Камень, жнец и мандрагора (СИ)

— Я не Паоло, я Оливер, — отрицательно покачал головой возрождённый. — И не знаю ни одного из той кучи диалектов, на которых говорили на твоей родине.
Общий смысл ответа Алессандро понял и без перевода. Отвернувшись от Оливера, показал последовательно на меня, на себя и на дверь за моей спиной.
— Ты хочешь уйти? — предположила я.
— По-моему, он хочет, чтобы ты пошла с ним, — поправил Оливер.
— Но куда?
— А куда он пойдёт без проводника?
Резонно.
Я метнулась за сумкой, принесённой Кианой, — хотя демоны разберут, зачем я собралась таскать с собой ненужные сейчас вещи, — и мы покинули дом друга Кахалона.
Оливера с нами никто не звал, он сам пошёл.
На улицах незнакомого города Алессандро держался столь же уверенно, спокойно, как и прежде, и не похоже, чтобы он действительно нуждался в проводнике. Тем более какой из меня, самой впервые в жизни оказавшейся в Скарро и совершенно в нём не ориентирующейся, проводник?
Хотя, возможно, это Оливер ошибся с доморощенным переводом.
Жнец поглядывал по сторонам с интересом и вниманием. Глазами нашёл арену и двинулся прямиком к ней. Я не отставала, Оливер неспешным прогулочным шагом плёлся в хвосте.
— Камень у тебя? — поинтересовалась я, когда крайние дома расступились и перед нами засияли огни арены, а в воздухе разлился доносящийся изнутри шум. Вероятно, последние соревнования были в самом разгаре.
— Ты что-то сказала? — Оливер явно решил поиграть в дурочка.
— Сказала, — я остановилась и резко обернулась к возрождённому. — Где камень?
— Какой камень? — и лицо невинное, как у заправского шулера.
— Потерянный кристалл Смерти, из-за которого мы все сейчас находимся в этом престранном положении. Только не уверяй, будто понятия не имеешь, о чём я толкую. Сам недавно предположил, что из-за контакта с камнем Алессандро мог лишиться памяти.
— А-а, этот кристалл! — изобразил Оливер внезапное просветление. — У меня его нет, если тебя это так волнует.
— Какой сюрприз, — заметила я саркастично. 
–Если сомневаешься, можешь меня обыскать, — возрождённый с готовностью распахнул куртку и ещё посмотрел… этак подначивающе.
Ага, я, наивная такая, взяла и полезла его щупать. Ну да, ну да, размечтался.
— Мне и самой иногда приходится убалтывать… разных людей. И я прекрасно знаю, как можно переключить внимание оппонента, рассказывая ему что-то… душещипательное, важное по-своему, но к делу не относящееся. История жизни Алессандро штука, несомненно, печальная… однако о камне я больше не услышала ни слова. Равно как ты не потрудился объяснить, какого демона вернулся.
— Ты поверишь, если я скажу, что вернулся из-за тебя?
Недовольный задержкой, Алессандро поравнялся со мной, задал нетерпеливый вопрос, но я вскинула руку, обозначая, что хочу послушать Оливера. Врёт он, конечно, знатно, почище того шулера, однако бывает, и что дельное может сказать.
— Нет.
— Жаль, — и ни капли искреннего сожаления ни в голосе, ни во взгляде. Ладно, не больно-то они мне нужны, сожаления эти.
Заботило меня другое.
— При себе камня у тебя нет, это-то понятно, — не отставала я. — А где он есть? И почему на тебя он не подействовал так же, как на Алессандро?
— Потому что я не жнец?
— Предположим. И куда ты его заныкал? Припрятал где-нибудь на другом краю мира?
Оливер посмотрел на мрачно на него взирающего Алессандро и адресовал мне бесшабашную улыбку.
— Поскольку наш не совсем мёртвый друг нас всё равно не понимает, то я отвечу тебе честно…
Сомневаюсь, что прямо таки честно.
— Для меня потерянный камешек — залог одной очень важной сделки.
— То есть ты признаёшь, что забрал кристалл.
— Возможно, — честно или нет, но на некоторые вопросы возрождённый категорически не желал отвечать прямо. — И позволить себе упустить такой шанс… — Оливер покачал головой. — Нет, мой маленький сверкающий бриллиант, отказаться от этого шанса я не мог. И ты на моём месте не отказалась бы, поверь. Я хотел в долю, Хэлли, я предлагал Алу свою посильную помощь. Открыто, без утайки, ты свидетель, Хэл. Он моим участием в этом деле пренебрёг… что ж, его выбор.
 
— Так ты знал? — насторожилась я.
— Знал что?
— Что камень может сделать с Алессандро… вот это вот всё? — я неопределённо помахала рукой перед носом жнеца.
— Не знал, — возразил Оливер, но не успела я мысленно выдохнуть с облегчением, как он добавил: — Было такое предположение.
— Предположение?!
Алессандро помрачнел сильнее, коснулся моего локтя, ещё о чём-то спросил с явной угрозой в адрес нелюбезного собеседника. Я отмахнулась.
— Помнишь о происхождении камней согласно легенде?
— Помню. И?
— Предположительно — и только предположительно, Хэл! — один из камней мог влиять особым образом на… не вполне живую материю.
— Как влиять? — потребовала я деталей. — Что подразумевается под не вполне живой материей?
— Предположительно, Хэл, предположительно, — неожиданно ласково напомнил возрождённый. — Как говорил наш не мёртвый друг, это просто легенда, одна из многих, встречающихся у каждого народа.
— Попробуем подытожить, — и заодно успокоиться, потому как услышанное мне совсем не понравилось. — То есть ты, сам не вполне живой, подозревал, что искомый кристалл мог откинуть… такой фортель в отношении Алессандро… я-то однозначно живая, на меня и не подействовало бы… и даже не попытался предупредить?
— Это легенда. Где какой камень находился и какими свойствами обладал, известно в точности, разве что, самой Смерти. Проинформировали ли жнецов, я не знаю. Да и, честно говоря, мне ни к чему это знать. Меня это касается? Нет. Касается ли это тебя? Если бы Ала не шибануло и тебе не пришлось с ним нянькаться, то тебе было бы точно так же наплевать. Скажешь нет? Тебя используют, держат в прямом смысле за пропуск в Скарро, за козырь невысокого номинала, который не жаль сбросить в случае необходимости. Он же до последнего момент ничего тебе не рассказывал, просто крутил-вертел тобой, как ему было удобнее. Так почему тебя должны волновать все сопутствующие детали, коими с тобой не удосужились поделиться?
Не должны.
Но волнуют.
И куда сильнее, чем хотелось признавать вслух.
— Может быть, потому, что я сама во всём этом увязла? — нашла я оптимальный вариант ответа.
— Да, увязла. Сейчас. А если бы Ал и вся его мертвецкая компашка получили свой камень, то была бы ты нынче на полпути к свободе и думать о нём забыла, — Оливер небрежно указал на Алессандро.
Жнец смерил верхнюю конечность возрождённого таким взглядом, словно намеревался сломать её, если тот ещё раз помашет перед ним рукой.
— Но я увязла. И мне теперь выбираться из этого… из этих отходов.
— Пойдём со мной.
— Куда?
— Отсюда. Из Скарро. Прямо сейчас.
Я огляделась. Площадь перед ареной ещё пустовала, из-за стен доносился то нарастающий, то затихающий рёв толпы.
— Алессандро…
— Оставь его здесь, не пропадёт, — перебил Оливер.
Подозрительно присмотрелась к возрождённому. Лицо непроницаемо, взгляд совершенно серьёзен, ни насмешки, ни намёка на очередную попытку отшутиться и увести разговор в другое русло.
— Предлагаешь бросить Алессандро и уйти с тобой… куда?
— Куда пожелаешь.
— Ты же не перемещаешься с пассажирами.
— С пассажирами нет. Одну пассажирку прихватить могу.
И что ещё он может, но не говорит?
— И что будет дальше? Что станет с Алессандро?
— Ничего не станет, — в голосе проклюнулись ростки недовольства. — Сам будет разгребать кучу своих отходов. Твоими проблемами они точно быть перестанут. Ты… можешь начать новую жизнь. Или вернуться к прежней, если она тебе нравится.
Та-ак, это что сейчас Оливер делает?
Предложение?
Угу, руки для перемещения и возможности быстро и безболезненно отсюда свалить.
— Что взамен?
— Ничего.
— Совсем ничего? — усомнилась я. — А я думала, это тоже сделка…