Побочная Судьба (СИ)

– Где ты всё время это прятал?
– Айора, – видимо, не видя смысла и дальше всё скрывать, ответил глава Мародёров. – Ну и остальные миры… так, на всякий случай. Но в Айоре была главная станция.
Айора. Тот самый красный мир, на который когда–то послали Ориаса с «Затмением». Там же было «Пристанище». Оставалось только узнать код от того, что над Файей, и столица окажется лёгкой мишенью. А я собственноручно взяла и поднесла Ориасу код, впрочем, он бы и так узнал его, раз всё равно связался с Томеном Нур–Малом. Вот только осознание того, что я помогла ему в каком–то роде захватить столицу, тяжёлым грузом ложилось на плечи.
– А что Ориас тебе обещал? – взглянув на Цербера, глухо поинтересовалась я. – Отдать все красные миры? Разрешить грабежи? Выделить собственную галактику для Мародёров?
На его тёмных губах проступила ухмылка, заставив в глазах вспыхнуть белые огоньки. Отклонившись назад и сцепив на животе пальцы, Цербер пару раз цокнул языком, словно удивляясь моей наглости и скудоумию.
– Я чту кодекс пиратов, Шпилька. Если кто спас наши жизни, мы возвращаем долги, а меня буквально вытащили с того света, так что задолжал я новому Императору по горло.
– Я думала, ты уже забыл про честь… и что, останешься здесь?
– Если ты настаиваешь, – оскалился в улыбке Цербер, и я против воли выпрямилась. – Не беспокойся, вреда я тебе не причиню… крылышки у тебя больно острые. Я предложил Ориасу отправить и тебя куда подальше, но сейчас вижу, что такое оружие лучше иметь под рукой. Принадлежи ты опять мне, я бы и за сведенья о кораблях Мёртвого Узурпатора не отдал бы.
– Так себе комплимент.
С трудом поднявшись на ватные ноги, я уже шагнула к дверям, как руку перехватили прохладные пальцы Цербера, заставив настороженно замереть.
– Осторожней, Шпилька. Это не тот Ориас, к которому ты успела привыкнуть.
– Предупреждаешь меня? – приподняла я брови, впервые услышав предостережение от самого Цербера.
– Скорее, констатирую факт. Между нами ещё много недосказанного, и лично мне будет досадно, если ты скоропостижно скончаешься.
– Осторожно, Цербер. Третьего шанса могу и не дать, – прохладно произнесла я, выдернув руку.
– Всё такая же острая, Шпилька, – усмехнулся Цербер, добавив мне в спину: – На твоём месте я бы сначала приоделся, а потом шёл к нему.
Я не обернулась, пройдя мимо отступивших Мародёров, взиравших на меня со смешением ужаса и уважения. Стиснув пальцы и не позволяя крыльям вырваться наружу, я ускорила шаг, выйдя из зала и направившись к себе. Коридоры заполняли Завоеватели вперемешку с Мародёрами в их «змеиных» костюмах. Никогда не видела дворец настолько охраняемым. Меня провожали сотни глаз, от которых волнение лишь прибавлялось. Надеюсь, в скором времени они исчезнут из коридоров, пока не случилось ничего опасного.
Дойдя до комнаты, я практически вбежала в ванную, на ходу стянув с себя грязную от разноцветной крови одежду. На глаза вновь навернулись слёзы, которым я дала волю уже сидя в просторной ванной, подтянув к груди колени. Всхлипывая и оттирая от тела кровь, я раз за разом вспоминала это кровавое пиршество. Крики, звон железа, жестокие слова Ориаса. Он использовал меня всё это время, заставил привязаться к нему, чтобы подобраться ближе… звёзды, а ведь ещё в самом начале у меня было странное предчувствие! Что мог делать второй принц на Земле? Отдыхать? Для этого сотни миров есть! Нет, он выслеживал меня. Годы выслеживал, уже однажды потеряв.
Всё было притворством. Его слова, его касания, смех и даже взгляд. То, как он явился на порог моего дома в Орике, тоже было иллюзией. Он волновался не о моих чувствах, а о том, что я снова пропаду и меня придётся искать. Вот только понять не могу: действительно ли он спал со всеми теми женщинами, или же и это было прикрытием? Скольким же он тогда лгал? Скольким существам затуманил взгляд, заставляя видеть совсем иное?
Вода начала остывать. Умывшись и заставив себя выйти из ванной, я облачилась в белый облегающий костюм с высокими сапогами и стоячим воротом. Завязав ещё влажные волосы в косу, я взяла из шкатулки цепочку с двадцатью медальонами, стрелой и пальцем Цербера. Удача сейчас мне не помешает.
 
Выйдя из комнаты, я чуть ли не нос к носу (точнее, нос с грудью) столкнулась с Мародёром. Громадный, с широкими плечами и кулаками с мою голову. На рыжем, покрытом чёрными чешуйками лице, сверкали чёрные глазки–бусинки, а из сразу четырёх дырок носа с шумом втягивался воздух.
– Император зовёт, – пророкотал он.
– Я и собиралась к нему, – сухо ответила я, развернувшись и зашагав по коридору. Мародёр не отставал. – Я знаю дорогу.
В ответ он лишь с шумом вдохнул воздух. А ведь не избавишься от него! Ладно, пускай до кабинета проводит, если не доверяет. Единственное, что я сейчас способна сделать с Ориасом – это если не наорать на него, то молча смотреть. Вот и посмотрим, какое чувство одержит верх: страх за свою жизнь или ярость и ужас.
Алые двери с золотой росписью выросли за поворотом. Возле них дежурили двое Завоевателей. Настоящие они или переодевшиеся в броню Мародёры, я разбираться не стала, пройдя мимо и с упавшим сердцем смотря, как раскрываются двери. Нет, всё же буду молчать. Страх опять накатил животной волной, заставив сглотнуть и на ватных ногах переступить порог.
Запах крови, силы и власти заставил волосы на голове зашевелиться. Я уже больше не различала аромат золы, мёда и коры, они словно выветрились. Живот скрутило, и я застыла, так и не решаясь спуститься по лестнице.
У окна, спиной ко мне, стоял Ориас. Его чернильные крылья блестели, дотягиваясь до пола, а у ног застыла кисточка длинного хвоста. Ни Айны, ни Мародёров и Завоевателей, ни особенно Цербера в кабинете не было. Когда двери позади меня закрылись, мне стало действительно страшно.
– Отныне белый и красный не цвета Империи, – не оборачиваясь ко мне, произнёс Ориас, и от его голоса, пусть и тихого, я сжалась.
– Подари тогда мне белый, – глухо произнесла я, стиснув дрожащие пальцы в кулаки.
Кажется, он усмехнулся, наконец–то оторвав взгляд от застывших над городом кораблей и неспешно обернувшись ко мне. Я постаралась не вздрогнуть от изумрудных глаз, которые обжигали не хуже льда.
– Ты не особо рада меня видеть, – заметил Ориас, подойдя к столу из красного дерева и проведя по нему пальцами с чёрными ногтями. – Догадываюсь, почему… подойди.
Я не сдвинулась с места, и Ориас изогнул брови, чуть наклонив голову.
– Подойди, Гарпия, – раздался эхом в голове голос.
Ноги сами шагнули вперёд, спустив меня с лестницы и застыв, только когда до враса был жалкий метр. Внутри всё скрутило от страха, от ненависти, злости и отчаянья.
– Теперь я Гарпия, да? – тихо поинтересовалась я. – Ты меня теперь так будешь называть?
– Когда не подчиняешься, да. Я знаю, как заставить твоё тело слушаться, но твой разум не подвластен никакому коду, – нехотя признался Ориас, скрестив на груди руки и оперевшись бедром об стол. – Так что решай сама: либо слушаешься, либо я заставляю тебя подчиняться.
Смотреть и дальше в эти глаза было невыносимо. Я отвела взгляд, ощутив подступающие слёзы.
– Ты использовал меня, – прошептала я, обессиленно сжимая пальцы. – Всё знал и продолжал играть…
– Порой приходится чем–то жертвовать, – бесстрастно ответил Ориас.
Я не сдержала горькой усмешки, подняв на него глаза и сквозь зубы произнеся:
– Как жаль, если окажется, что всё это было напрасно. Думаешь, все в Империи поддержат тебя? Могу поспорить, что Орик уже готовится объявить о своей независимости.
Ораис резко шагнул ко мне, и его горячие, в отличие от ледяных глаз, пальцы сжались на моём подбородке. Я забыла, как дышать, не сводя с него взгляда и боясь даже пальцем пошевелить.
– Тогда у меня есть для них весьма неприятный сюрприз в качестве любимицы Ти'сш'И в моих заложниках, – прошептал он, проведя костяшками пальцев свободной руки по моему виску. У меня зашлось сердце, как я надеялась, от страха и ужаса. – Придётся тебе посидеть здесь, пока я занят переделкой Империи.