Ростки силы (СИ)

Но Эл, стоит отдать ей должное, попросту обвела их вокруг пальца.
От матери Рейга я узнал, что у них наша лошадь. Но у нас была не одна лошадь, еще был вороной жеребец Уголёк. И он так же пропал в ночь пожара. Мать Рейга предположила, что конь испугался огня и сбежал, и я с ней согласился. Хотя, кажется, и она поняла, что это едва ли так.
Удивительно, как Эл смогла это все провернуть. Но я даже не сомневался, что и лодка, и пожар, и пропавший конь, все это связано с исчезновением Эл.
По ночам я ходил и дежурил у нашего дома, в надежде, что она объявится или подаст знак. Я расставлял фонари с четырех сторон участка, рассчитывая, что она увидит, а еще к утру я отправлялся к ветробегу, который мы так и бросили в посадке. Она могла прийти туда и оставить хотя бы послание.
А еще я каждый день искал кошель-тайник. Искал повсюду: даже в таких укромных местах, о которых сразу не подумаешь. Перерыл всю солому в сарае, осмотрел раз десять пепелище, обыскал каждый сантиметр погреба, и даже разрыл могилу Иски. Но как бы я ни искал, как бы ни ждал Эл, как бы Тай не прочесывала каждый день лес с утра до ночи: ни единого следа Элайны мы не обнаружили. И к вечеру пятого дня мы поняли, что сюда она не вернется и нужно двигаться дальше.
Прежде чем покинуть Файгос, я написал графу Скаргарду письмо и сообщил, что подтвердил грани и теперь намерен вернуть долг. Также попросил сообщить мне полностью сумму, которую я задолжал казне, а также мастеру Эриону.
Ответ пришел через два дня. И вот же я удивился, когда узнал, что большая часть долга погашена. Так там и было написано:
 «В связи с тем, что в недавнем времени ваша семья погасила большую часть долга, ваш долг составляет 94 дикса»
Я показал письмо Тай, она грустно вздохнула и произнесла:
— Вот и нашлись деньги, которые ты каждый день ищешь в руинах дома.
Я кивнул:
— Получается, Эл завезла в Кей-Диуар те деньги, что мы скопили, пред тем как поехать в Лозерс. Думаю, она это сделала в тот же день, когда мы уехали.
— Значит, — Тай вздохнула и задумчиво посмотрела вдаль. — Она себе вообще ничего не оставила. Только твой кошель-тайник, из которого не решится больше ничего продать.
Здесь мне ей было ответить нечего. Я уже устал гадать, что было в голове у Элайны и почему она поступила именно так. Но, я очень наделся, что она знала, что делала, а не действовала исключительно из чувства страха.
Хагену я написал в тот же день, как мы вернулись из Аргаза, и он ответил незамедлительно. Конечно, новость о пропаже Эл его потрясла. В записках он задавал много вопросов, и я отвечал, но уклончиво, хотя он и без того меня понимал. Несмотря на то, что я после прочтения все записки сжигал, как и Хаген, была опасность, что кто-нибудь эту записку захочет восстановить. Маг с развитой магией создания даже из маленькой частицы пепла может это сделать.
Хаген хотел, чтобы мы уехали в Ятершат, и даже попросил меня об этом, но из-за долгов я не мог этого сделать. А Хаген из Великого леса никак не мог мне помочь, и даже его родители, которые бы могли дать мне взаймы, тоже находились там.
По поводу Эл у него был какой-то план, о котором в письме он мне рассказать не решился. Но уверял, что вскоре, как только ему удастся отпроситься в отпуск, мы его осуществим. Он так же, как и мы, не хотел верить, что Эл мертва. Он считал, что она просто где-то нас ждет. В таком месте, в котором мы обязательно появимся, например, в Ятершате. Возможно, он и прав, но тратить полмесяца на дорогу в одну сторону, чтобы проверить его предположение, было слишком расточительной тратой времени. За это время я смогу отработать часть долга.
Когда я написал, что мы собираемся поработать демоноборцами, Хагену эта идея очень не понравилась. Но это был единственный способ быстро заработать деньги. Если я буду их зарабатывать исключительно магическими услугами — на это могут уйти долгие месяцы, а то и годы. И Хагену ничего не оставалось, как просто принять наше решение.
Рейга мать Норин, кстати, тоже не хотела его отпускать в демоноборцы. Но Рейг был очень упрям в своем решении, а последнее слово все равно должно было быть за его отцом, но его отец все эти дни молчал. И в последний наш день в Файгосе во время ужина, на который пригласили и нас, Рейг твердо заявил:
 
— Завтра мы выдвигаемся на поиски отряда демоноборцев из Кей-Диуар.
— Раз ты так решил, — тяжело вздохнул его отец, — значит, мы должны это принять, таков твой путь. Даю свое одобрение, Рейгард, и благословляю на подвиги.
Норин украдкой заплакала, а трое младших братьев Рейга до конца ужина то и дело прятали улыбки, чтобы не разгневать мать, и с гордостью и плохо скрываемым восхищением поглядывали на старшего брата. Для них он был настоящим героем.
На следующий день с утра мы начали собираться в дорогу. Ну как собираться — у нас с Тай ничего не осталось кроме того, что было надето на нас. Кое-чем из одежды подсобила мать Рейга, но за остальным пришлось тащиться на рынок.
Мы обзавелись оружием: купили пару кинжалов, а себе я приобрел меч. Тай очень просила арбалет, но мы пока и кинжалами толком пользоваться не умели. Хотя для мастера ветра арбалеты и луки при должном обращении и навыках отличное оружие — но с выбором постоянного оружия я пока решил повременить. Наш бюджет был очень ограничен, и я решил, что лучше приобрету для Тай-Тай кирасу из кожи айхара, которая обошлась в целый золотой дикс, но защита прежде всего. Еще нам пришлось раскошелиться на обувь, наши легкие туфли, в которых мы ездили в Аргаз, никак не годились для длительных походов.
И взяв нашу единственную лошадь Лапу, мы отправились в путь. Можно было бы конечно починить и ветробег, но нам нужна была лошадь, а ее с собой в лодку не посадишь.
Верхом ехала Тай, мы с Рейгом шагали рядом, я пока не доставал монету поиска, мы просто уходили из города, пока не дошли до перекрестка. Дорога впереди вела к Кей-Диуар, направо в Масскар, налево в графство Лозерс.
Отряд Мари Дерей сейчас мог быть где угодно, но одно мы знали наверняка — после того, как в Великом лесу их сменил отряд Боулей, они должны были вернуться на восток, и скорее всего, сейчас где-то пропивали заработанные в походе деньги.
Конечно, это был не единственный отряд на юго-восточном побережье. Но один из самых лучших. А куда еще вступать, как ни в самый лучший? К тому же у меня и персональное приглашение имеется от самой Мари.
Я достал монету из кошеля, покрутил задумчиво в пальцах.
Тай устало вздохнула и поправила шляпу, солнце светило неистово, жара стояла дикая и выматывающее, мы однозначно выбрали не лучшее время для похода, но дожидаться вечера уже не хотелось. Ночью путь вдали от городов опасен.
— Ты хотя знаешь, как пользоваться этой монетой? — насмешливо спросил Рейг, снимая флягу из-за пояса и делая несколько глотков.
Я не ответил. Конечно, я знал. Я уже не раз ее активировал. Но правда, без Хагена бы не разобрался. Монету нужно было хорошенько потереть, пока она не станет теплой, а затем намочить.
Я протянул руку и без слов отобрал у Рейга флягу, растёр монету в пальцах и капнул на нее водой. На монете тут же загорелся фиолетовый треугольник, указывающий нужное направление острием, словно компас.
— Хех, здорово, — усмехнулся Рейг, глядя на стрелку, затем проследил за направлением, куда она указывала, и в замешательстве произнес: — Она показывает идти куда-то в лес, через поле.
Навигационная монета, конечно же, не станет указывать нам удобный путь по хорошим дорогам и тропам, через города и поселки. Это примитивный поисковый артефакт, и все что он может — это тыкать стрелкой в направлении своей владелицы.
— Значит, — сказал я, — пока идем по дороге на Лозерс, а после, при первом же разветвлении дороги или на тропе свернем.
На том решили и направились дальше. По дороге к графству Лозерс мы шли несколько часов, ни ответвлений, ни других троп нам по пути не встретилось. У небольшого озерца решили сделать привал, напоить лошадь и немного передохнуть, в это время суток солнце было особенно безжалостным. Ну и заодно нужно было сверить направление с монетой.