой роже действительно сияли двумя тлеющими угольками. И я находился точно не в помолодевшей версии себя.
Отражение смазливой и лохматой башки пацана лет восемнадцати пошло рябью от моего тяжелого вздоха. Да уж, Ильюша, из такой ситуёвины мы ещё не выбирались.
Я сел прямо на землю, прислонившись спиной к холодному камню. Лицом к единственному входу, он же выход. На мир загробный это было похоже всё меньше. Бесплотным духом я себя не ощущал. Мало того, хотелось жрать.
Небо продолжало светлеть, в кустах что-то бегало, по деревьям порхали мелкие птахи и чирикали. В животе начало урчать всё чаще и настойчивее. Только я задумался о причине отсутствия каких-либо звуков мегаполиса, как дверь приоткрылась и в неё стал протискиваться детина. По какой-то причине и к моему счастью, делал он это задом.
Я быстро и бесшумно перекатился за укрытие фонтаном. Одновременно взглянув в отражение. Глаза стали нормальными, пугающие демонические огни из них пропали. Часа точно ещё не прошло. Интересно, это хорошо или плохо?
— Кто здесь? — услышал я настороженный шёпот.
Неужели заметил? Вот зараза, я был уверен, что проделал всё незаметно. Правда хрен знает на что я наделся. Спрятаться в таком пространстве в принципе было невозможно.