Узы одержимости (СИ)

Нажала кнопку отключения вызова и с силой забросила телефон в сумочку. Перевела дыхание и подошла к Людмиле Николаевне, что с верностью щенка ждала меня с бумагами в руках.
— Подпишите? — молящим тоном спросила она, протягивая ручку.
— Конечно, — наиграно весело ответила ей и поставила размашистую подпись напротив фамилии щедрого мецената. Вернула бумаги в руки женщины и поднялась по ступенькам ко входу в школу.
— Дарья Михайловна, — окликнула меня директриса. — Но это не ваша подпись.
— Что с ней не так? — обернулась я к ней, скептически приподняв бровь.
— Как же я отдам Артуру Давыдовичу эти бумаги? — женщина поднялась следом за мной по ступенькам и шёпотом сказала. — Вы же написали «идиот» напротив его фамилии.
— Не берите в голову, — махнула я рукой и открыла входную дверь, пропуская несколько любопытных детишек. — Это наше, семейное…
  
Глава 11
 
Как выяснилось позже, я рано расслабилась. По возвращению домой после окончания рабочего дня, в ограде меня ждал грузовик несколько больше того, что был утром у школы. По меньшей мере, четверо мужчин выносили из него предметы мебели и заносили в дом под восхищенные вздохи Альбины Борисовны с Полиной на руках.
— Давно они здесь? — спросила я у женщины, принимая в свои объятия дочку, что уже тянула ко мне ручки. — Привет, солнце, — поцеловала маленькую принцессу в щёчку и прижала крепче к груди, когда мимо нас прошли двое с весьма увесистым креслом в руках.
— Да, минут двадцать как, — нахмурилась соседка, пытаясь вспомнить более точное время. — Опять не надо было впускать? — виновато поинтересовалась Альбина Борисовна и ударила себя в лоб ладонью. — Что ж я за дура старая, а?
— Думаю, они бы не спросили, — попыталась я успокоить женщину, глядя на мужчин, что проходя мимо нас очередным стулом в руках, коротко мне кивали в знак приветствия, видимо. — Что ещё они сделали, пока меня не было?
— Вынесли и уже увезли на свалку старую мебель. Ай, там ей и место, — махнула рукой соседка. — Мне, даже, немного стыдно было тебя заселять в дом с таким хламом.
— Хороший у вас дом и мебель приличная.
— Но уж точно не с золотыми завитками, как у той, что тебе привез Артур.
— А она ещё и с золотыми завитками? — мои брови стремительно поползли вверх, а рука сама потянулась к телефону, что лежал в сумочке. — Подержите Посю, я на минуточку отойду.
Нажав на строчку с неизвестным не номером, что, как ни странно, ещё утром прочно въелся в мою память, поднесла телефон к уху и после двух длинных гудков, мне, наконец, соизволили ответить.
— Видимо, ты уже дома? — ехидно спросил Арчи.
— Какого черта? — прошипела я в трубку, предварительно отвернувшись от любопытных глаз и ушей Альбины Борисовны. — Мой дом для тебя тоже сарай?
— Он и для тебя сарай, — произнёс таким тоном, словно сказал самую очевидную на свете вещь. — Поэтому немного его украсить — будет не лишним.
— Немного? — на всякий случай отошла ещё немного подальше, так как хотелось перейти на повышенный тон от переполнявшего меня возмущения. — В моём доме столько свободного места нет, сколько ты понавёз своей мебели.
— Мужики всё расставят туда, куда ты им скажешь, — спокойно ответил Арчи и после игривым тоном добавил. — Хотя, мне плевать куда они и что поставят. Главное, чтобы в гостиной стоял большой вместительный диван, на котором двоим, будет очень удобно…
— Да, — перебила я его. — Мне и моей дочери.
— У дочери теперь есть свой маленький диван и кровать, так что этот диван будет только для нас…
— Не будет ничего только для нас, — снова перебила его и сжала кулаки. Эта его веселость, вкупе с уверенностью уже начинали не на шутку выводить из себя.
— Ты всё ещё в том платье? — вдруг спросил мужчина, словно почувствовав закипающую внутри меня злобу.
— Ты же всё знаешь, — напомнила ему. — Вот и скажи мне, в чём я сейчас.
— Мне прислали только твою утреннюю фотографию. Больше я распоряжений по этому поводу не давал.
— Кто прислал? — снова огляделась вокруг. — Ты же снял охрану. Ведь так?
— Даша, — усмехнулся мужчина. — Если ты не видишь охрану, это не значит, что её рядом нет.
Запустила свободную руку в волосы и тяжело вздохнула, закрыв на мгновение глаза. С этим упёртым бараном совершенно бесполезно бодаться. Я рискую только набить себе шишек, либо же вовсе разбить голову в кровь, пытаясь убедить его не делать то, что он хочет делать.
— Ты не отстанешь от меня, да? — спросила тихим голосом, не надеясь на вразумительный ответ.
— Нет, — уверенно ответил Арчи, и на несколько долгих секунд повисла тишина, во время которой он, словно, подбирал нужные слова. — Я приеду через час или около того и мы с тобой поговорим. Хорошо?
— Хорошо…
Будто у меня есть другой вариант.
— И платье это не снимай, — с улыбкой в голосе сказал мужчина, на что я поспешила сбросить вызов, силясь взять себя в руки, чтобы ни швырнуть телефон в одного из грузчиков-охранников, что не спеша стаскивали мебель в дом.
— Дарья Андреевна, — обратился ко мне один из мужчин, вероятно, самый главный из них. — Не могли бы вы показать, в какую комнату и какую мебель нужно поставить?
— Хорошо, — кивнула я, роясь в своих мыслях и воспоминаниях об Арчи, понимая, что он может только играть пай-мальчика, но являться таковым, хотя бы на долю процента он точно не будет.
Из-под шкуры овечки, всё равно, будут виднеться волчьи клыки.
На составление всей мебели и последующую уборку ушло около часа. Альбина Борисовна устала от столь интенсивных действий и ушла домой, едва грузовик выехал с территории дома.
Так как Пося всё ещё не могла успокоиться после щедрой порции полученных эмоций, мы с ней решили прогуляться до магазина, тем более, что время ещё позволяло, да и на улице всё ещё светило солнце.
Сменив платье на простые джинсы и футболку, выдвинулись в ближайший магазин, что находился по центральной улице, через которую пролегала федеральная трасса с достаточно активным движением автомобилей, поэтому Посю пришлось оставить сидеть в прогулочной коляске, хотя ей очень хотелось побегать самой.
Второй раз в жизни наблюдаю столь щедрое цветение черёмухи по всему селу. Почему-то в каждом дворе имеется своё дерево, дарующее чуть горьковатый запах цветущих, пушистых белых кистей.
— Привет, — со двора одного из домов вышел Максим со слегка влажными волосами. На мужчине были привычные светлые джинсы, серая майка и синяя джинсовая куртка. — Далеко собрались?
— Привет, — махнула ему робко рукой. — До магазина решили немного прогуляться.
— А меня с собой возьмёте? — с хитрой улыбочкой спросил мужчина и подмигнул Полине, которая улыбалась ему во все свои четыре зуба.
— Возьмём, если у тебя других дел нет. Да, Пося?
— Я сейчас, — Максим зашел в дом и через несколько секунд вернулся с маленьким, белым, плюшевым медвежонком в руке. — Вот, что у меня для тебя есть, — мужчина протянул Полине игрушку, которую она радостно приняла и прижала к груди, пытаясь неуклюже поцеловать.
— Спасибо тебе, но не стоило, — поблагодарила его, умиляясь над дочерью, которая уже что-то наговаривала новому плюшевому другу, коих в её личной коллекции было уже пять. — Где ты такие находишь? Я в наших магазинах видела медведей, либо размером с Посю, либо больше неё в два раза.
— В городе покупаю, — пожал он плечами и поправил влажные волосы, что прилипли к его лбу.
— Специально для Полины бегаешь в магазин игрушек? — усмехнулась я.
— Мне не сложно, тем более, что я знаю о её плюшевых вкусах, — заговорщически улыбнулся мужчина.
— Почему ты мокрый? — не удержалась я от любопытства.
— В озере плавал. Тут за домом как раз. Удобно.
— И холодно, — напомнила ему. — Май же ещё. Лёд только недавно сошёл.
— Зато как бодрит и освежает.
— У меня от одной только мысли об этом холодок по спине пробежал, — дернула плечами, чувствуя, как по рукам пробежали крупные мурашки.