Как сестра (СИ)

В душе забурлило волнение, захотелось собственными руками задушить того, кто посмел её обидеть.
– Даша? Что случилось? – выдохнул я, сжимая кулаки.
– Меня бросил Андре-е-ей! – завыла она на весь подъезд и кинулась мне на шею, больно припечатав бутылку о мою спину.
Нашла из-за чего переживать.
Мгновенно расслабившись, я легонько похлопал её по спине, а она, сотрясаясь в рыданиях, слюнявила моё плечо.
– Тише, тише, – успокаивал я. – Пойдём расскажешь, что и как.
Аккуратно отстранил её, быстро закрыл дверь, пока она скидывала балетки, и приобняв за плечи, повёл в зал. Усадил в кресло, очерченное светом луны, льющегося из окна, и включил комнатный, по дороге забрав из её рук бутылку. Она хотела возмутиться, но быстро передумала и прерывисто вздохнула, подобрав под себя ноги и уткнувшись в колени подбородком. Уставилась на пол пустыми глазами, продолжая тихонько всхлипывать, и одновременно со мной наткнулась взглядом на свидетельство недавних событий, произошедших на диване.
– Настя? Ты не один, – Даша подняла голову и посмотрела извиняющимся взглядом.
– Да, она в душе, – кивнул я, мол, всё в порядке, и быстро прошёл к дивану, сконфуженно поднимая и пряча за спиной использованный презерватив.
Чёрт. Наведался на кухню, сполоснул руки и вернулся в зал. Даша как раз вставала с кресла. Вроде более-менее успокоилась, но воспалённые глаза блестели изумрудами слёз.
– Прости, что помешала, – снова хныкнула она. – Я пойду…
– Не говори глупостей, – махнул я рукой. Ага, так я её и отпустил в таком-то состоянии. – Сядь обратно и расскажи, что у вас произошло.
Снова прерывистый вздох и короткий взгляд на взбурлённые простыни и покрывало. Даша пожала плечами и вернулась в кресло, возвращаясь в любимую позу, а я пока, как смог, наскоро застелил диван, присев с краю.
– Ну? – слегка нетерпеливо потребовал я.
– Дим, я правда не хотела помешать, – она встрепенулась, чтобы подняться, но я взглядом пригвоздил её к месту. Сглотнула, а лицо снова приняло вид послевкусия от съеденного лимона и, опустив глаза и сжав свои пальцы на лодыжках, Даша заплакала навзрыд: – Извини-и, я идио… о… тка… На… до бы… ло позвони… ить…
Сердце болезненно сжалось. Я сорвался с места и сел на пол рядом с ней, погладив голень. Чёртов Андрей! Был бы сейчас рядом – хорошенько бы врезал ему.
– Даш, всё в порядке. Помнишь? Мой дом – твой дом.
Она поймала мой взгляд, в очередной раз всхлипнув, и начала успокаиваться под его действием. Так всегда происходило. Стоило ей расстроиться, я брал её за руку и не отводил глаз от её изумрудов, а она почти мгновенно им доверяла и успокаивалась. Моя маленькая ранимая глупышка.
– Привет, Даша, – промурлыкала Настя с прохода. Уже полностью одетая. В шикарном сарафане бирюзового цвета, подчёркивающем её сногсшибательную фигуру. Моя красотка. – Дим, можно тебя на минуту?
Я вернулся взглядом к Даше – ушла в себя, немного зарумянившись. До сих пор стыдится, что будто бы помешала нам.
– Да, – кивнул я. – Сейчас вернусь, – тихо сказал Даше, вставая. Она промолчала, уткнувшись лбом в колени.
Пройдя за Настей на кухню, я с удивлением обнаружил на столе две кружки дымящегося кофе. Золото, а не девушка. И когда успела? Потом до меня дошло, что кружки только две. Нахмурившись, я посмотрел в озабоченное лицо моего чуда.
– Дим, я поеду. Такси уже вызвала, – улыбнулась она, взяв меня за руки. – Даше нужна твоя поддержка, а в присутствии меня она не сможет расслабиться. Никогда не могла.
– Глупости, – возразил я, но лишь по инерции. Дашка и правда всегда вела себя сконфуженно при Насте. Я это списывал на её неуверенность в себе. Красивые и уверенные в себе девушки были её ахиллесовой пятой. – В этом нет необходимости. Останься. Она выговорится, и я отвезу её домой.
– Не будь ослом, – нежно рассмеялась она. – У неё женское горе, а единственный, кому она может пожаловаться – ты. И лишние уши здесь… будут лишними.
Невероятным образом в ней сочетаются ум и красота. Не устаю поражаться её понятливости.
 
Конечно, поначалу она, как и всё мои прошлые девушки, ревновала к Дашке. Но быстро поняла суть наших отношений, в отличии от других, которые так и не смогли свыкнуться с присутствием в моей жизни другой девушки.
Я заглянул в небесную синь дорогих глаз, коснувшись ладонью щеки.
– Спасибо, – тихо шепнул я.
– За осла-то? Обращайся, – рассмеялась она, прикрыв глаза и накрыв своей тонкой ладонью мою.
– Непременно, – тоже рассмеялся я и, наклонившись, впился в пухлую сладость её губ, другой рукой прижимая к себе за поясницу.
Даша обняла за плечи, выдыхая в меня свежее дыхание, а я начал возбуждаться, чувствуя через тонкую ткать упругость её мягкой груди. Чёрт. Захотелось рычать от досады. Встречу Андрея – точно врежу.
Она мягко отстранилась, улыбнувшись раскрасневшимися губами, и схватила верещащий смартфон.
– Такси, – выдохнула и направилась в зал за сумочкой.
Я постоял минуту, приходя в себя, для надёжности попрыгал на пятках и прошёл в коридор, чтобы проводить моё такое всё понимающее счастье.
– Пока, Даш, – обернулась она у прохода в зал. – Надеюсь, у вас с Андреем всё наладится.
Черта с два! И на миллиметр теперь не подпущу его к ней.
– Угу, – услышал глухое согласие Дашки. Бедный мой бельчонок.
Настя улыбнулась мне нежно и, быстро коснувшись моих губ, попутно вспорхнув в свои туфельки, вышла за порог. Я проводил её взглядом до следующего этажа и, закрыв дверь, удручённо уткнулся лбом в косяк.
– Я же говорила, что мне надо было уйти, – тихо всхлипнула Даша за моей спиной.
Почувствовав вскипающую злость, обернулся – смотрит в пол, переминается с ноги на ногу. Затем она подняла глаза, а изумруды блестят болью. Мгновенно отпустило – ну как я могу злиться на свою маленькую несмышлёную белочку? Я подошёл близко, обхватил ладонями острые скулы и заглянул в наивные омуты озер её глаз.
– Всё. В порядке, – повторил я, чеканя каждое слово, и улыбнулся. – Иди умывайся, и будем пить кофе. А то скоро остынет.
Робко улыбнулась и, на мгновение прижавшись щекой к моей груди и обхватив руками за талию, Даша пошла в ванную.
Тринадцать лет прошло, как мы познакомились, и я всегда был ей старшим братом, и прекращать не собираюсь, твердо намереваясь оберегать её от любых невзгод. В том числе от невзгод, носящих имя Андрей.
Я сходил за кофе и сел в ожидании на диван. Пять минут. Десять.
Пошёл проверять, а она сидит на кухне и попивает прямо из горлышка шампанское! Поперхнулась и закашлялась, наткнувшись на мой гневный взгляд. Так ей и надо.
– Дашка! – зарычал я и вырвал из её рук бутылку, теперь вылив остатки содержимого в раковину. Надо было сразу так поступить, а не оставлять на столе.
– У меня ведь женское горе, – икнув, пьяно протянула она, подозрительно похоже на интонацию Насти. Слышала наш разговор? – Так что имею право напиться! А ты взял и вылил!
– Рассказывай уже, – подпёр я задницей мойку, скрестив руки на груди.
– Он меня не бросал. Это я его бросила! – гордо заявила Даша, вздернув подбородок.
– Чем дальше, тем интересней, – усмехнулся я.
Продержалась она ровно пять секунд, сверля меня полным достоинства взглядом, и снова скуксилась, блеснув слезами.
– Он мне изменяет!
– Уверена?
– Да! Он пошёл готовить ужин, а на его телефон пришло сообщение от некой Василисы Леоновой с текстом, в котором она с нетерпением ждёт завтрашней встречи!
– Ты его спросила, что значит это сообщение?
– Нет, – тихо шепнула она, опустив глаза.
– Почему? Даш, ведь конструктивный разговор всегда лучше домыслов друг за друга.
– Знаю я! – воскликнула она, вперив в меня блестящий негодованием взгляд. – Но он точно изменяет! Он стал каким-то другим в последнее время. Постоянно шифруется, умалчивает, если я спрашиваю, где он в какой-нибудь момент. Всё мужики рано или поздно начинают изменять…