Кто сверху? (СИ)
Ольга Джокер
Беременнные. 1. Кто сверху?
Пролог
Диана
Настойчивые солнечные лучи буквально опаляют ранним утром. Пульт от кондиционера находится на другом конце комнаты… Блин. Еще только восемь утра, а жарит уже не по-детски. Переворачиваюсь на другой бок, осторожно, чтобы не задеть Даню и усмехаюсь. И почему мы постоянно состыкуемся, когда мне хреново? Ответ совершенно банален — он мой лучший друг, а друзья как говорится, познаются в беде.
Летом у меня самый урожайный сезон на работе. И сейчас мне совершенно некогда заниматься поисками постоянного мужчины. А Данька… он всегда рядом, на подхвате. Звонок в любое время суток и я могу выбросить в урну все свои малоэффективные способы удовлетворения для одиноких женщин, потому что есть куда лучше способ — настоящий живой член (между прочим, самый большой из всех, что у меня были). И да, мне проще позвонить лучшему другу, чем переспать с первым встречным.
Тяжелая сильная рука по-хозяйски опускается мне на живот.
— Ай, больно же! — возмущаюсь и сталкиваю с себя руку.
Чёрт, а еще и на работу пора, хотя так не хочется. Благо я могу себе позволить опоздать, потому что сама себе начальник. Даня открывает сначала один глаз, потом второй. Я заливисто хохочу и почти хрюкаю от неиссякаемого смеха.
— Чего смеешься, Федотова? — хмурит брови Воронов.
— Ты похож на медведя после спячки, — поднимаюсь с постели, абсолютно не стесняясь своей наготы. — И храпишь точно как медведь.
Тянусь руками вверх, делаю легкую гимнастическую разминку и впервые за долгое время улыбаюсь. Вот что значит — женщина вдоволь насытилась! Теперь я не грымза, а вполне себе милая мурлычущая кошечка. Подчиненные будут в восторге!
- Иди сюда, Диана, мы еще не закончили, — Даня тянет меня за кисть руки, и я падаю прямо на его мощное рельефное тело.
Воронов по-хозяйски подминает меня под себя, наваливается сверху и смотрит на меня своими черными глазищами. Жаль, что брюнеты все же не в моем вкусе. И жаль, что Даня всего лишь мой лучший друг, поэтому на постоянку не катит. Знаю его с пеленок, как облупленного. Воронов зарывается лицом в мои волосы, больно сжимает ягодицу и кусает за мочку уха. Из груди вырывается тихий стон.
— Сопротивляться я так понимаю бесполезно? — спрашиваю его прямо на ухо.
— Бесполезно, Федотова. Если опаздываешь на работу, я любезно подкину тебя на своем байке.
— Да пошел ты! Я на твою штуковину в жизни не сяду!
— Хм, звучит довольно многозначно, — за что тут же получает кулаком в плечо. — И да, вчера ты довольно резво садилась на мою штуковину.
— Сумасшедший! Я не это имела в виду.
Утыкаюсь ладошками в его крепкую грудь с черными волосками и отодвигаю от себя подальше. Настолько, насколько позволяют мои женские силы.
— Я, правда, спешу, Дань. Давай в другой раз?
Данил резко отстраняется. Поднимается с постели и подает мне руку помощи. Накидывает на обнаженное тело с красивыми крепкими мускулами белую футболку, джинсы. Проводит пятерней по черным как вороново крыло волосам.
— Обиделся? — спрашиваю я, прикрываясь простыней.
Хотя Воронов абсолютно необидчивый и отходчивый человек, все же решаюсь задать этот вопрос. Я же не совсем бесчеловечная.
— Что ты, Ди. Мы же друзья, — Даня подмигивает и направляется в прихожую.
Спустя минуту слышится щелчок закрываемой двери. Ну и ладно. А я завтраком угостить хотела.
Глава 1
Впервые Даниил Воронов стал моим любовником, когда мне разбил сердце очередной мудак. В тот момент я все еще витала в облаках и как наивная дурочка верила, что где-то среди каменных джунглей бродит моя вторая половинка. Бррр, звучит страшно, а тогда я верила во всю эту чушь и расстраивалась по каждому ушедшему от меня пенису.
Даню я знала с первого класса нашей гимназии. Он всегда защищал меня, а я всегда давала ему списывать. Он всегда провожал меня домой, а я угощала его наваристым борщом и отдавала приготовленные мамой высококалорийные блюда, потому что не хотела есть все то, что она готовила. Только потому, что не хотела превратиться в ее копию.
Затем я поступила в экономический ВУЗ, Даня отчалил в армию. Наши пути разошлись, но где-то на интуитивном уровне я всегда знала, что в случае чего мы есть друг у друга. Мы — лучшие друзья, несмотря на то, что часто делим общую постель.
После окончания вуза распался мой первый сложный брак. Я вспоминаю о Воронове только когда встречаю его в супермаркете с высоченной пигалицей под руку. Именно тогда впервые замечаю, что мой одноклассник-друг-товарищ вырос, возмужал и превратился в настоящего мужчину. Только сейчас вижу, что он нравится женщинам и привлекает к себе их взгляды. Но он мой друг и я, конечно же, никогда не претендую на него в качестве парня или мужа — своих с головой хватает.
Даня отправляет свою пигалицу в машину и рассказывает, что сколотил свой первый небольшой бизнес. Купил тачку и вообще он теперь совсем не тот смуглый хулиганистый парень, которого я знала. Даня предлагает встретиться этим же вечером и приезжает ко мне домой с бутылкой вина, цветами и вкусными шоколадными конфетами, которые я безостановочно ем, чтобы успокоится после разрыва с мудаком.
— Он унизил меня, растоптал мое хрупкое неокрепшее сердце. Мудак?
— Полный мудак. А хочешь, Федотова, я разобью ему рожу, чтобы не только тебе было больно, но и ему со сломанным носом?
Я хихикаю и вспоминаю, как точно с такой же заявкой Даниил сломал нос нашему однокласснику, который поцеловал меня на школьной дискотеке, а потом всем растрепал, что я чуть ли не переспала с ним в подворотне.
— Спокойно, Воронов, — я пытаюсь сдержать его порывы своим хрупким телом, не выпуская на улицу, и чтобы хоть на секунду задержать и утихомирить не придумываю ничего лучше, чем поцеловать его в тесной прихожей своей тогда еще однокомнатной квартиры.
Даня не отталкивает. Напрягается всем своим телом, вжимает меня в стену так сильно, что становится трудно дышать. Сама не понимаю как, но мы оказываемся почти без одежды. Все у той же стены прихожей он выбивает из меня яростными толчками всю ту дурь, которая накопилась за месяцы жизни под одной крышей с мудаком.
А потом Воронов уезжает, потому что пигалица, с которой он был в супермаркете, звонит ему на мобильный и угрожает, что выпрыгнет с балкона десятого этажа, если тот сейчас же не вернётся.
— Мы же друзья, Дань, — смущенно говорю я, провожая его на пороге. — Спасибо за такую мощную… поддержку, но дальше я справлюсь сама.
— Я приеду, как только разберусь с Кирой, — его голос звучит настолько твердо и решительно, что я пугаюсь.
Не хочу, не хочу, чтобы Даниил Воронов стал одним из моих бывших мудаков!
— Не нужно! Если мне будет гадко, я сама позвоню. Ну или ты, если твоя пигалица все же расшибется в лепешку с высоты десятого этажа.
Вскоре меня с головой закружили новые отношения. Круговорот мудаков в природе продолжался до тех пор, пока стекла на моих розовых очках не треснули и не вылетели из оправы окончательно. Я научилась выбирать мужчин и пользовалась ими сама — например, с помощью Олега открыла свой первый бизнес, а затем целую сеть.
И, несмотря на то, что с Даней мы могли не видеться годами, его мощная поддержка была у меня всегда.
Глава 2
Московские пробки всегда будут раздражать. Сигналю наглому водиле, который меня подрезает, и нетерпимо смотрю на часы. Помощница Светочка звонила уже трижды — без меня никак не могут разобраться в полугодовом отчете, который нужно было сдать… вчера. Еще и настырный клиент хочет работать только со мной и ни с кем больше, потому что меня ему рекомендовали знакомые. Никакого покоя.