Камень, жнец и мандрагора (СИ)

— Затем к городским воротам.
— А туда-то зачем?
— Надо разобраться, что представляет собой защита Скарро.
— И ты надеешься расплести защиту предков за один визит к воротам?
Вытащив рубашку, Алессандро выпрямился, обернулся к кровати, и я торопливо отвела взгляд. Даже не знаю, что привлекало внимание сильнее — загадочная висюлька или происхождение шрама. Разве жнецы не должны быть неуязвимыми? И кто может напасть на слугу Смерти? Или шрам получен при жизни?
— Нет. Но стоит посмотреть поближе и оценить. И если ты не возражаешь, то неплохо было бы поспешить, пока твоя семья не проснулась.
Я не возражала.
Быстро собравшись, мы покинули сонное царство. Прошли вниз по улице до перекрёстка, куда ближайшие дома выходили углами, и оттого место это не особо хорошо просматривалось из окон. Самое то для появления из ниоткуда и исчезновения в никуда.
Подобно большинству нынешних своих обитателей, Скарро был столь же тихим, сонным и вялым. На улицах ни души, небо чистое — охрана дежурила только при важных объектах вроде арены, над прочими частями города стража появлялась нечасто. Мы добрались до перекрёстка, привычно осмотрелись, убеждаясь в отсутствии случайных свидетелей, и я уже протянула было руку Алессандро, как вдруг он нахмурился и огляделся повторно.
— Что… — начала я и умолкла.
Воздух вокруг нас пришёл в движение, зарябил маревом, задрожал, ломая очертания зданий. Алессандро резко повернулся на месте, а в следующую секунду жнеца словно схватила за шкирку невидимая рука и отшвырнула далеко за пределы трепещущего воздушного круга.
— Алессандро! — я рванулась следом, но воздух передо мной уплотнился сильнее и обратился высокой человеческой фигурой.
Я отступила, фигура же дрогнула раз-другой, будто встряхиваясь, и окончательно превратилась в незнакомого мужчину. Рябь рассеялась, незнакомец отвесил низкий старомодный поклон.
— Я ослеплён вашим светом, моя сияющая звезда, я покорён им, и я навечно пал у ваших ног, — пафосно выдал странный тип и спросил неожиданно участливым тоном: — Но позвольте узнать, моя звезда, что делает бриллиант столь чистой, совершенной огранки в обществе этого убогого мертвяка?
  
Глава 8
 
Невесть откуда взявшийся типчик и впрямь был высок, заметно выше Алессандро, и не старше на вид. Короткие тёмно-каштановые волосы художественно растрёпаны, в голубых глазах плясали смешинки и живое, кажущееся искренним любопытство. Одет вполне себе современно, не как Алессандро с его жнеческой униформой и явно раритетными вещами из прошлой жизни, и на лицо не так хорош, что мужик пытался компенсировать широкой обаятельной улыбкой. И чуточку лукавая эта улыбка, возможно, и возымела бы какой-то эффект, вот только обстоятельства появления её хозяина совершенно не располагали к знакомству.
Я продолжила отступать, стараясь понять одновременно и всё ли в порядке с Алессандро, и есть ли у незнакомца оружие, и чего от него вообще ожидать.
С первым пунктом не преуспела — долговязая фигура напрочь загораживала обзор, не позволяя рассмотреть, что происходит позади неё.
Впрочем, со вторым и третьим дела обстояли не лучше. Оружия в пределах видимости нет, что ни о чём не говорило. Чего конкретно ожидать, неясно, однако понятно, что на хорошее рассчитывать не стоило. 
— Прошу вас, прекраснейшая, не убегайте, не разбивайте мне сердце, — взмолился тип, театральным жестом прижав обе ладони к груди, вернее, к той её части, где у большинства живых существ находился сей важный орган. — Останьтесь со мной, побудьте рядом ещё мгновение, озарите светом своим мой путь, что полон тьмы и страданий…
— Много языком треплешь, Мэнникс, — несколько помятый и злой Алессандро возник за спиной типа, чёрная петля змеёй скользнула вокруг его шеи, затянулась удавкой.
Тот выгнулся, царапнул ногтями собственную шею. Под его пальцами полыхнуло алым, и удавка рассыпалась пепельными хлопьями. Мэнникс развернулся к Алессандро, трепещущий красный сгусток силы в его ладони резко прибавил в размере, кровавыми потёками просачиваясь сквозь пальцы. Вопреки моим ожиданиям Алессандро не отступил, только увернулся от замахнувшегося было типчика, цапнул противника за куртку и оба исчезли.
 
Вот так просто — р-раз и нет ни того, ни другого.
Опустевший перекрёсток, ясное небо и я, вся такая замечательная и охреневшая.
Я лихорадочно завертелась на месте, покрутила головой, пытаясь понять, куда они делись и что это вообще было. Не припоминаю, чтобы я сталкивалась с чем-то подобным… вероятно, потому, что ни жнецы, ни существа, похожие на болтливого Мэнникса, флорой не интересовались в принципе.
Внезапно слева что-то мелькнуло. Крутанулась в ту сторону и успела заметить две мужские фигуры прежде, чем они растворились. Шагнула туда, всматриваясь напряжённо в убегающую вниз горбатую улицу, но никого не увидела.
Звуки ударов раздались за спиной.
Обернулась, однако Алессандро и его противник, отвесив друг другу по тумаку, опять испарились с глаз моих.
Они то появлялись, то исчезали, то снова появлялись в нескольких метрах от предыдущего места, продолжая драться так, будто и не выпадали каждую минуту куда-то на изнанку пространства. Понять, выдёргивал ли Алессандро Мэнникса на ту сторону или языкатый парень и сам кое-что умел, возможным не представлялось. Они сходились то в обычной рукопашной схватке, то в магической и тогда кулаки сменялись рассекающими воздух энергетическими плетями, окрашенными в чёрный у жнеца и в красный у Мэнникса. Поначалу я вздрагивала, вертелась юлой, силясь уследить за ходом сражения, но время шло, победа не склонялась ни к одной из сторон, заметных увечий мужчины друг другу не наносили и крутиться я перестала. Отойти подальше, правда, тоже не решалась — кто мог предугадать, в каком конкретно месте они возникнут в следующий раз? Вдруг я как раз буду там проходить и окажусь ненароком в самом эпицентре? А лезть под руку дерущимся мужикам, даже случайно оказавшись рядом, дело бесперспективное и травмоопасное.
В очередное появление явно увлёкшейся своим занятием парочки я попробовала привлечь их внимание.
— Эй!
И бровью не повели. Только одна из плетей щёлкнула о землю не хуже настоящего кнута, взбив столб пыли.
— Эй, вы! Может, пора притормозить?
Ага, так меня и послушали. Ещё и исчезли. Спустя полминуты возникли на улице, где располагался наш временный дом.
— Мальчики, а давайте вы немного остынете? — я рискнула шагнуть к ним, хотя и осознавала, что если подойду слишком близко, то могу получить плетью. Да, случайно, да, возможный удар я переживу и даже не сильно покалечусь при том, однако всё равно неприятно. — Ну, или я пойду отсюда, ладно? А вы уж тут как-нибудь сами… смотрю, вам и вдвоём неплохо…
То ли слова мои эффект возымели, то ли Алессандро всё же следил не только за противником, но и за происходящим в нормальном мире и потому не рискнул задеть меня. Отразив удар плетью, ответный наносить не стал и лишь метнулся в сторону, увеличивая расстояние между собой и Мэнниксом. Тот тоже замер, глянул на жнеца, на меня и снова на жнеца. Неожиданно усмехнулся и слабо светящаяся алая плеть в его руках истаяла.
— Прекрасная дама права. Что-то мы с тобой, Ал, и впрямь увлеклись, оставили юную чаровницу скучать в одиночестве…
Судя по выражению мрачного лица Алессандро, сокращения своего имени до панибратского огрызка он не терпел ни от кого.
Мэнникс отряхнул ладони и повернулся ко мне, бесстрашно демонстрируя жнецу незащищённую спину.
— Позвольте представиться, звезда моя. Оливер Мэнникс к вашим услугам, прекраснейшая, — он потянулся ко мне, и я рефлекторно отпрянула.
Алессандро мгновенно оказался рядом. Без плети, но от противника меня оттеснил твёрдо и непреклонно.
— Не прикасайся к ней.
— Я всего лишь желал запечатлеть робкий и трепетный поцелуй на этих нежных пальчиках, — Мэнникс проследил за руками жнеца, и от внимания его не укрылось, как Алессандро мимолётно дотронулся до моих пальцев. — Так это правда?