У нас (не) получится (СИ)

Я спускаюсь ниже, целуя ее живот. Она согнула ноги в колнеях и раздвинула приглашая меня. Я входить пока не думаю. Целую внутренюю часть бедра, от колена и ниже и ниже.
— Хочу попробовать тебя на вкус.
— Нет… — она дрожит, берет в руки мое лицо, хочет оторвать меня от своей промежности.
Убираю руки, спускаюсь и провожу языком по ее складочкам. Она вскрикивает, стонет, выгибаеться. Я продолжаю ласкать ее складочки языком. Она истекает соками. Вкусными, запах ее возбуждения дурманит. Вхожу пальцем в нее, продолжая ласкать языком ее клитор. С каждым моим движением ее крики становятся громче, она выгибается, трясется. Руки ее зарылись в мои волосы нежно поглаживая. Трахаю ее пальчиком и испиваю ее соки, посасываю клитор, от чего ее сотрясает в оргазме. Она ногтями впивается в кожу моей головы. Делаю последнее движение пальцем, поднимаюсь и толкаюсь в нее одним движением. До упора. Она октрывает глаза, взгляд пьяный от недавнего оргазма ее еще трясет. Двигается мне на встречу. Без стиснения гуляет пальцами по ему телу. Мой язык проникает в ее рот, посасывая ее язык. Руками поднимаю ее за ягодицы, увеличивая темп. Быстрые, резкие точлки, глубокие до основания приводят ее к высшему пику наслаждения, она кончает, царапая мою спину ногтями, трясется, ее стон разлетается по всей комнате. Наслаждение катится по низу живота шариком и я взрываюсь следом, от очередного глубокго движения.
***
— Артем, сынок заедешь ко мне сегодня? — звонит мама утром, — один. Без Нины.
— Доброе утро мама, хорошо! — уже злюсь, почему без Нины?
Высаживаю Нину около Афродиты и трогаюсь к маме.
— Артем у меня к тебе важный разговор, — проходи.
— Слушаю мама, — прохожу на кухную присаживаюсь. Мама наливает мне кофе.
— Артем, вы уже больше месяца женаты, Нина еще не беременна?
— Это твой важный разговор? — делаю глоток кофе.
— А что это не важно? Мы с отцом хотим внуков!
— Мама!
— Артем ты не понимаешь, папа не молодой, да и я тоже. мы хотим внуков. Для этого тебя женили, — я вздыхаю, но слушаю, — вон у соседки снаха Наира, уже пять лет не может забеременить! Пять лет в браке!
— Мама! Мы мы не давно поженелись! — пропадает напроч аппетит и я отодвигаю кофе.
— Ну и что! Я сразу забеременила тобой! Я так жалею, что не родила еще. Ну ничего, Ниночка нам родит много внуков. Вы же не предохраняетесь?
— Мама прекрати!
— А то мне помнится Нина говорила, что пока не хочет детей. Но ты смотри мне, не иди у нее на поповду. Ты тоже не молодой. Тебе нужны дети, а нам с отцом внуки!
— Все я уехал, безсмыленный разговор. Нам пока рано о детях говорить.
— Вы предохраняетесь? — без капли стыда спрашивает мама.
— Мама не вмешивалйся! Я уехал!
Никакого настроения работать уже нету. Заскакиваю в магазин, самый большой из всех своих, беру документы по пожарке у главного продовца и двигаюсь в офис. На днях пожарный инспектор должен на глянуть, надо убедится, что всё в пределах нормы. Просидев в офисе пару часов за бумагами, еде за Нибудь. Нет желания работать.
Думал увижу свою милашку и всё встанет на свои места. АН нет!
Картина которая предстала предо мной ввела меня в бешенство. Нина стрижёт…. Какого то парня!!!! Вика стоит рядом.
— Что ты делаешь? — хватаю за локоть, тяну в сторону, — немедленно бросай всё, уезжаем.
— Артём, — вижу страх в не глазах.
— Вика займись им, — указывают на сидящего парня, который не издаёт ни звука, — сама. Мы с Ниной уезжаем.
— Но… я ещё не закончила.
— Нина делай как я говорю, — и только после кивками Вики, Нина идёт за сумочкой.
— Артём, — извинившись перед парнем Вика подходит ко мне, — что за дела, псих ты недоделанный? — смеётся, с Викой мы знакомы кажется уже сто лет. Она всегда выслушает, поддержит в любом случаи.
— Я говорил, чтобы ты её учил только на девушках? Говорил что она будет стричь и красить только девушек? Так какого чёрта я тут вижу?
— Девушки, парни- это клиенты, понимаешь? Мало ли что, в жизни пригодится! Пусть учится. Мы продолжим, когда до тебя дойдёт, что в этом ничего плохого нет. Мастер — он должен уметь всё!
 
— Не хочу об этом думать, а говрить и тем более! Никаихь других, чужих парней она трогать не будет. Точка.
Она смеясь гладит моё плечо:
— Похож шас на ревнивого подростка!
— Извините Вика, — к нам подходит Нина.
— Всё хорошо, деточка, увидимся завтра, — смотрит на меня, ожидая реакции. Согласно киваю, что завтра приедет.
Выходим из помещении, идём в сторону машины. Нина злая, то ли обиженная бежит, да можно сказать бежит к машине. С пульта снимаю блокировку дверей, она открывает дверь садится, хлопая сильно дверью.
— Что губки надула? — отворачивается смотрит в окно, — Нинуль, — беру за подбородок, поворачиваю к себе. Она сглатывает, но молчит, — Скажи ну, не держи в себе, — глажу по лицу, она отодвигается.
— Ты считаешь нормальным своё поведение?
— Я говорил, что твои пальчики никого другого не будут трогать. Говорил? — кивает, — так какого чёрта тогда? Он пялился на твою грудь!
— Ничо он не пялился, он клиент! Ты становишься слепым, диким от ревности! Ничего вокруг не замечаешь!
— Теперь я такой, не поменяюсь. Ты будишь только женский парикмахер! Или никакой, поняла? — завожу, трогаемся с места.
  
Глава 17
 
НИНА
Поднимаюсь одна в квартиру, Артема не жду. Вешаю ветровку, скидываю кроссовки, прохожу на кухню. Мою руки и принимаюсь разделывать курицу. Которую я доставала с утра с морозилки, чтобы разморозилась. От обиды за поведение Артема скоро лопну. И так всю дорогу молчала.
— Нинуль, — Артем подходит сзади, как обычно хочет обнять, отодвигаюсь, — чего ты злишься?
— Отойди Артем, иди телевизор посмотри, пока я готовлю.
— Я помогу, — закатывает рукава, хочет отобрать у меня нож.
— Я сама, или думаешь я не смогу пожарить курицу?
— Хватит дуться. Я не сказал, не сможешь, дай сюда, — отбирает у меня нож и курицу, — я помогу. И хватит обижаться. Выскажишь и успокойся, — улыбается.
— Я себя как то не так веду с клиентами? Даю тебе повод в себе сомневаться? Откуда такое недоверие? У меня вид может быть такой, легкодоступной?…..
— Стоп, стоййй, — отклабывает курицу, приближается, — тебя куда то не туда понесло. Милашка, я может и не прав, но я не потерплю. Я собсебственник, понимаешь? Ты — моя! И только моя! У меня крыша едет, когда вижу кого то другого рядом с тобой, — обнимет, — давай займемся ужином.
— Обешай, что такое больше не повторится.
— Конечно не повторится! Ты никого больше стрич не будешь, — целует.
— А инструктор? Я учусь на права. И экзамены сдавать я буду, явно не женщина принимать будет.
— Я сам обо всем позабочусь. кто будет принимать экзамен. И заметь, инструктор, не молодой, — улыбается, и берется за мясо.
— Готовь сам! Я помогать не буду! Я в душ.
После ужина Артем перекидвает меня к себе на плечи и несет в спальню.
— Положи меня на место, я устала и хочу спать, — стучу кулаками по спине, но сопротивляться нет смысла.
***
Спустя два месяца.
— Ты поедешь со мной? — спрашиваю за завтраком, — у меня сегодня экзамен по площадке, а после кто сдаст площадку, едем в город, там сдавать, теорию я сдала без единой ошибки, и совсем не волновалась. Сейчас же коленки трясуться.
— Конечно поеду, — допивает кофе, — я буду рядом, чтобы ты не волновался.
— Артем, только одна просьба, если там экзамен будут принимать мужчины, — тяжело вздыахю…
— Я не буду ревновать и психовать, не переживай. И не сравнивай экзамен, и стрижку, — не дает мне договарить, отвечает.
— Я рада, — встаю, целую в губы. На улице настоящая зима, снега навалило по колено. Эта еще одна причина, по которой меня трясет от страха, перед экзаменом.
Я конечно площадку сдала. Ура! Впереди город. Мы с Артемом едем на нашей машине, у кого нету, те с гаишниками. Сказать, что я боюсь, ничего не сказать. Сердце скачет, стучит так бешенно, что мне кажеться вся округа слышет. Адреналин зашкаливает. Эмоций куча. Не представляю как все будет проходить, но старшно.