Краски

– Может, повторим как-нибудь? – улыбаясь, словно играя в какую-то понятную ей одной игру, спросила она.
– С радостью, – ответил я, приняв негласные правила.
Девушка подошла к тумбочке и вытащила салфетку.
– Ручки не найдется?
Пошарив по карманам куртки, я вытащил ручку и протянул ей. Какой офисный планктон не носит с собой ручку на всякий случай? Девушка небрежным почерком написала на салфетке номер телефона и имя – «Лейла». Мне даже понравился этот довольно старомодный способ обмениваться телефонами. Я взял салфетку у неё из рук и, мельком бросив на девушку последний взгляд, вышел из комнаты.
***
В пятницу меня внепланово вызвали к психиатру из-за вчерашней выходки. Идя по коридору под присмотром жёлтого силуэта доктора по фамилии Ойле, я бросил взгляд в сторону и увидел на одной из дверей номер кабинета – «263». Цифры всплыли у меня в мыслях, словно болезненные воспоминания. Именно их мне сообщил Вук. Теперь они уже не казались числом, случайно пришедшим в голову психу. Теперь я понял: первым шагом к освобождению была необходимость попасть в этот кабинет.
Доктор Майер, как обычно, добродушно подвёл итоги недели, не забыв упомянуть об инциденте в столовой (к которому я, кстати, не имел отношения) и о визите ко мне посетителя.
– Кто эта девушка, которая так на вас повлияла? – спросил он.
– Никто, просто знакомая, – равнодушно ответил я.
– Из-за «просто знакомых» так себя не ведут, – заметил Майер спокойным тоном.
– Это вышло случайно, – я откинулся на спинку дивана.
– Ну, хорошо, – по взгляду Майера было понятно, что он не поверил мне. Повторяя мои движения, он тоже откинулся на спинку и сделал в блокноте пару пометок. – А ваши приступы? Они вас ещё беспокоят?
– Нет, их уже почти нет, – соврал я, смотря на плавящийся голубой силуэт.
– Вы никогда не задумывались о том, что эти приступы – просто защитная реакция? Попытка вашего мозга заблокировать, или, я бы сказал, «закрасить» все плохие события вашей жизни?
– Даже если это так, я ведь не контролирую их. Они возникают внезапно.
– В этом и состоит моя задача. В том, чтобы вы видели не краски, а то, что за ними – то, что изначально изображено на «холсте».
Этот разговор начал порядком утомлять. Я не верил, что доктор сможет помочь. Ведь вся его задача заключается в том, чтобы выписать мне новую дозу лекарств, а не в том, чтобы любоваться картинками моей жизни. Следующие несколько минут прошли в такой же манере. Я отвечал на бессмысленные вопросы, а Майер пытался узнать главное – вспомнил ли я убийство. Но я старательно делал вид, что всё ещё не понимаю, почему меня здесь держат.
«Кто эта девушка?» – вертелся у меня в мыслях вопрос психиатра. Действительно, кто она? Просто проститутка с улицы? Моя новая любовница? Хороший друг? За последние несколько месяцев общения мы успели сблизиться, и Лейла, к моему горькому сожалению, тоже видела во мне больше, чем просто клиента.
***
Следующая встреча с Лейлой состоялась через несколько дней после первой. Время близилось к ночи, когда я достал смятую салфетку из куртки и набрал номер. Я глубоко затянулся сигаретой. Спустя пару длинных гудков в трубке раздался приятный женский голос:
– Да?
– Лейла? – прочитав с салфетки имя, спросил я.
– Да, а кто спрашивает?
– Как насчет продолжения вечера?
– Какого из них, красавчик? – ответила Лейла, поняв, чего от неё хотят.
– А ты после каждого вечера оставляешь клиентам свои номера на салфетках?
В трубке на миг повисло молчание, а потом девушка заговорила всё тем же сексуально-провокационным голосом:
– Любой каприз. Диктуй адрес.
Я продиктовал, и, судя по звукам, она спешно его записала.
Лейла пришла в квартиру Сиджи через час. Сказав, что я заказал себе девочку, Сид лишь по-доброму улыбнулся и, судя по взгляду, испытал гордость. Будто я был его повзрослевшим ребёнком. «Веселитесь» – сказал он и пропал на всю ночь.
 
По звонку я открыл дверь: Лейла была одета в ярко-красное платье, на руке – маленькая сумочка. Светлые завитые локоны аккуратно струились ниже плеч.
– Проходи, – сказал я и пригласил девушку жестом.
Она вошла в квартиру, окинула её взглядом и, посмотрев на меня, с улыбкой ещё раз представилась:
– Лейла, – и протянула руку.
Поняв, что толком мы не познакомились, я склонился к руке и поцеловал тыльную сторону ладони, решив изобразить джентльмена.
– Йохан.
Мы прошли в комнату. Там творился настоящий хаос: на полу валялась одежда, кровать была не убрана, одеяло спадало на пол. Бросив взгляд на стол, Лейла увидела там кучу бумаг, пустые бутылки из-под пива и открытую банку чипсов. А я был одет в свободные шорты и майку, и волосы на голове торчали в разные стороны. В общем, если я и хотел произвести приятное впечатление на гостью, мне это не удалось. К счастью, Лейлу не должен был волновать бардак в комнате.
Между нами повисло молчание. Я, вспомнив про деньги, обернулся к столу, нашел кошелек и, отсчитав несколько купюр, протянул девушке. Она их взяла и спокойным тоном сказала, что ей нужно несколько минут, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Потом спросила:
– Где у тебя ванная?
– Тут, – я указал жестом на дверь, подошел и открыл ее. Потом добавил: – Жду, сладкая, – и, шлепнув девушку по попе, вернулся в комнату.
Через несколько минут Лейла вышла из ванной. На ней были чулки и чёрное белье, идеально подчеркивающее фигуру. Пройдя в комнату, Лейла наклонилась ко мне и поцеловала в губы. Ответив на поцелуй, я притянул её к себе, усадив на колени. От неё вкусно пахло. Убрав золотистые волосы на одну сторону, я поцеловал её в шею. Торопиться было некуда: впереди была целая ночь.
Проснувшись утром, я понял, что на кровати лежу один. Лейла, по всей видимости, ушла. Странно, что я не слышал захлопывающейся двери. Но с кухни донесся звук тарелок. Не успев сообразить, что к чему, я увидел Лейлу: она принесла завтрак. Кроме моей рубашки, которая была ей сильно велика, на ней больше ничего не было. Невольно я отметил снова, насколько всё-таки красивая у неё фигура. Подойдя к кровати, она поставила на неё тарелку с бутербродом и стакан молока – всё, что нашлось в холодильнике.
– Доброе утро, – радостно сказала Лейла.
– Ты… не ушла? – спросил я, смотря на неё с некоторым подозрением.
– Нет. Надеюсь, ты не против? – улыбнувшись, ответила она.
– Что… нет, конечно, – посмотрев на завтрак, я добавил: – спасибо, – и бросил на неё как можно более искренний взгляд.
– Не за что, – она наклонилась, поцеловала меня в щёчку и растрепала мне волосы рукой.
Увидев этот детский, в меру наивный задор, теплоту и искренность в голубых глазах, потрясающую улыбку, которая смогла бы размягчить даже самоё чёрствое сердце, я проникся приятным и в то же время пугающим чувством. Лейла напомнила мне сестру, разбудив воспоминания о прошлой жизни. Мне захотелось её обнять.
***
Покидая кабинет доктора Майера, я был в хорошем настроении. Обошлось без приступов и разбитых стаканов, и беседа прошла хорошо. Идя обратно за доктором Ойле по коридору, я увидел, как Рокси, всегда дежурившая в общем зале, подходит к 263-ому кабинету и, достав ключ, открывает тяжёлую дверь. Заметив, что я это видел, она оценивающе посмотрела на меня и скрылась внутри.
В гостиной я снова слонялся весь день без дела, наблюдая за пациентами. Разговаривать с Вуком больше не хотелось, но его карта мне была по-прежнему интересна. Заметив её на столе, я незаметно взял листок и сел в кресло у окна. Карта стала подробнее: появились и другие коридоры, кабинеты, лестничная клетка и главный вход. Я понимал, что больше медлить нельзя – надо действовать сегодня.