Всё из-за неё (СИ)
- Я реалистка. Спорим, он на этой дискотеке и не посмотрит в твою сторону?
- А давай! - тот час согласилась Тоня, сообразив, на чем можно поймать Наташку. – Но ты пойдешь со мной на дискотеку. На что спорим?
- Проигравшая ведёт выигравшую в пиццерию! – тут же нашлась Наташка.
- Идет! – обрадовалась Тоня. – Я никогда не была в пиццерии.
- Ох, и откуда ты такая не от мира сего на мою голову свалилась? - проворчала Эклерова на прощанье. – Готовь денежки, потому что я закажу себе сразу два… нет, три куска пиццы! Если что, я грибную люблю и "4 сыра".
«Это мы ещё посмотрим, кто будет оплачивать заказ!», - ликуя, подумала Тоня. На самом деле это было совершенно неважно. Важен был только он. Арсен. Хорошо, что она будет там не одна – все-таки Наташа настоящий друг, согласилась помочь, хотя сама явно не хотела идти.
Когда чего-то очень сильно ждешь, время тянется, как на картине Сальвадора Дали. То есть медленно, медленно, и медленно – секунды, минуты и часы тянутся, будто жвачка или пластилин.
Ложась в постель, Тоня все не могла уснуть, представляя, как пройдет ее первая в жизни дискотека, что ей скажет Арсен, и что она скажет ему. А вдруг она все придумала, и Арсену она вовсе не нравится? Даже мама заметила взволнованное состояние дочери.
- Тоня, милая, у тебя все в порядке? – спросила она в пятницу за ужином. – Ты вся какая-то нервная, дерганная…
- У нас в школе завтра дискотека, - произнесла Тоня, отправляя в рот ложку макарон.
- Во сколько? – тут же озаботилась мама. – Не слишком поздно?
- В шесть вечера, - ответила Тоня, пытаясь скрыть волнение. – И это не простая дискотека, а черно-белая. Надо прийти либо в черном, либо в белом.
- Что за глупости… – удивилась родительница. – Надеюсь, ты не собираешься идти в вещах в обтяжку? Это вульгарно и некрасиво.
А Тоня даже и не думала о своем наряде. Какая разница, как она будет выглядеть? Перед сном девушка снова открыла профиль Арсена.
- Совсем скоро все решится, - прошептала она, глядя в прекрасные синие глаза.
Привет, не спишь? - пришло сообщение от Саши Хухляева.
Собираюсь с мыслями. Завтра важный день!
Важный урок?
Тоня, поколебавшись, ответила:
Вечеринка. Первая в жизни.
Ого! Ну, желаю успеха самой очаровательной девушке, которую я знаю)))
Спасибо! Я спать. Доброй ночи, Саша!
Приятных снов, Тонечка
Тоня, задумавшись, облачилась в свою ночную рубашку до пят и влезла в постель. На столе горел ночник, освещая комнату мягким уютным светом. Все связанные Тоней игрушки смотрели с полок, точно молчаливо подбадривая девушку.
Странный он, этот Саша… Но одновременно и очень милый. Всегда пишет ей, интересуется всем-всем, что происходит в ее жизни. Интересно, а кто лучше – Саша или Арсен?
Тоня чуть не подпрыгнула от такого вопроса, внезапно всплывшего в ее голове. Саша, конечно, очень хороший, но Арсен… Арсен – это сказка, тайна, мечта. Мечта, которая завтра станет реальностью.
Она щелкнула выключателем ночника и, мечтательно улыбнувшись, закрыла глаза.
Суббота не задалась с самого утра. Во-первых, Тоня чуть не спалила квартиру, когда жарила яичницу на завтрак всей семье. А во-вторых, она перепутала расписание.
Девушка была абсолютно уверена, что сегодня четыре урока: русский язык, литература, география и физкультура. Только вот оказалось, что вместо географии у них английский язык, по которому задали выучить текст про мягкую игрушку по имени Чуся. Хорошо хоть добрая англичанка разрешила Тоне рассказать текст через неделю.
В ожидании предстоящей дискотеки все находились в каком-то волнении. Все, кроме Алины Лембич. Королева приняла скучающе-равнодушный вид, и заявила:
- Ой, ну кому нужны эти детские школьные утренники?
В час занятия закончились, и одиннадцатиклассники разошлись домой. В школе остались лишь несколько человек, которых Полина попросила помочь подготовить зал к дискотеке. В числе них были Игорь Улитин – он оформлял стены малого зала.
Ровно в полшестого за Тоней зашла Наташа Эклерова. Антонина несколько удивилась ее внешнему виду: одета подруга была в черные, ну очень обтягивающие леггинсы и вязаный черный свитер. Волосы Наташка собрала в два извечные хвостика, а глаза подвела черным ещё гуще, чем всегда. Впрочем, сама Тоня была одета ничуть не примечательнее: обычные темные брюки с пиджаком, и черные кроссовки. Мама очень одобрительно посмотрела на Тоню, и не очень – на Наташу. Леггинсы она не любила в принципе.
-Вот увидишь, ничего хорошего нам эта вечеринка не принесёт, - всю дорогу нудила Наташа. – Ну, кроме пиццерии, конечно!
Однако даже она потеряла дар речи, как только девушки вошли в малый зал.
Да и у Тони непроизвольно открылся рот. Зал был очень эффектно оформлен в черно-белых тонах. Одна стена была полностью черная, другая полностью белая, а остальные две радовали глаз шахматной клеткой. На черных шторах переливались крупные белые бабочки, а на взятом неизвестно откуда черном кованном столике радовало глаз угощение: аппетитные ломтики снежно-белого зефира и пастилы, какая-то черная жидкость в изящных графинах, и даже малюсенькие бутербродики с черной икрой на белом блюде.
По залу сновал молодой парень в огромном шарфе в клеточку и смешной шапке набекрень. У него был огромный фотоаппарат, которым он и щелкал буквально все и вся, что попадалось на глаза. Как объяснила Наташка, это был парень Полины – известный фотограф. Эклерова показала Тоне и саму организаторшу дискотеки – хрупкую девушку в черном брючном костюме.
Обстановка вокруг выглядела настолько изящно, модно и необычно, что Тоня в своей затрапезной одежде, в которой каждый день ходила в школу, почувствовала себя лишней. Наряды гостей, а попросту учеников старших классов, в ожидании начала дискотеки жующих бутерброды с икрой и маслины, были нарядными, под стать обстановке. Почти все девчонки были в платьях, а мальчишки в строгих костюмах. Впрочем, некоторые подошли к выбору наряда особенно креативно. Например, Вертяшкин разгуливал по залу в снежно-белом спортивном костюме, а к плечам у него наподобие рюкзачка были прикреплены огромные белые пушистые крылья.
- Тоже мне ангел нашелся, - фыркнула подруга, ища кого-то глазами.
Игорь Улитин обнаружился быстро: одетый в строгий черный костюм-тройку, в очках с затемнёнными стёклами он выглядел по меньшей мере преуспевающим программистом какой-нибудь крупной фирмы. В компании трех одноклассников он рассказывал, как удалось так быстро изменить до неузнаваемости актовый зал.
Тоня совершенно потерялась между этими уверенными в себе людьми… В отличии от Наташи, которая успела прихватить последний бутербродик с икрой, и теперь запивала его черной жидкостью из графина.
- А икра-то ненастоящая, из водорослей, - разочарованно произнесла она. – И пойло – это самая обыкновенная кола.
Тоня пыталась отыскать Арсена, но никак не могла его найти. Неужели он не придёт? Между тем вокруг наметилось всеобщее оживление: в центр зала вышла Полина с большой черной «волшебной» палочкой с резной бабочкой на конце. Она взмахнула этой палочкой и произнесла:
- Итак, нашу черно-белую вечеринку… дискотеку объявляю открытой! Чёрное и белое… Ими окрашена наша жизнь, и в то же время они неотделимы друг от друга, всегда вместе, всегда рядом. Ведь за черной полосой всегда наступает белая…
Внезапно дверь распахнулась и присутствующие смогли узреть Алину Лембич и Арсена Шаховского.
- Мы не опоздали? – произнёс Арсен.
Мы?
Они вместе! Вместе! Ревность штормовой волной ударила Тоню. Как же так? Неужели Арсен выбрал Алину, эту куклу размалёванную, злую, поверхностную… Тоня почувствовала, как к глазам подступают слёзы разочарования.
Но нельзя не признать, выглядела Лембич просто восхитительно: на ней было атласное черно-белое платье. Корсет подчёркивал тонкую талию, а пышная, расходящаяся книзу юбка - стройные ноги «королевы», облачённые в изящные черно-белые туфельки на умопомрачительной шпильке. В довершение ко всему свои светлые волосы Лембич убрала набок и завила в крупные локоны. На другом боку была кокетливая шляпка с вуалеткой. Серые глаза Алины, обрамленные пушистыми ресницами с умело наложенными серебристыми тенями, загадочно сияли.