Подсластить победы горечь (СИ)
— Владетеля может спасти только атмосфера всеобщего страха, кум Элан, — тихо сказал королевский шут, сидя на полу. — Потому что посмеяться вместе со всеми он не сумеет.
— Всеобщий страх, — с сомнением протянул король. — Когда под боком прогрессоры? Ну это навряд ли. Лучше бы он посмеялся над идиотскими шуточками. Жаль, что у него и вправду не получится…
— Согласен. Он совсем не такой смешной, как ты.
— Может, отправить ему в подарок тебя? — с досадой спросил Боэланд. — Уверен, что ты справишься с этой сложной задачей. Отыщешь в нем нечто по-настоящему смешное.
— Нет, кум, не надо! — шут в притворном ужасе отполз подальше от кресла короля. — В тебе-то кто будет отыскивать смешное? Не-ет, без меня тебя конец. Ты, ведь, кум Элан, так и не понял, что именно такого конца, которого с ужасом ждет Владетель, опасались для тебя твои приближенные во главе с ди Лартегой. Те, которых ты подверг опале. А они боялись, и не зря, полагаю, боялись, именно этого хода со стороны прогрессоров. Сначала высмеивание правителя, потом разоблачение его недостойных поступков или клевета. А потом — не смотри на меня таким тяжелым взглядом, кум, я боюсь — потом замена правителя на свою марионетку. Хи-хи, как смешно.
— Что же там случилось в чертовом Борифате за те две недели, пока посол скакал сюда?! — Боэланд стукнул кулаком по подлокотнику. — Как же я иногда жалею об отсутствии голубиной почты!
— А почему ее нет? — удивилась Фенелла. — И вправду…
— Вправду? — усмехнулся король. — В нашей гористой стране столько хищных птиц, что ни один голубь не долетает от Альнарда до Вальямареса.
— И тут, ваше величество, — глуховатым голосом заговорил дон Цезар, — снова возникает вопрос об электрической связи между городами.
Боэланд тихо застонал, откинулся в кресле и показательно закатил глаза.
— Ну зачем вы так? — с укором продолжил командир его личной охраны. — Я не говорю о той связи, которую прогрессоры называют спутниковой. Она, понятно, не для нас. Но электрическая связь — это так просто! По длинному-длинному проводу почти мгновенно проходит электрический ток на электромагнит в соседнем городе. Включенный электромагнит притягивает к себе железный штырек. Приделанное к штырьку перо рисует. Длинную полосочку, если ток шел несколько секунд. Точку, если сигнал шел одну секунду. А мы потом эти полосочки и точки расшифровываем, как и любой другой шифр. Только всего и надо, заправлять чернила в перо.
Король наклонился вперед к подошедшему к его креслу дону Цезару.
— Вы как маленькие дети с доном Альвесом, — резко сказал он. — Причем де Карседа — явно ребенок постарше. Подумай, дон Цезар! Про перо, наполненное чернилами, я молчу пока…
— Можно присобачить стержень из пережженного угля, — тут же сказал дон Цезар, — было бы желание.
— Желание у тебя есть, — признал Боэланд. — Сообразительности — куда меньше. Я все пытаюсь сказать тебе про длинные-длинные провода, про источник электрического тока пока тоже молчу… Не перебивай своего короля, фанатик электричества! Говорю про провода. Которые длинные-длинные. Где мы достанем такое количество тонкой медной проволоки, чтобы сделать из нее электромагниты и провода через половину страны? Мы не умеем так тонко раскатывать медь. А ведь провода нужно еще чем-нибудь оплести, чтобы их не мочила вода. Это как раз то, — наставительно закончил король, — что более трезвый, чем ты, дон Альвес называет разным техническим уровнем культуры. Забудь, наконец, об электрической связи.
— У меня такая хорошая память, — протянул дон Цезар. И вдруг пристально поглядел на Фенеллу.
— А ведь предыдущий граф де Маралейд считался колдуном, — вроде бы ни к селу, ни к городу сообщил он, не отрывая внезапно загоревшихся глаз от жены дона Сида Оканнеры. — Он умел много всего неожиданного. Никто не удивится, если и следующий граф будет… э-э-э… со странностями. Главное, чтобы эти странности были на благо короны.
— Короче! — рявкнул Боэланд.
— Поручите дону Сиду создать электрическую связь между городами! Уверен, что он создаст и медную проволоку и оплетку для проводов. И даже источник тока. И вообще все, что нужно. Он сообразительный. И никого не удивит тогда, что вы отдали этому рыцарю руку своей сестры.
Глаза у короля загорелись тоже.
— Вы, ваше величество, — усмехнулась Фенелла, — конечно же, самый старший ребенок из них троих.
— И все же, идея хороша, — заметил Боэланд. — Я хоть отвлекся от непрерывной тревоги за судьбу Владетеля. Неужели же и вправду прогрессоры сумеют его настолько опозорить, что сместят с трона…
— Возможно, уже смогли, — пробормотал шут. — Мы просто еще об этом мне знаем.
— За две недели?! Всесильного Владетеля Борифата? — нахмурился король Остарии.
Шут ничего не ответил.
Когда принцесса покинула покои короля, оставив его на попечение шута, за ней увязался дон Цезар.
— Постойте, ваше высочество, — тихо и серьезно сказал он. — Его величество не может попросить вас об одной крайне деликатной услуге. А я могу, я совсем не деликатный.
Фенелла с удивлением воззрилась на подошедшего к ней вплотную командира охраны.
— Этой ночью в Вальямарес прилетел Генрих Таубен, — еле слышно сказал дон Цезар. — Он наверняка знает, что произошло в Мараканде за две последних недели. Попробуйте его разговорить, прошу вас. Улыбнитесь, глазки состройте. У вас это прекрасно получается.
— Не обещаю, что получится, но попробую, — Фенелла кокетливо улыбнулась на пробу.
— Получится, — смутился дон Цезар, отводя глаза. — Глава прогрессоров Борифата прибыл к нам на предстоящий турнир. Сейчас направился в академию Айвена Рудича.
* * *— Ваше прекрасное высочество, дозвольте вопрос задать.
У стрельчатого портала частного замка, выкупленного королем у владельца для создания академии в его стенах, принцессу перехватил почтенный купец. И не простой купец, а сеньор Кальдаро, родной отец Даники Кальдаро, успешно играющей роль эмиссара прогрессоров.
Фенелла напряглась.
— Я только хотел узнать, не вернулась ли в столицу сеньора Диана.
Диана отбыла Землю сразу после того, как Боэланд ускакал в свой летний дворец в ту знаменательную ночь, когда они так эффективно выяснили отношения. Там студентка интенсивно продолжала обучение, пока в Остарии из-за жары был мертвый сезон.
— Нет, она не вернулась, — осторожно ответила Фенелла, опасаясь сказать что-нибудь лишнее. — Возможно, завтра. Сегодня, думаю, ее не будет.
— Жаль. У нас с сеньорой наклевывается крайне выгодное сотрудничество. На пользу стране, естественно.
— Конечно.
— Его величество знает.
«Вот Боэланд, наверное, развлекся…»
— Ох, ваше высочество, я становлюсь сентиментальным к старости, она мне чем-то напоминает мою старшую дочку. Уехавшую в Кареньон.
— Да?
— Нет-нет, да кольнет воспоминание. Молодость… Моя первая жена.
— Я знаю, у вас подрастают наследники.
— Да. И дочка на днях родилась.
— Поздравляю…
— Благодарю вас, ваше высочество. Надеюсь, моя Даника неплохо устроилась в Кареньоне, где бы она там не устроилась. Она не пропадет. Сеньора Ардова ее чем-то напоминает, хваткой, наверное. Прямо таки купеческий подход к делам… Но не смею вас задерживать, ваше высочество.
В Академии шла очередная публичная лекция. Огромный двусветный зал со светлой мраморной колоннадой справа и слева был успешно превращен в аудиторию с креслами расположенными амфитеатром перед большим экраном и кафедрой лектора со множеством вмонтированных в нее приборов. Фенелла села на задний ряд. Аудитория была полностью заполнена слушателями. И как раз в этот момент они не выдержали странной информации и принялись задавать уточняющие вопросы.
— Вы сказали, сеньора Анастасия, что во всех клетках организма — один и тот же набор одинаковых хромосом, — с вопросом встал один из постоянно путешествующих студентов-теологов. — Правильно ли я понял?
— Правильно, — устало ответила Настя, уже по опыту знавшая, что следующий вопрос студента будет заключать в себе ловушку. И точно.