Ядерный Никола (СИ)

Пришлось на второй день работы пробраться в кабинет Смотрителя, чтобы отправить с его терминала и от его имени запрос на пополнение продовольственных запасов. Ответ не заставил себя ждать: на следующий день прибыл груз из трех тысяч порций картофельного пюре, тысячи коробок макарон с сыром и пяти тысяч банок собачьей еды. Хоть в три слоя их хренами обложи, блядскую породу бюрократов «Волт-Тек» не перевоспитаешь! Теперь восстание произойдет попозже и не столько из-за голода, сколько из-за мнимого унижения. Мозгов Смотрителю хватит, чтобы хорошую еду приберечь, а охране предложить рацион из собачьих консервов…
В чем мне действительно удалось преуспеть, это расширить само убежище, сделав его на порядок более реалистичным. У входа в подземный комплекс появился нормальный медбокс с кроватью и запасом медикаментов. Здесь же построили полноценный пост охраны, дополнительные шкафы для хранения экипировки, защитных комбинезонов. Возникли стройные ряды стеллажей по стенам, чтобы коробки, да декоративные контейнеры с логотипом «Волт-Тек» не валялись под ногами у последнего Выжившего.
Охрана получила в свое распоряжение отдельную казарму с двухъярусными кроватями, а то стыдно сказать — на двадцать одного жителя разработчики «предусмотрели» целых девять спальных мест! Арсенал по-прежнему оставался под контролем Смотрителя, но благодаря мне, в нем появилось достаточно оружия, патронов и экипировки. Мои задохлики замучались таскать. Вряд ли дробовики и боевые карабины достанутся игрунье на старте. Замок у оружейной комнаты и сейфов уж больно серьезный. Но если она обнаружит мои тайники, получит неплохой старт.
Единственному на весь штат ученому «Волт-Тек» выделила отдельные апартаменты не хуже, чем у Смотрителя. И личный терминал, защищенный очень сложным паролем и содержащий любопытные записи о сути и ходе эксперимента с криосном. Небольшой информационный задел на случай, если Выжившая вернется в убежище, с хорошо прокаченным взломом терминалов.
Столовую расширили, присоединив к ней продовольственный склад, и установили аппарат по выдаче пищевой пасты с ресурсом в двадцать тысяч порций. Тут мне не пришлось изворачиваться. И сам аппарат, и запас питательного порошка обнаружился в одном из транспортных контейнеров наверху у входа. Потрясающая халатность со стороны Смотрителя. У чувака под носом запас еды на десять с половиной месяцев, но выполнить свои прямые обязанности слишком сложно, проще изобретать «Криолятор» и писать в терминал заметки о том, что поначалу «порции были слишком щедрые». В общем, не стал ставить горе-смотрителя в известность, а картриджи с основой для пасты на пару с Горовицем спрятали на видном месте — переложив в пустые контейнеры из-под стройматериалов и запчастей. А их без специального ключа не откроешь!
Комнату отдыха перенесли в отдельное помещение. Здесь установили оба игровых терминала, бильярд, музыкальный автомат, столы, барную стойку, книжные полки и мягкие диваны. Хотелось бы надеяться, что неформальная обстановка позволит создать атмосферу взаимопонимания и сотрудничества, а каноничного раскола между научными сотрудниками и охраной удастся избежать.
С первого дня, не рассчитывая на корпорацию, взял вопрос создания личного запаса провизии в свои руки. Пришлось получить кредит в банке Лексингтона и закупать продовольствие везде, где только можно в свободное от основной херни время. Кредит на продукты, как тебе такое, дядя Сэм? В супермаркетах дикие цены, а в «фудбанках» дикие очереди. Предвоенный Бостон балансировал на грани голодных бунтов. При этом жратва на правительственных, военных и частных складах вполне имелась.
В процессе расширения убежища создал несколько замаскированных тайников. Пользуясь служебным положением, перенес в них купленное на свои продовольствие, немного оружия и боеприпасов, защитный комбез, полученные дополнительно медицинские препараты.
План моего спасения был прост и в чем-то даже изящен. Я собирался предложить ученому через неделю после изоляции заморозить меня на полгода в свободной капсуле. Гарнизон получит приличную экономию продуктов, научный отдел еще одного подопытного, за полгода ничего страшного не произойдет. А для меня это время пролетит как один миг. В общем, все счастливы. Само собой, перед заморозкой собирался найти и отключить внешнее управление своей капсулы. Для чего втирался в доверие к техникам, планировал изучить документацию по аппаратам для криосна и выявить путем осмотра лишние провода или блоки внешнего управления.
 
После разморозки я, скорее всего, застал бы в подземелье удручающую картину всеобщей депрессии, хотя заместителем собирался оставить ныне покойного Горовица, человека неглупого и дисциплинированного.
Затем вступит в действие следующий пункт моего коварного плана. Полагал, что интригами, угрозами и чередой несчастных случаев в стиле «Десять негритят» смогу добиться от Смотрителя отправки наружу партии самых нетерпеливых, не дожидаясь голодного бунта. У них даже будет хороший шанс куда-то дойти, в добытых мной защитных костюмах. Если Смотритель, как в оригинале начнет упорствовать, то его участь решена. С ученым, медиками и техперсоналом можно попытаться договориться, что, впрочем, непринципиально. Это же Америка, страна возможностей для одних за счет других.
Итак, сотрудники перебиты охраной, которая с радостным гиканьем сбежала на волю в пампасы. Я же останусь в убежище, чтобы «открыть своим ребятам двери», если они захотят вернуться. Естественно, пускать обратно облученных придурков не планировал. Кто-то же должен инсценировать для главного героя «бунт на корабле» пореалистичнее, разложив тела и подделав записи в терминалах. Затем самое время заморозить себя в обезвреженной криокапсуле до 2226 года. Точно не помню, когда Институт пришлет Келлога за Шоном, а на просьбу заглянуть в сценарий Джимэн ответил грубым отказом.
А если удастся разобраться, как и подделать данные капсулы, прописав для любопытных, что вместо живого меня в ней лежит чей-то очень холодный труп, то можно смело уснуть аж до 2287 года. И свалить из капсулы незадолго до Выжившей. Или после нее, разница невелика. В любом случае, этот прекрасный план сулил массу выгод и возможностей. От довоенной Америки меня уже изрядно тошнит, теперь пускай послевоенное Содружество тошнит от меня!
Собственно, огромный личный запас еды в тайниках мне нужен на случай, если не удастся разобраться с работой капсулы и отключить внешнее управление. Тогда придется покинуть убежище, и чем позже выберусь на загаженную активными частицами поверхность, тем лучше для меня.
Изложенный в общих чертах, план был принят Джимэном благожелательно. Наконец-то, с первых шагов у Выжившей будет возможность распутать целый детектив и появится необходимость вернуться в убежище не только ради криолятора. А чтобы заполучить самого толкового напарника на руинах Бостона. Ведь я же лучше собаки, правда?
Но как обычно получается, когда начальство хватается за твою идею, а потом делает из нее твоими же руками полное говно. Вот уж не знаю, почему Джимэн решил похерить мой красивый, замечательный замысел, таким тупым, примитивным и подлым способом.
В мире «Фоллаута» курят если не все, то многие. Ничего удивительного, что среди спасшихся жителей Сэнкчуари наблюдалась та же унылая картина. Просто часть дымила «на полшишечки, не в затяг» или как старина Ник только сигары и под настроение. А вот вторая часть никотинозависимых страдала невыносимо. Ожидаемо сдали табачок не весь и не все. Поэтому ночью и весь второй день «развлекался» тем, что ловил курильщиков по углам, изымая зажигалки и весь никотин подчистую, кроме дыма в легких. В итоге едва не дошло до бунта, усмирять который пришлось алкоголем. Дальнейшее живо напомнило идиотские конкурсы в ночных клубах во времена моей юности. Приличные с виду люди пили на скорость и нажрались до одури очень быстро.
 
Мне даже не пришлось использовать заготовленную ложь, что «водка помогает от радиации». Трезвыми остались только я и почтальон. Супружеские пары поначалу танцевали под радио, которое непрерывно передавало музыку с сильными помехами, потом начали по очереди уединяться в душевой. Пережитый стресс требовал выхода. Некоторые дамочки с интересом поглядывали на меня.